Два цвета неба - Нина Лукинова

— Ты отвергаешь волю Богов, Миранда? — восклицает Мот.

— Лишь хочу сказать, что в ней есть Сила! Она особенная. Я видела столько же приходящих, сколько и ты за долгие годы, но ни в одной из них не чувствовалось такое! Что, если пора изменить наш мир, пора двигаться к будущему! Если она и есть спасение!

— Она лишь демон, возникший из самого Ада, несущий смерть! — восклицает старик. — Ее история ложь! Неужели вы готовы отречься от знаний, впитываемых с молоком матери?

— Признай, Мот, в ее словах есть истина. Вспомни древние легенды, это может быть она— воскресшая Богиня! В час, когда планеты сойдутся вряд, придет Истина, и небеса станут одного цвета, потому что Боги вернутся! — процитировал Амус древние слов. — Мы можем упустить шанс всей жизни одним неверным движением! Получишь ли ты благодарность от потомков за то, что обрек Севар на очередную тысячу лет Ада?

— Ничем не подтвержденные слова! Всего лишь легенда. Сказки не могут ожить за долю секунды. Звезды— это лишь ерунда, запутывающая сознание! Мы должны жить установленной жизнью, не взирая ни на что. Будь она Богиней, не позволила бы такого обращения с собой, мы стали бы пеплом! Значит, она всего лишь человек. Кровь красна, а под мышцами скрыты кости, лишь мясо и кости. Она не может быть Богиней! — выкрикивает Мот.

— А если мы преувеличиваем способности Богини? Если она похожа на нас, людей? Эти сказки могут быть правдой! — резко вставляет женский голос.

—Ты у нее заразилась этой дуростью, Миранда? — восклицает дедуля Мот. — Как можешь ты допустить, что Богиня может походить на простых смертных? Лживая шлюха запудрила тебе мозги своей сказкой!

— Признай, Мот! Скольких ты видел? Скольких отправил на смерть? Она может быть последним шансом! — восклицает женщина.

— Или проклятием! Мы не можем так рисковать. Отчего же ты не вступалась за других? Таких же Налан! — хрипло выдает старик.

— Чувствую, что она другая. Кара постигнет Севар, если причиним ей зло… Богиня вернулась к нам, чтобы спасти умирающий мир! Вспомни пророчество, вспомни древние слова. Неужели ты настолько глуп, Мот, чтобы не видеть очевидного!

— Я вижу лживую шлюху! Плевок в лицо нашей вере, не более! Блондинистые сучки сменяют себя каждое поколение, и ни одна из них, слышишь, ни одна, не принесла крупицы изменений! Столько лет без перемен! Так почему эта должна быть особенной? Из-за твоего предчувствия? — яростно выкрикивает Мот, заставляя Миранду потупить глаза. — Лживая девка всего лишь испытание нашей веры, как и многие до нее. Ты хочешь, чтобы я вспомнил пророчество? — усмехается старик. — Помню каждое слово, но еще я помню Истину! Помню слова, передаваемые из поколения в поколение— истинная Богиня изменит наш мир. По ее желанию возродятся моря и реки, пустошь сменится цветущими садами, а в небе исчезнет барьер, открыв нам истинные звезды!

— Возможно, ты прав… — неуверенно говорит Миранда. — Но она так искренна…

— Мы уважаем твое мнение, Мот, но может, нужно время? — вставляет Амус.

— Ты хочешь рискнуть своей жизнью и жизнью будущих поколений, доверившись лживому идолу? Лживой девке, оскверняющей имя Богини! Кто за то, чтобы поверить ей? — хрипло восклицает старик в повисшей тишине. — Кто за то, чтобы свершить Суд? — дряхлые морщинистые руки, покрытые тонкой пергаментной кожей, неуверенно поднялись в воздух, подтверждая приговор. Семь рук, семь голосов. Кто верит, а кто нет, уже не имеет значения, нужно думать о своей драгоценной шкуре, о дальнейшем выживании мира. В конце концов, будь она Богиней, изменила бы Севар до неузнаваемости в первые минуты своего пребывания, а не слонялась бы бесцельно без еды и воды по пустоши. Хоть вера Амуса и Миранды сильна, она ничто, против мнения большинства. Они подписали очередной смертный приговор очередной Налане.

Получив нужное, хоть и неуверенное решение Совета, Мот поспешно покинул комнату, не удостоив никого объяснениями. Импульсивный порыв, не имеющий оправданий и объяснений, но в данный момент старику плевать на чье-то мнение, плевать на чужие мысли и разговоры за спиной. Он должен совершить то, что делал уже три раза, а до него его предки из поколения в поколение все долгие годы. Он должен принести Истину.

Уверенно пересекая темный зал с пугающим двойным освещением, где соединились первобытность и технологии в неведомом сочетании, старик улыбался тонкими губами, невольно сжимая в кулак худые пальцы. Если бы кто-то мог видеть его в этот момент, отметил бы необычайное сходство с хищной геенной, растянувшей пасть подобно клоунской гримасе над только что убиенным трупом. Даже не взглянув на продолжающих сидеть людей, скрытых полумраком, старик уверенно прошел к противоположной стороне зала, скрываясь за узкой незаметной дверцей.

Тихо прикрыв ее за собой, Мот упал на колени в центре крошечной каменной каморки, жалкого подобия комнаты, где едва может поместиться человек. Даже в тюремной камере больше кубических метров, но старика не волнует это, как не волнуют больные колени, визжащие болью от столь грубого обращения. Низко склонив голову, касаясь лбом каменного пола, при этом причиняя себе невыносимую боль, Мот тихо произнес, глядя в каменный угол белесыми глазами. Туда, где из покон веков горит синее пламя, огонь Богов. Лучик надежды, согревающий Севар шестьсот долгих лет, вокруг которого выстроили город, новую жизнь после пещер, лучик, данный истинной Богиней. Старик не знает ее, помнит лишь описания и рассказы деда, который получил их от своих предков. Никто не знает лик Богини, никто не знает, когда она придет, дабы принести миру исцеление, но она жива, пока горит Огонь и живы люди Севара.

Шестьсот лет назад она сошла на землю, подарив надежду на будущее. Светловолосая дева неописуемой красоты, словно ангел, Богиня! Она подарила знания, подарила надежду, принеся божественный огонь. Ее восхваляют, о ней поют песни, превознося до небес и наделяя волшебной силой, какой она могла и не обладать. В нее верят! Верят те, кто сидит в убогом каменном зале, верят те, кто были до них и поверят те, кто будут после. Ибо пока жив слабый синий огонек, тлеющий среди камней, у Севара есть надежда.

— О, Богиня, дай мне ответ! — тихо говорит он, вжимаясь лбом в каменный пол так, что на тонкой коже остаются вмятины от кладки. — Того ли ты хочешь? Не ошиблись ли мы, отправив ее на смерть?

— Она всего лишь человек, — отвечает холодный голос из пламени. — Ничтожная кучка костей, жалкое подобие! Отчего ты засомневался в верности своих действий? Ты усомнился в моих словах? Видать, предки недостаточно объяснили тебе силу пламени!

— Нет! Нет, хозяйка! Как можно усомниться в Вас! — раболепно говорит он. — Создательница земли и неба, подарившая Севару свет, великая Богиня! Я верю, искренне верю! Просто она… Другие верят ей.