Лекарство от старости - Олег Зарицкие

- Я не присылала проект за… — пыталась сказать Рылеева, но Вице — спикер жестом руки остановил её.

С этого момента все присутствовавшие, молча и покорно, выполняли его команды.

- Все открыли закон? — спросил он.

Да, Да, Да, — дружно, как в школе, ответили все члены комитета.

- Молодцы. Теперь, коллеги, открываем последнюю страницу и ставим свою электронную подпись напротив фамилии.

Он подождал пару минут и прошёл вдоль сидящих, с одной и другой стороны стола, проверяя наличие электронной подписи. Затем подошёл к Рылеевой и сказал.

- Татьяна Игоревна все члены комитета подписали закон. Ждём вашу подпись.

- Да конечно. Я подписываю, — испуганно сказала Рылеева и тоже поставила свою подпись под законом.

- Молодцы, господа депутаты! — воскликнул вице — спикер. — Единогласно! С первым заданием вы замечательно справились. Теперь результат необходимо за-кре-пить, — на распев произнёс он последнее слово.

Он прошёл вдоль стола и положил перед каждым маленькую белую таблетку. Таблетки не было только перед председателем Рылеевой и Ароновой, которая высказалась за эвтаназию.

- А теперь коллеги продемонстрируют нам решимость служить своему народу не на словах, а на деле. Слуги должны быть готовы умереть за своего хозяина, — сказал он и посмотрел на всех с улыбкой. — Думаю, что вы со мной согласны. После этих слов те, перед кем лежали таблетки, со словами «Я умираю за разрешение эвтаназии для своего народа», клали эти таблетки в рот без малейших колебаний. Так сделали все десять членов комитета, перед которыми Вице-спикер положил эти таблетки и, мгновенно потеряли сознание. Тела одних удержались на стульях. Тела других медленно сползли на пол.

- Молодцы, — как будто похвалил их Вице-спикер.

Рылеева и Аронова сидели и в ужасе смотрели на Вице — спикера, не понимая, что происходит. А он улыбнулся и, спокойно глядя на перепуганных женщин сказал:

- Татьяна Игоревна и вы, Мария Васильевна. Надеюсь, завтра, на парламентских слушаниях по этому вопросу, вы подробно расскажете своим коллегам, что члены вашего комитета не пожалели свои жизни, чтобы показать остальным депутатам насколько важен этот закон для страны и завещали своим коллегам обязательно проголосовать за него.

- Да конечно, Владимир Николаевич. Я завтра расскажу, не пожалели, завещали и сама за закон, — покорно затараторила Рылеева.

Вице — спикер посмотрел на Аронову.

- Я тоже расскажу и проголосую за, — тихо сказала она. На глазах у неё выступили слёзы.

- Спасибо за понимание, коллеги, — Вице — спикер, опять улыбнулся. — Обо мне говорить не обязательно. Я скромный слуга своего народа, — и вышел из кабинета Председателя комитета по вопросам здравоохранения. Он быстро пошёл по мягкому ковру коридора Верховной рады, насвистывая какой — то весёлый мотивчик

Две женщины, оставшиеся в кабинете и сидевшие теперь в обществе десяти трупов, некоторое время не могли ни пошевелиться ни заговорить от ужаса, охватившего их.

Только через несколько минут раздался душераздирающий женский крик, на который сразу сбежалась масса народу. Все смотрели на десять трупов, которые ещё час назад были живыми слугами народа. Две женщины, оставшиеся в живых, были в тяжелейшем шоке и истерике. Они ещё долго не могли внятно объяснить что здесь произошло. Уже через минут пятнадцать, в Верховную раду приехали представители СБУ, прокуратуры и оперативная группа Следственного Управления под руководством полковника Махова. Но только через час, врачам удалось привести в чувство Рылееву и Аронову, чтобы они смогли более менее внятно и адекватно рассказать о том, что случилось. С их слов получалось, что десять членов «Комитета по вопросам здравоохранения» подписали проект закона и тут же покончили с собой, прямо на заседании, приняв смертельные таблетки в знак солидарности с народом и десвешерами, в защиту этого закона о легализации эвтаназии в Украине. И завещали своим коллегам — депутатам завтра же принять этот важный для страны закон.

Ни слова, о том, что к ним приходил Вице — спикер Верховной рады Козак, ни одна из женщин не сказала. Они обе настолько были напуганы произошедшим и тем, что с десвешерами был сам вице-спикер, что старались не сболтнуть ничего лишнего, чтобы не уйти вслед за своими, менее везучими товарищами.

В свете последних событий, и после самоубийства семьи генерала Шептуна, смерть десяти депутатов за эвтаназию выглядела вполне логично и даже естественно. Но не для Максимова, который не понаслышке был знаком с «чудесами» десвешеров. На всякий случай он просмотрел записи с видеокамер на главном и служебном входе в Верховную раду и на одной из записей увидел знакомое лицо. Но это был не Суриков. Это был… Самурай, вернее Станислав Ерёмин, который сделал себе харакири 13 сентября этого года. Максимов перекрестился и несколько раз просмотрел запись. Он не ошибался — это действительно был Ерёмин. Его лицо он хорошо запомнил. «Выходит, что он жив», — подумал Максимов. — «А на видео был другой. Соответственно и труп был другого человека. Да, красавцы, эти парни. Прав был Крутов, они действительно профи и очень высокого уровня. Что же они делают, чтобы люди видели другого человека?».

На записи было видно, как Ерёмин вошёл в здание Рады в 15.30 перед заседанием комитета и вышел в 16.23. Зачем и к кому приходил Ерёмин, у Максимова сомнений не вызывало. Он изъял эту запись, но докладывать о ней полковнику Махову не стал. После того, как отстранили от дела и отправили в отпуск Крутова, его служебное рвение сильно охладело. Он фиксировал всё что мог, но докладывать Махову не спешил. Более, того, то что он увидел на последней записи, останавливало его из простого чувства самосохранения. Потому, что на этой записи было отчётливо видно, как Ерёмин остановился, посмотрел прямо в камеру и сказал одну фразу. Звука не было, но по его губам Максимов явственно прочёл: — «Доложишь — умрёшь следующим. Помни об этом». Эта безмолвная фраза явно предназначалась ему. Он это понял и у него по спине сразу пробежали мурашки. Не от страха. Максимов не боялся ни Ерёмина ни Сурикова, но и умирать просто так, как Белов, ему тоже не очень хотелось. Вот выйдет Крутов из отпуска, тогда и решим, что с этой записью делать. Хотя никаким доказательством вины Ерёмина, она по факту и не являлась. Мало ли кто приходит в здание Верховной рады.

Вечером, того же дня Максимов узнал, что президент приказал отстранить от занимаемой должности министра МВД и ряд его заместителей, в том числе полковника Пискуна вместе с полковником Маховым. А дело по десвешерам передано в СБУ Украины.