Нарушая клятвы. Том 2 (СИ) - Шек Павел Александрович

— А вы?..

— В фургоне еду, припасы охраняю, — она опустила платок с лица. — Ты правильно сказал, что надо дать шанс Тебаре проявить себя. Пусть поволнуется, поищет меня в городе, а потом возьмёт на себя управление гильдией. Она справится, Хальма ей поможет.

— Хорошо, я тогда Вас никому не выдам, — я тихо рассмеялся. — Но странно, что никто ещё не заметил.

— Почему, вот Ивейн меня сразу заметила. Наблюдательная у меня племянница. Ей бы ещё научиться думать, оценивать, взвешивать… Но это ещё придёт.

— А Виера и Диана?

— Они, как и остальные, смотря только за тем, что происходит снаружи. Потому что уверены и не ждут беды изнутри. И Ивейн такая же, только наблюдательная.

— Я просто внимание тренирую, — сказала она. — Виера постоянно что-то замечает, а я в упор не вижу…

— Виера хорошо читает намерения, — отмахнулась Рикарда. — Хорошее умение, нужное. Пусть пока его развивает, я вмешиваться не будут. Потом буду показывать, как можно обхитрить и обмануть. Ну а Диана, думаю, что если подойду достаточно близко к твоей повозке, меня заметит. А вот отряд Бальсы — вряд ли.

— А мне Вы специально показались, чтобы не выдал случайно?

— Почти, — кивнула она. — Хотела ещё кое-что сказать по поводу твоего внимания к Торговой гильдии. Мне доложили о странной активности, направленной в твою сторону.

— Супруга Императора говорила то же самое, — подтвердил я.

— Они собирают слухи и информацию не только на герцога Хаука, но и на всех его сторонников. Добрались даже до целительниц, работающих на фермах. Пару голов мои подчинённые остудили, но тенденция мне не нравится. Я решила, что сейчас торговцев лучше не трогать. Пусть всё немного уляжется, они потеряют бдительность и станут более наглыми. Тогда и будем брать их за жабры. Поэтому я забрала из города головную боль в виде пары тас’хи, которых ты очень неосторожно к этим самым торговцем отправил в гости. Это ведь две хитрые лисы, попавшие в курятник. Они могут тихо задавить пару кур, а могут поднять такой переполох, что перья полетят во все стороны.

— В каком смысле забрали? — не понял я.

— Запереть их нельзя, поэтому взяла с собой. В фургоне они едут.

— С нами?

— И с вами, в том числе, — она рассмеялась, глядя на моё удивление. — Они на удивление смирные и ведут себя тихо.

— Пина ведь плохо себя чувствует. Жар не прошёл?

— Осталось лёгкое недомогание и слабость.

— И Бальса о них тоже не знает? Да, умеете Вы… подшучивать над подчинёнными.

— Всё будет нормально. Лучше скажи, что думаешь по безрогому? Надо было мне с ним поговорить, но…

Рикарда недовольно цыкнула.

— Он неплохо умеет прятать намерения, — сказал я. — Рога спилил давно, минимум пару лет назад, шрамы сглаживаться начали. Не похоже, чтобы он, как только от рогов избавился, принялся сильнее становиться.

— Дело не в этом. По-моему, я тебе уже объясняла. Если отказался от связи с Великой матерью, значит, отказываешься жить по законам рода. И ладно бы ты согласился жить где-нибудь тихо. Асверы, даже те, кто всю жизнь рыбу ловит, гораздо сильнее любого человека. Как думаешь, что будет делать этот безрогий, когда в тихую деревню, где он прячется, приедет барон с дружиной чтобы попортить девок и пограбить жителей? Мы много раз это проходили, и итог всегда один — реки крови. Поэтому есть такие, как рэйни’ке у старшего рода. Охотницы, которые выслеживают отрёкшихся и убивают. Император знает, что в роду полудемонов появляются сумасшедшие и закрывает глаза на очередную резню в какой-нибудь тихой деревне. Но это не обходится нам бесплатно. Поэтому, чем меньше таких инцидентов, тем лучше, понимаешь?

Мы немного помолчали. Аш повернулась на другой бок, вытягивая заднюю лапу, чтобы Ивейн было удобнее орудовать щёткой.

— Но несколько семей, прячущихся где-то далеко, это интересно, — продолжила Рикарда немного задумчиво. — Можешь быть уверенным, что Бальса уже поставила совет старейшин в известность. Если люди узнают, что где-то рядом с ними живут полудемоны, поднимется такой вой, что его в столице будет слышно. А потом меня вызовет Вильям и скажет: «Уважаемая госпожа Адан, будьте любезны забрать из провинции орду демонов и вывезти её к Холодному мысу. Там же земли столько, что можно расселить все легионы Хрума».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— То есть такие вот, одиноко живущие и сбежавшие от вас, не редкость? Часто бегут?

— Бегут они не от нас, а от себя. После того, как оковы проклятия спали, подобного не будет. Раньше по крайней мере не было. Это всё отчаяние, слабость, страх за родных. Семьи мы вывезем, а отрёкшийся… Ты ведь понимаешь, почему мы не сможем взять его с собой. Ему будет гораздо тяжелее, чем изгоям. Тем более, когда мы воссоединились с Угой. Этот мужчина, когда показался сегодня утром, знал об этом. Решил отдать свою жизнь в обмен на здоровье… племени, — она рассмеялась. — Они даже называют себя как варвары.

— Тяжело, — вздохнул я.

— В этой жизни нет ничего лёгкого. Даже после вина и веселья тебя ждёт похмелье и головная боль. Выкинь их из головы и иди спать. Лучше думай о том, что поможешь небольшой деревне вернуться к Великой матери. Обрадуешь, что проклятие ушло, что они могут родить без страха. А про мужчину забудь. Он эту судьбу выбрал сам. Я ненавижу слабаков, да и мир относится к ним не лучше.

Не знаю, слышала ли наш разговор Уга и понимала ли, но она считала точно так же, как и Рикарда. Да и я в глубине души считал, что добровольно лишить себя связи с ней, равносильно самоубийству. Просто… не давала покоя мысль, что его убьют, и избежать этого невозможно. Только если в город Лекку он не пойдёт вместе с остальными, а сбежит и будет прятаться всю оставшуюся жизнь. А это тяжело, постоянно оглядываться, не идёт ли по твоему следу четвёрка красивых женщин, охотниц, не знающих жалости к таким, как он.

Поддавшись уговорам Великой матери, я постарался выкинуть из головы неприятные мысли и отправился спать. Клаудия уже успела переодеться в тёплую ночную сорочку, подготовить постель. Сфера Лемма разошлась и даже пришлось приоткрывать клапан.

— Всё хорошо? — Клаудия отложила книгу. — У тебя вид уставший и… как будто что-то случилось.

— Всё нормально, — я скинул куртку, бросив в угол, следом отправил тёплую рубашку. — Как представлю, что нам ещё неделю ползти по этому тракту…

— А мне нравится, — она поманила меня, взяла за руку. — Хорошая возможность отдохнуть и побыть вместе.

Можно было бы остановиться на постоялом дворе, а утром догнать колонну, но это сплошная головная боль. Пока не очень холодно, можно и в палатке переночевать. К тому же, чем дальше мы движемся на юго-восток, тем теплее будет становиться. Обняв Клаудию, накинул сверху тёплое одеяло.

— Или всё-таки остановиться по пути где-нибудь? — задумчиво спросил я. — Где можно смыть дорожную пыль и посидеть в бочке с горячей водой…

— Мысль хорошая, — хихикнула она. — Запереться и никого не пускать. Даже асверов. А то мне кажется, что они взяли в кольцо нашу палатку.

— Я смотрел карту, скоро мы должны проезжать через небольшой город. Обязательно найдём и оккупируем хороший постоялый двор. А сейчас давай спать. Завтра вставать до рассвета, а потом нас ждёт ещё один долгий день в пути.

Утром меня разбудил звук ливня. Он барабанил по натянутому над палаткой навесу, усиливаясь, когда ветер обрушивал на лагерь очередной яростный порыв. Хорошо, что место для лагеря выбрали с умом, на небольшом возвышении, чтобы не затопило палатки. Судя по длинным канавам, по которым вода сбегала с холма, большие отряды останавливались здесь на ночлег часто. Был здесь удобный спуск к дороге, и хорошо бы он не превратился в неглубокую реку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Клаудию дождь совсем не беспокоил, и она крепко спала, прижавшись ко мне и укрывшись с головой самой тёплой из шкур. Ей шум ливня и просыпающегося лагеря нисколько не мешал. Даже ухом не повела, когда неподалёку раздалось громкое ржание лошадей. Под шкурами было тепло, и выбираться из-под них не хотелось. Ветер снаружи наверняка ледяной, как потоки воды, льющиеся с неба. Я на секунду ослабил контроль, улавливая намерения окружавших нас асверов.