Том 2. Последний человек из Атлантиды - Александр Беляев

Элис (поднимается, жмет руку Кронина). Спасибо! Это первые дружеские слова, которые я слыхала за сегодняшний день.

Зал ученого совета. Длинный стол, покрытый зеленым сукном. За столом ученые. Кронин произносит речь. Ученые разделились на две партии. Большинство против. Шум, крики.

Кронин. Потенцирование организма – крупнейшая научная проблема нашего времени…

Голоса:

– Всякую проблему можно испортить!

– Мы должны беспощадно изгонять шарлатанов от науки из наших рядов!

Кронин. Нельзя выносить поспешное суждение. Каждый из нас…

Голоса:

– Никольс – шарлатан!

– Следует, однако, разобраться по существу! Не выносить скороспелых решений!

– Авантюрист!

– Преступник!

– Позвольте! К порядку ведения заседания, прошу слова!

Председательствующий, дряхлый старик, слабо звонит в колокольчик. Общий шум, крики…

Поле для игры в футбол. Толпа студентов. Одни из них в спортивных костюмах, другие в обычных костюмах, но с корпоративными шапочками.

Забыв об игре, две группы студентов стоят друг против друга и ожесточенно спорят. Слышны отдельные голоса.

– Доктор Никольс – благодетель человечества!

– Таких благодетелей в тюрьму сажать!

– Так могут говорить только тупицы!

– Как вы смеете оскорблять?

Общий шум, гам, крики. Начинается свалка.

Кабинет судьи. Судья и профессор Истмен.

Истмен. Я не могу отрицать того, господин судья, что работа Никольса имеет огромное значение. Но в его руках потенцирование – опасное орудие. Он хочет сделать потенцирование общим достоянием. Это может привести к огромным экономическим и социальным потрясениям.

Судья. Я понимаю вас, господин Истмен. Интересы государства, общества требуют, чтобы Никольс был… изъят… Он должен быть осужден, хотя для суда это нелегкая задача.

Кабинет Никольса.

Никольс и Элис.

В кабинет без стука входит Вуд с горящими от злорадства глазами и торжествующей улыбкой.

Вуд. К вам пришли, господин Никольс! (Широко открывает двери. Входят следователь, два полицейских, Битл и Сантано.)

Следователь. Господин Никольс! На основании постановления прокурора я должен произвести у вас обыск и арестовать вас. Вот ордер. (Протягивает Николъсу бумажку, тот не берет ее.)

Никольс. Спрячьте в портфель, мне он не нужен.

Два полицейских стали по обе стороны Никольса и уже не отходят от него.

Элис. Почему же вы не арестуете и меня? Я работала с господином Никольсом и отвечаю вместе с ним за все!

Следователь (улыбаясь). К сожалению, не могу удовлетворить вашего желания, на ваш арест пока не имею ордера.

Никольс (многозначительно взглянув на Элис). Успокойтесь, Элис, и не делайте глупостей. Вы только моя служащая и ни в чем не виноваты. У вас свой путь.

Элис. Ваш путь – мой путь!

Никольс. И продолжайте этот путь без меня.

Элис. Но я… (Она пошатнулась.)

Сантано, шаркая лакированными туфлями, подскакивает к ней с намерением подхватить ее под руку.

Элис (брезгливо отталкивая его). Не подходите ко мне… негодяй!

Сантано прошаркал мимо с таким видом, как будто он и не собирался подходить к ней.

Никольс (следователю). Вы позволите мне проститься с моим пациентом Паркером?..

Следователь. Не возражаю.

Комната Паркера. Дверь открывается. Входит Никольс в сопровождении полицейских. За ним следуют остальные.

Паркер. Что это значит, господин Никольс?

Никольс. Это значит, что я арестован. Пришел проститься с вами.

Паркер. Арестованы? Господин Никольс! Что же будет со мной? Кто мне поможет? Кто погасит свет? Что теперь будет со мной и Мэг? Господин Никольс! Я не хочу расставаться с вами!

Следователь (улыбаясь). Как, вы тоже желаете следовать за господином Никольсом?

Никольс. Не беспокойтесь, Паркер. Свет скоро погаснет. Даю вам слово. Искусственные радиоэлементы недолговечны.

Следователь (Паркеру). Господин Паркер, в предстоящем суде вы явитесь главным свидетелем обвинения и, так сказать, вещественным доказательством. Вероятно, вы захотите выступить против господина Никольса и в качестве гражданского истца. Для этого у вас все данные.

Паркер. Но я не имею никаких претензий к господину Никольсу. Мне хочется только, чтобы он скорей погасил мое свечение…

Следователь. Об этом вы скажете на суде. Но суду необходимо обеспечить вашу явку. Мы не можем ограничить вашу свободу, однако должны принять свои меры.

Суд находит, что в его и ваших интересах необходимо, чтобы вы до суда находились у господина Сантано, который любезно согласился на это. Поговорите с ним и решите. Но предупреждаю, если вы не согласитесь на мое предложение, нам придется принять в отношении вас другие меры. (Никольсу.) А теперь прошу вас присутствовать при обыске.

Все, за исключением Сантано и Паркера, уходят.

Сантано с торжествующим видом обходит вокруг Паркера, затем выключает свет.

Сантано. Я еще не разглядел вас как следует. Эффектно! Сенсационно! Изумительно! Оригинальнее, чем я ожидал! Это, наверно, сердце? Ишь, как екает! Я не знал, что оно такое большое и совсем не похоже на те сердца, которые изображают пронзенными стрелой амура или на картах червовой масти… А это что? (Тычет пальцем в живот.) Печенка или селезенка? А где почки? (Вертит и мнет Джона.) Доктора говорят, что у меня почки не в порядке. Интересно посмотреть, как они выглядят.

Паркер. Оставьте меня в покое!

Сантано. Ну, ну, какой недотрога! Так согласны работать у меня? Ведь вам все равно некуда деваться. У меня полная чаша. Чего душе угодно.

Паркер. И что дальше?

Сантано. А дальше вот что. Если согласитесь выступать перед публикой, то сверх прочего вы получите кое-какие деньжонки.

Паркер. Вы хотите показывать меня, как какого-нибудь крокодила? Я не буду выступать перед публикой.

Сантано. Ваше дело. Я думал, вы умнее и практичнее. Вы могли бы хорошо подработать для своего гнездышка, пока погаснет свет. А к тому времени мы разыскали бы и вашу несравненную Мэг. Я уже напал на ее след.

Паркер. Вы обещаете мне это?

Сантано. Да. А у Сантано слово и дело не расходятся.

Паркер. Хорошо! Если так, я согласен на все.

Сантано. И умница, и отлично! (Обнимает его.) Идем, племянничек!

Подъезд у дома Никольса. Автомобиль для арестованных. Никольс садится в сопровождении полицейских. Битл несколько раз щелкает аппаратом. У двери Элис, в пальто и шляпе.

Подъезжает автомобиль Сантано. Сантано усаживается вместе с Паркером и Вуд. Когда автомобиль трогается, Вуд бросает на Элис торжествующий взгляд.

Элис (шепчет). Змея! (Закрывает дверь на ключ, кладет в сумочку и, низко опустив голову, бредет по тротуару.)

Зал судебного заседания. Вечер. Горят лампы. Места для публики переполнены. Судьи. Прокурор. Адвокат. На скамье подсудимых Никольс.

Атмосфера в зале судебного заседания накалена. Публика остро реагирует на все выступления. Перед судьями стоит Вуд и дает показания.

Вуд. Да, господин Никольс приказывал мне называть его профессором.

Никольс. Ложь!

Адвокат (к Вуд). Вы называли перед пациентами доктора Никольса профессором в его присутствии или за глаза?

Вуд (несколько смущенно). Я… я всегда говорю что за глаза, то и в глаза.

Прокурор. И он не возражал?

Вуд. Он даже приказывал. И он заставлял меня расхваливать его как гипнотизера.

Прокурор. Что же заставляло вас исполнять его приказания?

Вуд (пожимая плечами). Я служила у него. Другую работу найти нелегко… Он эксплуатировал меня, третировал, как последнюю служанку-негритянку. А я не какая-нибудь… Это меня только жизнь зажала. Ужасный человек!

Прокурор. Скажите, свидетельница, господин Никольс брал деньги за повторные визиты?

Вуд. Да, всегда.

Никольс. Ложь!

Судья (Никольсу, грубо). Подсудимый! Прошу без реплик. Вам будет предоставлено слово.