Полудемон. Король. Алекс. - Галина Гончарова

Я все подтверждаю. И даже делаю Лавинии предложение по всей форме.

На балу, с розой, коленопреклоненный...

Зрелище - убиться люстрой! Принц с белыми волосами, весь в черном, в честь траура, опускается на колени перед прекрасной светловолосой девушкой в белом платье. В честь траура на платье присутствует черный шарф - он же пояс. И принц предлагает ей белую розу, любовь и верность до гроба.

Я и не лгал, я просто не уточнял, чей будет гроб.

Лавиния принимает цветок, а принц поднимается и целует ей руку.

Красивая романтическая сказка.

***

Обратная сторона медали - убийца по имени Кайл, который наконец поправился после пытки и собирался переправиться через границу. На всякий случай он записал для меня свои показания.

Кто нанимал, зачем, как он убивал, каким ножом - все от и до.

Конечно, таким признаниям цена меньше, но ведь и то неплохо.

Если он доберется до Раденора, он придет к Моринарам и будет ждать меня там. Я написал ему рекомендательное письмо к Рене. Полагаю, Кайл прочитает его еще до того, как перебраться через границу. Очень умный человек, жаль, что однажды ошибся с дичью.

А еще - герцог Ратавер, который едет с посольством в Раденор. Его величество страну оставлять не собирается, во всяком случае пока. Он будет собирать войска, чтобы отомстить подлым риолонцам.

Мы тоже будем собирать войска.

Месть - благородное занятие и оно достойно полудемона.

***

Это было в Теварре.

А в Раденоре бурлили... настроения.

К Моринарам началось настоящее паломничество, Рене мне потом все рассказал. Как наиболее приближенные к принцу Алексу, они получали предложения о дружбе, кое-что в подтверждение предложений...

Герцог - брал.

Телегами и возами, объясняя, что он, как верноподданный, обещать ничего не может, но принцу Александру будет доложено - все! Вплоть до числа заклепок на бочке.

И все это отправлялось в Торрин.

Ладно, большая часть.

То, что можно было легко обратить в деньги, оставалось у Моринаров.

Рене не собирался присвоить ни монетки... ну разве что чуть - если я разрешу. Моринары не нуждались в деньгах.

А вот что понадобится мне?

Я бы тоже не брал, но еще придется снаряжать армии, давать отпор соседям... и вообще!

Они столько из казны поперли, пусть теперь хоть часть вернут!

Придворных можно было понять.

Они столько лет служили Абигейл! Пресмыкались перед королевой, ее родней, ее фаворитами (не в том смысле, скорее, приближенными) - и что теперь?

Принцесса мертва.

Принц мертв.

Кто наследует?

Даже если Абигейл родит,, успеет ли этот ребенок вырасти?

И дам ли ему вырасти я?

Дай Бог долгой жизни его величеству Рудольфу, но ведь собирается война с Риолоном... Если он поедет - то может погибнуть.

Если нет... главным на войне буду я,, а это тоже опасно. Армия любит победителей, а трон держится на армии. Частично.

Я собираюсь дать ему и еще одну опору - простонародье, но это потом, потом...

Так что сейчас придворные, от греха, прогибаются на обе стороны. Жить-то хочется, и безбедно...

Обо всем Рене отписывает мне. Тайно, чтобы гонца не перехватили. И я также тайно пишу ему в ответ. Деньги брать, все брать, в хозяйстве все пригодится, никому ничего не обещать, чем дольше они побудут в состоянии неизвестности, тем жирнее будут взятки.

Я не жадный. Но на деньги от одного Торрина королевство не поднимешь.

***

Насколько мне старались угодить в Теварре, настолько встретил меня холодом родной Раденор. Еще одна сцена из рыцарских книг.

Кортеж приближается,, король и королева, все в черном, сходят по лестнице, и, не удостоив меня даже взглядом, падают на колени перед гробом Андрэ.

- Сын....

- Сыночек, любимый!

Акульи слезы. Со стороны Абигейл - так точно. Погибла ее надежда править страной. Хотя Рене писал, что во дворец вызвали сильных магов жизни.

Вот это мне не нравилось.

Сильный маг - практикующий маг. Мало ли что они разглядят?

Да, я получеловек, но иногда во мне прорывается демоническая ипостась, просыпается демоническая ярость - и начинается кошмар. В такие моменты я себя не контролирую.

А объявлять о своей полудемонической природе мне не к чему.

Ладно.

Пусть сначала приедут, а потом посмотрим. Еще пусть согласятся!

Рудольф же у нас верный сын храмовников, а те магию не любят.

Конкуренты-с....

Но это было потом, потом. А пока Рудольф стоял на коленях перед гробом сына, Абигейл выла, как кошка, которой хвост прищемили, а все остальные взирали с сочувствием.

Горе-то какое!

На меня обратили внимание только через полчаса, от души навывшись. И Рудольф обернул ко мне бледное лицо...

Да уж, подлецу все к лицу. С заплаканными глазами, бледный, благородный.... хоть сейчас девицам показывай - влюбятся! Воплощенное благородное страдание.

- Алекс, расскажи мне, как это произошло?

- Да, поведай нам, почему погиб наш сын?

А ты остался жив!

Этого Абигейл не произносит, но те, кто поумнее, сами достроят фразу.

Естественно, я пропускаю все мимо ушей. И падаю на колени перед безутешными родителями.

Вы хотите красивую картинку?

Вы ее получите!

- Дядя, казните меня! Это моя вина!

У Абигейл некрасиво отвисла челюсть.

- Это я не смог его уберечь! Я должен был всегда быть рядом с братом! А я отпустил его одного... на свидание... Если бы я знал! Мне нет прощения!!

Придворные усмехаются, а Абигейл в очередной раз выглядит, как уксуса опившись. Ну да. Теперь все попытки обвинить меня будут выглядеть нелепо. Откровенно нелепо.

Как я мог пойти на свидание вместе с Андрэ?

Кто вообще ходит на свидание с сопровождающим? Смешно!

Я продолжаю голосить, громко заявляя, что его величество Микаэль провел расследование. Самое тщательное.

Но я должен был идти с кузеном! А лучше - идти вместо кузена!

Лучше бы я сам умер....

Рудольф, наконец, проникается, и поднимает меня с колен.

- Встань, племянник. Я не виню тебя....

- Никто не снимет груз моей вины, - прочувствованно выдаю я.

Абигейл вытирает слезинку.

- Мой бедный сын....

В толпе придворных вспышка рыжих волос.

Карли?

Мгновенный укол боли заставляет меня выпрямиться еще сильнее.

- Если бы я мог - я бы умер вместо Андрэ.

Абигейл не верит, конечно, но и крыть нечем. Дядюшка смотрит грустно.

- Алекс, пройдем. Завтра с утра у нас похороны, а послезавтра я назначу тебя наследником.

Назначу?

Вообще-то...

- Пока не родится мой сын.

Вот как?!

- Абигейл в тягости, Бог благословил нас.

Полагаю, на следующий день после получения известий о смерти Андрэ.

Минутку!