Аллоды. Большая игра - Дмитрий Янковский

Белов еще выпил. Глаза у него уже смотрели в разные стороны.

– Где? Я ему налил. Он выпил… Несколько раз. Ты посмотри на полу, может, он где-то тут, отдыхает. А я, наверное, поцелую одну из прекрасных… С твоего позволения…

Он потянулся губами к одной из женщин, но не удержался на лавке и повалился на пол. Эльвин перегнулся через стол и глянул на друга. Тот уже спал, посапывая и широко улыбаясь во сне. Видно, продолжение сцены с поцелуем он переживал уже в грезах сна.

Не понимая, что происходит, Эльвин обошел лежащих десантников и, действительно, обнаружил среди них мертвецки пьяного порученца, у которого из-за отворота кителя торчал уголок грамоты на официальном листе штаба пятой флотилии.

Эльвин вынул грамоту и прочел:

«Сим довожу до вашего сведения, что, в связи с героической гибелью командира группы боевых магов на вашем корабле я распорядился внести в штатное расписание необходимые изменения и приписать к вашему кораблю нового канонирского командира. Поскольку он прибыл с другого аллода, вам следует отметить принятие нового офицера в комендатуре сразу по прибытии из адмиралтейства, после чего он сможет отбыть в ваше распоряжение».

В качестве подписи стояла личная печать начальника штаба пятой флотилии.

– Вот еще… – Эльвин нахмурился. – Подождет в комендатуре до утра, ничего с ним не станется.

Оставаться в таверне не имело смысла, ничего хорошего Эльвин из грамоты не узнал. Волнение улеглось. Он устроился в экипаже и велел вознице доставить его в особняк. Пора было просто и без затей отдохнуть после нелегкого похода.

Но стоило ему подумать об отдыхе, он представил, как приписанный ему канонирский командир проведет время до завтра на жесткой кровати в комендатуре. Стало стыдно.

– Нет, давай в комендатуру, – пробурчал Эльвин.

Он понимал, что отдыха никакого теперь не получится. Что офицеру с другого аллода тут все внове, ему придется помочь найти доходный дом или постоялый двор для временного размещения, завтра надо будет проконтролировать постановку на довольствие…

Вскоре экипаж опустился у комендатуры. Эльвин поднялся по лестнице, отсалютовал караульным офицерам на входе, отыскал коменданта и вручил ему грамоту…

– О, как хорошо, что вы нашли время заехать! – обрадовался комендант. – Она ведь на довольствии не стоит и разместить ее… Ну, сами понимаете… Женщина…

– Женщина? – удивился Эльвин.

– Да. – Комендант постучал в дверь одной из комнат отдыха.

– Можете входить, я одета! – раздался изнутри знакомый голос Карины ди Ланкен. – Вы в казарму тоже стучитесь, когда заходите?

Эльвин распахнул дверь и встретился взглядом со взглядом Карины. На ней был синий мундир лейтенанта, а на поясе висел офицерский кортик.

– Так… Кажется, вы знакомы… – усмехнулся комендант. – Тем лучше. Только прошу вас, командор, оставить запись в журнале, а то мне потом головы не сносить.

Эльвин, почти не глядя, оставил необходимую пометку.

– Вот теперь все. Я умываю руки, к своему большому счастью.

Он унес журнал регистрации, а Эльвин с Кариной так и стояли друг напротив друга. Никто не решался первым сделать шаг.

– Я когда поняла, как ты передал информацию Совету Лиги… – начала девушка.

– Как ты могла понять?

– По последствиям. Не знаю, как тебе это удалось, но ты ведь не допустил, чтобы эльфов посчитали предателями!

– Пойдем лучше на свежий воздух, – предложил Эльвин. – У стен тоже бывают уши.

Они покинули комендатуру и, не сговариваясь, направились к краю аллода в стороне от порта.

– В общем, я как узнала, что ты не стал очернять эльлфов, – рассказала Карина. – Сразу попросила о переводе. С понижением… Но к тебе. Думала, хотя бы просто на аллод попасть. А тут, оказывается, ты потерял канонирского командира. Ну… В общем, я рискнула написать рапорт.

– Правильно сделала, – честно ответил Эльвин. – Я очень скучал по тебе.

– В объятиях какой-нибудь красотки?

– Не без этого. – Эльвин улыбнулся. – Но и ты ведь мало в чем себе отказывала.

– Ой-ой, какие мы грозные. Ладно, я не ревнивая. Так, бурчу для проформы. Чтобы не расслаблялся.

Они добрались до края аллода и уселись на валуны. Место было очень похожим на то, где Карина пришла в себя после бегства из притона. Между сторожевыми башнями мерцал и клубился астрал.

– На аллоде гибберлингов мне помогли встретиться с местным вельможей, – рассказал Эльвин. – И он организовал двустороннюю встречу с канийским советником. Так что информацию никто уже не мог скрыть.

– Но как тебе удалось сохранить честь Домов? – не скрывая удивления, спросила Карина.

– Я соврал, – честно признался Элльвин. – Соврал, что не выдавал эльфам никакой информации, кроме самого факта нападения на эскадру.

– И тебе поверили?

– Думаю, что нет. Но ведь и доказательств обратному не было. Когда я все рассказал, они, как честные союзники, тут же обо всем сообщили Совету Восьми Домов. А те, я прямо представляю картину, сделали удивленные выражения лиц и от души поблагодарили за ценную информацию, окончательно исчерпав инцидент.

– Ты молодец, – вздохнув, сообщила Карина. – А я дура. Чуть не втянула тебя в бессмысленную и опасную авантюру.

– Надо же! – Эльвин рассмеялся. – Ты научилась признавать свои ошибки.

Карина ничего не ответила, просто прижалась к плечу командора. Говорить не хотелось. Эльвина охватило волнение за судьбу девушки.

– Может, ты зря это сделала, – произнес он вслух.

– Что? Перевелась к тебе?

– Да. Мне теперь будет тревожно.

– Вот дурачок! – Карина коротко поцеловала Эльвина в губы. – Мы же будем на одном корабле. И у нас будет редкая возможность умереть в один день. Разве это не замечательно?

Налетел порыв ветра. В клубах астрала мелькнула неясная тень.

– Кажется, приближается шторм, – произнес Эльвин.

Карина снова не ответила. Крепчающий ветер трепетал крыльями эльфов.