Аллоды. Большая игра - Дмитрий Янковский

– Есть! – коротко ответил старпом.

– Вот и прекрасно. Два дня даю вам на знакомство с кораблем и командой, затем необходимо будет приступить к патрулированию дальнего астрала в составе тактической эскадры. Точнее, возглавляя ее.

Эльвин не поверил ушам.

– Возглавляя? – осторожно уточнил он.

– Именно так. И не надо разыгрывать крайнее удивление, очень вас прошу. Вы уже командовали патрульной эскадрой и имеете необходимый для этого опыт.

– Слушаюсь. – Эльвин кивнул.

– Так-то лучше. – Адмирал усмехнулся. – На эту эскадру и, соответственно на вас, возлагается особая миссия. Ее цель – выйти на противника и вступить в бой с одним из новых кораблей, существование которых пока подтверждают только ваши слова.

– А сухопутная разведка? – удивился Эльвин.

– Пока не подтверждает. Возможно, таких кораблей мало. Но, скорее, они, все до единого, отведены далеко от аллодов, разделены на небольшие эскадры и проводят локальные маневры, каждый в своем сегменте астрала, отрабатывая приемы новой тактической навигации. Поэтому сухопутной разведке о них ничего не известно. Адмирал-командор считает это наиболее вероятным. Ваша задача – подтвердить его версию. Для этого вам необходимо выдвинуться к месту наиболее вероятного расположения противника, атаковать его, затем постараться растянуть их строй настолько, чтобы лишить возможности поддерживать друг друга огнем.

– Простите… – Эльвин снова осмелился прервать адмирала. – Но это невозможно. Я видел эти корабли. Мы не сможем растянуть их строй, так как вынуждены будем двигаться галсами, по ветровым курсам, тогда как противник сможет идти напрямик. У него будет заведомое преимущество в скорости.

– И как тогда мы вообще сможем их победить? – усмешка адмирала стала жестче. – Вы же понимаете, что не случайно именно на вас возложили эту миссию. Вы единственный наблюдали новый крейсер в боевых условиях. И лучше вас никто не сможет разработать тактику против таких кораблей. Поэтому я лишь выдвигаю тактические предположения. Командовать в бою будете вы. При этом маги на вашем флагмане установят непрерывную связь с аллодом и будут оперативно докладывать обстановку. Поэтому, даже если ваша эскадра будет полностью уничтожена, у нас сохранится опыт боевого столкновения, который можно будет проанализировать.

«Вот хитрец! – подумал про себя Эльвин. – Как мягко начал стелить при встрече, и какой жесткой оказалась постель. Выразил надежду о моей блестящей карьере и тут же бросил на убой».

Но у него не было привычки обсуждать приказы.

– Задача понятна. По возможности выработать тактические приемы противодействия новому оружию.

– Совершенно верно. – Адмирал удовлетворенно кивнул. – Не буду вас больше задерживать. Отправляйтесь принимать корабль. Лоран ди Остак покажет вам все.

Поднявшись из кресел и отсалютовав адмиралу, офицеры покинули штаб на летающем экипаже Эльвина.

– Разрешите обратиться? – уже в воздухе произнес Лоран ди Остак.

– Ой, Лоран! – Эльвин поморщился. – Нам с тобой служить на одном мостике, давай без этих церемоний. Будь так любезен.

– Хорошо. – Старпом кивнул с заметным облегчением. – Тогда я должен сообщить вам важную, как мне кажется, информацию. Адмирал упомянул, что команда на корабле новая. Это правда. Она целиком состоит из добровольцев, в числе которых и я. Когда всем, от меня до последнего матроса, объяснялась суть предстоящей миссии, нам было заявлено, что, скорее всего, никто из нас не вернется, но сослужит очень важную для Лиги службу.

– Ну, судя по полученному заданию, ничего удивительного. – Эльвин невесело усмехнулся. – Если нападем на эскадру хотя бы из двух кораблей, нам крышка. В составе нашей эскадры сколько будет?

– Восемь, – ответил Лоран.

– Ну, тогда на возвращение, действительно, можно особенно не рассчитывать. Я командовал эскадрой из четырех кораблей, и столкнулись мы с одним новым хадаганским крейсером. А выжил я один, да и то по чистой случайности.

– Вас это не пугает? – удивился Лоран.

– А почему это меня должно пугать?

– Ну… Идем ведь на верную смерть…

– Каждый выход в астрал – это поход на верную смерть, – философски заметил Эльвин. – Если бы меня это пугало, занялся бы чем-то другим.

– А меня пугает… – признался Лоран.

– Ну ты и чудак! – Эльвин рассмеялся. – Зачем же добровольно пошел на это?

– Самоубийство пугает меня еще больше…

Эльвин хмыкнул. Дело начинало принимать совсем уж ироничный оборот. Идти на верную смерть с сумасшедшим старпомом, ищущим смерти в бою – дорогого стоит.

– И что же тебя толкает свести счеты с жизнью? – не скрывая насмешки, поинтересовался Эльвин.

– Понимаете… – Старпом словно ждал этого вопроса. – Я уже все в жизни испробовал. Сексуальные оргии во всех вариантах, пьянство, даже запретные удовольствия, вроде магических грез. И ни в чем не нахожу утешения.

– А удовлетворение? – Эльвин, веселья ради, решил взять на себя роль лекаря.

– Удовлетворение, да, испытывал. И похмелье тоже. Но всегда возникает вопрос, для чего все? Какой в этом глобальный смысл?

– Его нет, – откровенно рассмеялся Эльвин.

– И я пришел к такому же выводу! Но вы почему-то смеетесь, а мне захотелось покинуть это мир.

– Потому что ты главного не понял.

– Чего?

– Нам дана очень большая власть. Власть самим придумывать смысл для каждого отрезка собственной жизни. А все твои страхи – это просто лень, – уверенно заявил Эльвин.

– Лень? – Старпом, похоже, не ожидал такого поворота беседы. – При чем тут лень?

– Тебе лень самому придумывать смысл. И ты ждешь, что он тебе с неба свалится или его кто-то за тебя придумает и на серебряном блюде тебе поднесет. Нет. Не будет этого.

– Но разве есть смысл в придуманном смысле? – поразился Лоран совершенно новому для него подходу.

– А что в этом мире не придумано нами? – усмехнувшись, поинтересовался Эльвин. – Пойми, мы ничего не способны воспринимать без оценки. Все, что мы видим и чувствуем, обрастает нашим пониманием, а значит, придумыванием. Чем же смысл хуже? Нет никакого универсального смысла. Для каждого смысл любого жизненного шага индивидуален. У тебя свой, у меня свой. Хотя речь и идет, возможно, об одном событии.

– Никогда с этой стороны не пытался взглянуть на проблему, – признался Лоран.

– Вот, взгляни. Главный смысл всегда является цепью маленьких смыслов, ради чего ты делаешь то или это. Для чего ты участвуешь в сексуальной оргии? Ради наслаждения и удовлетворения. Разве это не смысл? А пьешь ради чего? Чтобы напиться.

– Ну, я ведь о совсем другом смысле веду речь! О некоем высшем смысле. Эти смыслы мне понятны. Но хочется большего!