И. О. темной принцессы - Лана Ежова

И столько горечи, искренности прозвучало в признании, что я простила глупышку.

— Если я попадусь Аурелию, и он прикажет убить тебя… — Челюсти Никласа сжались так сильно, что, кажется, я расслышала скрежет. — Не верь мне, Лина, не надо.

Я стиснула его руку, все еще удерживающую маю, и твердо пообещала:

— Буду. Ты мой герой, Никлас, а в героев нужно верить, и тогда они непобедимы.

Он прикрыл глаза и обреченно вздохнул.

Зря. Я ведь верила в то, что говорила, слова шли от души. То, что начиналось игриво, как легкий флирт, вдруг стало искренним откровением.

Никлас отмер и уже привычным тоном, как будто и не было горячечных признаний, поинтересовался:

— Мороженое нравится? Плесени как таковой здесь нет, лишь вытяжка из пораженной ею ягоды кюи. Пока ягода свежая, она ничем не пахнет, но как только покрывается серой пленкой, приобретает аромат кофе.

Уточнения аппетит не улучшили, но все же было приятно, что он об этом рассказал.

Через полчаса мы вышли из чайной.

— Хочешь еще погулять? Или вернемся, и я покажу артефакт, который придется использовать, если Йольский не выполнит свою задачу.

— Во дворец хочу. — Меня снедало любопытство: какой артефакт может заменить обучение магии голоса. — Но сначала мы купим взятку моему учителю, чтобы он сменил гнев на милость.

— Чем же ты хочешь его подкупить? — насмешливо поинтересовался Никлас.

Я указала ему за спину.

Элегантная вывеска гласила: «От шляпы до трости». В витрине красовалась полупрозрачная иллюзия молодого блондина в фиолетовом камзоле.

При виде его я и вспомнила франтовские туфли Йольского. Надеюсь, интуиция не подвела, и он любит оттенки фиолетового. К тому же одежда с чужого плеча, да еще вдобавок мощного, не придавала уверенности коллекционеру женских сердец.

— Что-то в этом есть, — согласился Никлас.

Еще минут тридцать — и мы выбрали обновки и для афериста. Несколько лавандового цвета рубашек, черничные туфли и брюки, а из переливчатой насыщенно-фиолетовой материи — камзол.

Все оплатил Форк, и я даже не думала спорить, понимая, что это будет глупо.

Когда он консультировался по поводу размера обуви, я улучила момент и за свои деньги купила симпатичную булавку с черным камнем для закалывания шейного платка. Ее приглядела не для ловеласа, а для обладателя глаз цвета мрака.

— Все, теперь можно и возвращаться, — объявила я, когда вышли из лавки мужской одежды.

Неподалеку от нас, на расстоянии двух-трех метров, обозначилась световая арка перехода. Никлас мгновенно закрыл меня широкой спиной.

Из телепорта вывалилась брюнетка в шикарном черном платье. Упав на вытянутые руки, тотчас вскочила и встряхнула кистью — черный браслет осыпался пеплом. Похоже, это был одноразовый артефакт переноса, которым она только что воспользовалась.

— Вот она! Быстрее! — взвизгнули за нашими спинами.

Я оглянулась.

Заехав на площадь и распугав гуляющих, неподалеку остановился открытый белый экипаж с седовласой женщиной и двумя молодыми мужчинами. Все были одеты в ослепительно белые наряды. На плече одного из мужчин висело пышное белоснежное платье, эдакое стандартное платье-торт.

— Остановите ее! — завопила седовласая, хищно вытягивая вперед руку.

Брюнетка из телепорта побледнела. Ловко подобрав длинный подол, она бросилась бежать в сторону храма Гармонии.

— Держи ее! — истерично завизжала преследовательница, без помощи мужчин выскакивая из экипажа.

Я не успела толком сообразить, что происходит, как Никлас создал щит — прозрачный зеленый экран перекрыл тротуар и часть площади.

— Пропустите! Это моя невестка! — прорычала женщина взбешено.

Молодые мужчины синхронно вскинули руки, швыряя багровые шары. Щит герцога легко выдержал двойной удар.

— До церемонии еще не ваша невестка, — возразил Никлас.

— С дороги! Темная должна выйти за моего сына только в белом платье!

Мой герой молча покачал головой.

— Успокойся, мама, она поднялась по ступеням, — разумно заметил мужчина постарше. — Пора и нам в храм, иначе не увидишь, как женится твой средний сын.

Надеюсь, он вменяемей, чем его братья, и брюнетка не зря к нему так торопилась.

— Ты!.. Ты ответишь за то, что помешал! — заявил гневно парень со свадебным нарядом на плече.

— Не кипятись, а то платье уронишь, расстроишь мать, — усмехнулся Никлас.

И создал переход.

Входя в него под ручку с герцогом, я обернулась и совсем по-детски показала проигравшим язык. Перед переносом еще успела увидеть, как тает зеленый щит, а старший мужчина отвешивает подзатыльник младшему.

Если я не путаю, то маги, умеющие без артефактов открывать пространственные переходы, считаются очень сильными, с ними не ссорятся.

Мы вышли четко напротив двери моих покоев.

Вспомнив удивление женщины, ее досаду, что невестка выйдет замуж в платье, которое выбрала сама, я рассмеялась.

Никлас помог неизвестной девушке без моей просьбы — это разве не подвиг?

— Спасибо, это было нечто! Я же говорила, ты мой герой.

— Не стоит благодарности. Обычная солидарность темных.

О, он еще и скромный герой!

Подавив веселье, поинтересовалась:

— И часто на невест давят, заставляя надевать платье, угодное семье жениха?

А все же жаль девушек Вайстала и Эрмарии, которые даже не подозревают, что у свадебных нарядов может быть и другая расцветка.

— Так сильно наседают редко, обычно обходятся уговорами.

— Дискриминация темных, — объявила я и позвала: — Джесс!

Служанка не отозвалась.

— Видимо, уже ушла домой. По уговору, если не прошу об обратном, она уходит с наступлением вечера.

— Неудивительно, — Никлас указал на настенные часы.

Прогулка по городу затянулась, а ведь по моим ощущениям она длилась как один миг.

— Мы пропустили ужин, — я подавила зевок, прикрывшись ладонью.

— Не переживай из-за этого. А вот наши занятия, к сожалению, придется перенести.

Я всполошилась. Получается, только утром узнаю, о каких артефактах шла речь?

— Почему перенести? Еще детское время!

— Нет, ты устала, Лина. Если хочешь подготовить запасной номер для выступления, придется хорошо отдохнуть.

— Объясни хоть, что за номер!

— Все завтра. Я забираю Йольского, и мы дружно все отправляемся спать. Кстати, где он?

В гостиной, где мы оставляли афериста, его не было. Стало страшно до одури. Неужели сбежал? А если он что-то сделал Джесс? Или другим девушкам во дворце?..

Поделиться своими страхами с Никласом не успела — услышала тихий стон.

Метнулась к дивану, где горкой валялось скомканное одеяло. Сдернула…

Под ним в позе эмбриона лежал Йоль Йольский. Без сознания, покрытый испариной и белый как мел.

— Что