Я вырубила его одним ударом - Джессика Франсес

это? За последние две недели мы добились прогресса. Разве этот период не был так же значим для него, как и для меня?

— Ты кое-что забываешь, Дек. Мы не были друзьями. Мы едва выносили друг друга. Я даже не знала, что ты целый год жил с женщиной. Я не знала, чем ты занимаешься в свободное время. В любом случае, мне было всё равно, увижу я тебя или нет. Мы часто виделись из-за работы и общих друзей, но друзьями никогда не были.

— Я не это имел в виду, — говорит он, затем откашливается.

— Что ты тогда имеешь в виду? — огрызаюсь я, пытаясь успокоиться и вспомнить, что он мне сказал, но я не понимаю, что ещё он мог иметь в виду.

— Зандер спросил, готов ли я разрушить нашу с ним дружбу, если у нас ничего не получится.

Я уже готова огрызнуться, что была права, но задерживаю дыхание, когда его слова медленно откладываются в сознании.

— Зандер угрожал тебе вашей с ним дружбой? — я наконец-то соображаю, и мой гнев переходит на совершенно новый уровень.

Теперь Деклан смотрит на меня с отчаянием.

— Я не думал, что он так поступит… Я знал, что ему это не понравится, но чтобы… — кажется, он с трудом сглатывает и беспорядочно проводит руками по волосам. — Я не могу потерять Зандера.

Мне больно, что Деклан не может сказать того же обо мне, но я вынуждена напомнить себе, что мы совсем недавно в отношениях, а Зандер — его брат. После того, что случилось с его родителями, после потери Арти и Мод в последние несколько лет, это можно понять.

Вот только я всё равно зла на него. Может, у меня и не такая ситуация, как у него, но у меня тоже есть только та семья, которую я выбрала для себя.

И прямо сейчас я готова задушить Зандера.

Разумно это или нет, но я всё равно злюсь, что Деклан не испытывает ко мне тех же чувств. Может, мы и ненавидели друг друга долгое время, но мы не менее долго были одной семьей. Просто такой семьей, которую терпишь — например, как вонючую тётю или бездельничающего кузена.

— Ты не потеряешь Зандера, — наконец говорю я. Где-то в глубине души Деклан должен понимать, что Зандер никогда его не бросит. Он блефует.

— Потеряю, потому что я в любом случае проигрываю! — рявкает он, проводя рукой по волосам. Деклан ерошит свои волосы, только когда испытывает стресс. — У нас только один вариант: мы остаёмся вместе навсегда, женимся, и я никогда тебя не расстраиваю, и вот только тогда я смогу сохранить вас обоих. Или мы будем ссориться, а ты же знаешь нас. Это случится, и будет случаться часто. Может, и не сильно, но я с лёгкостью вывожу тебя из себя на регулярной основе. И тогда я потеряю вас обоих, — он говорит таким несчастным голосом, как будто это уже решённый вопрос. Всё уже закончилось.

Я смотрю на него, разинув рот, и мне требуется минута, чтобы выдавить слова сквозь ком эмоций, застрявший у меня в горле.

— Во-первых, если мы будем ссориться, то мы будем и мириться. Так что ты не потеряешь меня, если только всё не пойдёт совсем наперекосяк. И ничто за последние две недели не говорило о том, что это возможно. Или, по крайней мере, до сегодняшнего дня это не было возможным.

Деклан вздрагивает от моих слов, затем открывает рот, чтобы что-то сказать, но я продолжаю.

— И почему ты думаешь, что наши отношения как-то связаны с Зандером? Он был братом для нас обоих в течение многих лет, пока мы постоянно ссорились. Почему сейчас должно быть по-другому?

— Потому что он сказал мне, что если я заставлю тебя пролить хоть слезинку, он оборвёт со мной все контакты.

— Он сказал тебе так? — я ахаю. Мой гнев, который медленно накапливался во время всего этого разговора, нарастает до такой степени, что я начинаю трястись.

— Зандер любит тебя, и он ясно дал понять, что он на твоей стороне, несмотря ни на что, — голос Деклана звучит тихо, и пусть у меня перед глазами всё застлало красным, я всё равно вижу, что на его лице написана явная обида.

Просто невероятно!!!

Я киплю от злости, но, сделав несколько судорожных вдохов, откладываю свою злость на Зандера и сосредотачиваюсь на Деклане. Мне нужно покончить с этим, и желательно до того, как польются слёзы. Я не хочу расклеиться здесь. На самом деле, я отказываюсь расклеиваться здесь.

— Значит, тебя это устраивает? Ты не собираешься спорить с ним по этому поводу? — уточняю я. Если бы вчера у меня была возможность поставить на это деньги, я поспорила на крупную сумму, что Деклан будет бороться за нас. Но сдаваться? Меня не было всего час, и Зандеру хватило этого, чтобы уговорить его? Что это говорит о нас? О том, к чему мы в итоге должны прийти?

— Саша… — Деклан подаётся вперёд, его голос умоляет. — Зандер — моя единственная оставшаяся семья. Он и Джоуи — мои братья. Я не могу… Они нужны мне в моей жизни. И я не хочу терять тебя. Мы просто…

— Мы не можем трахаться, — резко бросаю я. Моя ярость ощущается как материальное существо, бунтующее в моём теле. — Ладно, хорошо, отлично, — в моём голосе слышится смесь истерики и сарказма. — Раз уж ты принял решение.

— Саша… — он тянется ко мне, но я отдёргиваю руки и встаю, уже направляясь к двери.

— Я понимаю, почему ты это делаешь, и, честно говоря, я даже не сержусь на тебя. — Ладно, я злюсь на него, но уже знаю, что когда-нибудь преодолею это. Деклану не обязательно знать, что этот шаг мне ещё только предстоит. — Но раз уж ты принял это решение, тогда мы вернёмся к тому, как всё было. Мы не друзья, мы не участвуем в жизни друг друга без крайней необходимости, и мы не разговариваем друг с другом, если у нас нет другого выбора. Понял?

Каждое слово звучит для Деклана как удар. Не знаю, почему. Он должен был подозревать такой исход, когда завёл этот разговор. А как ещё могло быть между нами? Мы должны остаться лучшими друзьями? Я должна встречать его будущих подружек с распростёртыми объятиями? А он порадуется, когда я в один прекрасный день объявлю, что выхожу замуж за другого?

— Это не обязательно…

— Нет, обязательно. Потому что до свадьбы я терпеть тебя не могла. Ты вёл себя как