Принц мародеров - Артемис Мантикор

— Если ты еще не понял, Балтор, я из очень далекого отсюда места, поэтому ничего не знаю о ваших «обычных» вещах. Поэтому постарайся отвечать по возможности соответствующе. Как для дурачка с окраины.

— Как знаю я, была там битва лет много назад. Та самая, что расколола домены сил Земли и Света на осколок Знанья, Смерти, Хаоса, лежбище Пустотных тварей, да Разлом. А серый домен в самом сердце их, и прежде звался он Природой.

— Чего там стоит ждать? Какие водятся монстры?

— Не ходят монстры там, и жизни в серости ты не отыщешь, серолап. Сам видел, как бывал в краях тех. Ничто не движется, ничто не родит, нет ветра там и все туманами покрыто. А главное слабеют маги там, и все, что цвет имеет — выцветет, став серым.

— Мне уже нравится, — мрачно подытожил я описание свинолюда. Почему я не удивлен, что Принц Мародеров скрывается именно там? Наверняка ведь этот эффект не спроста, а среди спутников Алькора как минимум один имеет связанную с этим способность. А возможно, какая-то способность такого рода есть и у лиса. В бою я этого так и не понял, но повод для таких подозрений есть. — И как попасть в эту райскую пустошь?

— Домен полуоткрыт, — ответил гверф, пожимая плечами. — Лишь должно в голове нести серые мысли и путь отыщется сам собой. Хоть и не сразу. Одним блуждать разыскивая вход придется годы, а иной найдет дорогу за три цикла. Как свезет, должно быть.

— Серые мысли? Это как?

— Серые, — неопределенно начал свинолюд, но ответил на удивление конкретно. — Те, что без чувств. О том, что делаешь рутинно ты. Изо дня в день, не придавая значность. К примеру, моешь пол или готовишь пищу. Но только если радости или тоски в том нет.

— Понял, — кивнул я, принимая ответ, хотя на деле ничего я сейчас не понял. Это одна из тех вещей, что я просто перескажу Сайрису дословно, а он пусть думает, что с этим делать.

Выходит, снова смещения между доменов, которые мне показал Сайрис. Ну, идти туда мы всяко будем все вместе. Однажды мне определенно придется освоить способ местных быстро перемещаться по городу, но сделать это мне придется самому и по-своему, без советов со стороны. Для меня переход не мог быть таким же и основываться на зрительных образах. Мне придется запомнить звуки каждого домена и в первую очередь воссоздавать в памяти именно шум места. В любом случае, для этого необходимо время и попытки.

Четыре часа… Вернее, уже три. Вот сколько мне отведено на все задачи. Даже не знаю, что можно так долго делать и очень жаль, что я не на месте Рин сейчас. Не думаю, что архонка наслаждается путешествием, а вот я даже рад был бы размяться в сражении. Хотя, и задача у нее специфическая — зверянин с заметными отличительными признаками вида никак не сойдет за доминионца.

— Что ты знаешь о Святом? Спасителе из серых земель? Надежде бездушных?

— Слыхал про первых двух. Это, вроде как, единое рыло. Одна морда, то есть. Сам не видовал, но знаю, что ходят из ним зверолюды по своей воле. Порой лечебных зелий даст болезным. Иными временами, кормит голодавших жрачкою. Святым зовут его с того, что никому он не откажет и берется за любую просьбу что молит народ. Вот только отыскать к нему дорогу не каждому под силу. Не знаю почему — на то ответ ищи ты сам.

— Хо-ро-шо, — почти по слогам ответил я. — Тогда у меня к тебе будет еще одна просьба, и разойдемся по своим делам. Идет?

— Какая?

Я развернул отданную мне синюю ткань и осмотрелся в поисках самого укромного уголка под стеной, так чтобы слегка нависавший козырёк хоть немного прикрывал меня сверху. Вздумай кто бегать по крышам, то понял бы, что здесь кто-то есть, но хотя бы он не разглядит лицо и бирюзовые волосы сиин.

— Мне нужно будет на несколько минут впасть в транс. Не волнуйся, это не опасно и вообще далеко от боевых умений. Считай, что я просто тихонько сыграю одну мелодию и все.

— В чем задача мне? — в голосе гверфа появилось чуть настороженное непонимание.

— Постой рядом и если увидишь кого-то кроме нас поблизости, просто дерни меня за плечо, чтобы я понял и пришел в себя. Это все. Дальше уже — моя забота.

— А-а, посторожить бренное твое тело, покуда ты шаманишь шаманство? — кажется, мой новый товарищ с такой задачей уже сталкивался.

— Именно, — я не стал скрывать радость от того, что мы друг друга поняли, и улыбнулся.

— Мой брат Стиггс шаманом был, — нахмурился свинолюд. — Я раньше охранял его не редко, когда он в духов царства уходил и медитировал. А потом стал учить ходить в жилые домены.

— Ну, ты же сам говорил, что он может быть жив.

Гверф сокрушенно покачал головой в согласии, но выглядело это так, словно в душе он неистово машет «нет».

— Ладно, гве… Балтор. Я, пожалуй, начну. В моем народе говорят, что музыка оберегает душу, и помогает пережить тяжелые времена. Может, и тебе станет чуточку легче, не знаю.

Из-под слова силы появилось Равноденствие, и я с наслаждением взял хаани в руки, кладя на колени.

Сначала тихо, одними подушечками пальцев касаясь одних и тех же нот, я начал создавать ритм. Четыре ноты, одна из которых повторялась несколько раз разнеслись по заключенному в пусто́те между домами. Затем к ним присоединился ещё один похожий набор звуков в тональности ниже.

Мелодия зазвучала громче. Нот становилось больше, обе повторяющиеся последовательности стали видоизменяться и все чаще мешались друг с другом, пока мелодия не стала единой нитью, теперь звучавшей в полную силу перед изумленным гверфом, явно ожидавшем чего-то иного.

Я закрыл глаза и сосредоточился на потоке чувств, звуков и образов. Перед внутренним взором зажглись силуэты Айрэсдарк’сиин и Харо Книгозмея. И наконец нужный мне образ играющей на мории печальной девушки-реки.

На этот раз Мора обратилась ко мне первой.

Серая хрупкая фигурка сидела на самом краешке заболоченного и покрытого бесцветной серо-зеленой тиной озера. Нижняя часть ее короткого платья стала грязной от земли и слипшихся подгнивших растений.

Лицо её, повернутое, как и всегда, к воде,