Полудемон. Король. Алекс. - Галина Гончарова

И из них видно.

Вот этот холоп берет взятки,, вот этот торгует отпущением грехов, вот этот сношает прихожанок прямо в храме, а вот этот - молоденьких и симпатичных прихожан.

Конечно, я оформил это в виде доносов, но стопка все равно получается внушительная..

Служитель морщится.

- Ваше величество, сие наветы есть...

- А я вот завтра их распространю по всей стране и дам приказ о проверке?

- Это будет небогоугодным деянием, ваше величество.

- Полагаю, бог меня критиковать не спустится. А слуги его... Ну же, служитель, произнесите слово - отречение. Пригрозите отлучить меня от храма?

- Что вы, ваше величество! Разве ж я могу!?

- Можете попытаться. Но у меня армия. У меня люди...

- У вас. У неотлученного...

- Это верно. Только вот...

Рядом с первой стопочкой я кладу вторую.

- Почитайте...

Эти бумаги тоже в форме доносов. И в них разные люди жалуются на Храм - дескать, совсем святость потеряли. Их бы да к ногтю...

Вот при старом-то короле, до Рудольфа...

- осознаете? Конечно, народ будет негодовать. Но - не все, далеко не все. Хватит. Чтобы выгнать вас из страны.

- А потом, ваше величество?

- Теваррцы не полезут. Им уже хватило...

- кстати - там очень темное дело, Ваше величество.

- Так разбирайтесь. Уж скоро полгода минет, а вы все в затылках чешете! Давно б виновного нашли - или без подтасовки фактов и работать не получается?

- Ваше величество!

- и не стойте из себя оскорбленного. Сколько ведьм вы сжигаете на кострах? Десятки! А истинных? Дай Светлый - одна из сотни, я-то знаю...

Я не горячусь, я просто медленно додавливаю храмовника до простого вопроса:

- Чего вы хотите, ваше величество?

Я выкладываю на стол бумагу.

- Подписывайте - и это сегодня же объявят по всему королевству.

Читает он быстро.

- Что!? Ваше величество, это невозможно!!!

- Это всего лишь то что было при моем дедушке. Вас что-то не устраивает?!

Еще бы оно устраивало! Потерять все, откатиться к началу, отдать нахапанное... да много чего!

- Н-но...

- У вас есть выбор.

Конечно, храмовник еще сопротивляется. Конечно, он пытается меня укорить, усовестить, хоть что-то сделать...

Бесполезно.

Спустя два часа на площадь выходит глашатай.

Храмовная десятина отменена. Можете не платить.

Все преследования магов, ведьм, колдунов, некромантов - отныне только через королевский суд. Первый же храмовный суд означает казнь всех судей. Что для колдуна - то и для них. Костер - так костер, веревку - так веревку.

Все оплаты церемоний также отменены. Можно делать храмовникам подарки, но только по доброй воле. С попытками вымогательства - в королевский суд. Там разберутся.

Одним словом - отменены все указы Рудольфа.

И герольды летят во все концы королевства.

Я себя не обманываю - Храм мне этого в жизни не простит. Если и не убьют, то попытаются подчинить, надавить - да что угодно.

Но - полудемон я или где?

Пусть пытаются. Справлюсь. И - да.

Каждый служитель Храма обязан день в седмицу посвящать бедным и больным. То есть - больницы, тюрьмы, да хоть бы и бордели со сточными канавами. Обходишь, лечишь раненых, помогаешь убогим... Это, конечно, выполнять не будут. Но мне нужны возможности прижать эту нечисть. Не люблю я тех. Кто паразитирует на самом святом в человеке - на любви. Ведь по большому счеты, что такое эта религия? Вера в то, что есть кто-то добрый, что он нас любит, что не бросит, что родные и близкие будут ждать нас за гранью...

Это так, я согласен. Но это не дает храмовникам права преследовать, жечь, судить, карать и миловать, драть деньги... У них есть обязанности - помогать, защищать, утешать... даже те же Карающие создавались когда-то для защиты, а превратились...

Так что... я всего лишь пытаюсь вернуть их к истокам.

Так-то.

***

А еще через два дня рожает Карли.

Девочку.

Копию моего дяди, сразу видно. Красавицу со светлыми волосиками...

И госпожа Элиза приходит мне на помощь.

В трущобах дети - бросовый товар. В том числе и младенцы. И когда одурманенная мать лежит после родов под сонным зельем, дитя заменяют на другое. Тоже светленькое, тоже младенца...

Дочка Карли, которую я нарекаю Луизой Амалией, отправляется с кормилицей в Торрин. К Касси, Мире и Марте под крылышко.

Карли же получает на руки 'свою' дочурку, после чего я ей сообщаю, что девочке трон не передам. Посмотрим еще, что из нее вырастет.

А сама виконтесса может отправляться домой. К мужу.

Он уже всю столицу перерыл, да вместе с Шартрезами, да не по одному разу.

Меня обзывают такими словами, что впору конюхам, но чего я ожидал?

Отправляю виконтессу домой в закрытой карете, под сонным зельем, а сам возвращаюсь во дворец.

Отсылаю всех - и спускаюсь вниз, к сердцу Алетара.

Надрезаю руку, прикладываю ладонь к камню...

Кровь впитывается, словно и не было.

Я все сделал правильно. Я занял трон предков, я отомстил за мать, я...

Почему я чувствую себя таким неприкаянным?

Неужели я всю жизнь буду одинок? Как тоскливо....

Рассвет я встречаю рядом с алтарем. Громадная темная змея обвивается вокруг и шипит какую-то утешительную мелодию. Греет по мере возможности.

Надо подниматься наверх, успокаивать встревоженных друзей, принимать доклады от призраков, разбираться с Шартрезами...

Надо сделать так много....

Это хорошо, тосковать времени не останется. Я все сделал правильно, я победил. Но почему-то мне кажется, что мой главный бой еще впереди.

Что ж.

Я - полудемон. Я - король. Я - должен.

Я поднимаюсь с колен, глажу на прощание змею - и отправляюсь в тронный зал.

Я - справлюсь.

Но почему в душе царит такая пустота?...