Удел упыря - Александр Матюхин

Юсуп стал орком. Тем самым, который валялся сейчас задушенный в кустах. А Ильнур превратился во второго. Как ни отвратительно он смотрелся, Юсуп не смог сдержать смеха. Ильнур смущенно прикрыл причинное место руками и умчался снимать одежду с мертвого орка.

Орки, к слову сказать, почти ничего не носили, только небольшие шаровары, похожие на штаны, да повязки – чтобы шерсть не попадала в глаза.

Одевшись, Юсуп и Ильнур размяли привыкающие к перевоплощению мышцы.

– Ступайте по их запаху, – сказал Курд. – В лагерь пройдете свободно. На вопросы отвечайте, что, мол, друиды сдрейфили, согласны уйти завтра до рассвета. Пейте, гуляйте, веселитесь – ну, в общем, все делайте, что делают орки. Как только они уснут, тогда и приступайте.

– Ясно нам все, – отозвался Ильнур, остервенело почесываясь. – Меня интересует другой вопрос: как долго мы будем находиться в этих шкурах?

– До утра. Стоит взойти солнцу, и мазь иссохнет и осыпется, как песок.

– До утра терпеть… – простонал Ильнур. – Ладно, Юсуп, пойдем. Нечего расслабляться.

И, выломав из дерева ветку, Ильнур побрел сквозь кусты, расчесывая спину.

– Удачи, – шепнул Курд Юсупу. – Постарайтесь вернуться как можно раньше. Мы будем ждать вас.

Юсуп коротко кивнул (насколько это было возможно при том, что шея у орков отсутствовала начисто) и пошел вслед за Ильнуром, неловко переваливаясь с ноги на ногу.

До лагеря было примерно с километр. Шли по широкой тропе, сопровождаемые зловонными запахами испражнений и трупов животных, которые оказались на пути орков.

Сам лагерь представлял собой загородку из обугленных кольев, за ними горели костры и шло веселье. Какое-то подобие ворот охранял сутулый орк с седой макушкой и острыми ушами.

– Явились, сухих жуков вам в нос, – заворчал он, помахивая дубинкой, которая превышала высоту любого друида почти вдвое, – а мы уж тут заждались. Все спорили с Бурлом – скольких друидов вы с собой притащите на обед? Двоих али троих?

– Ни одного, – огорчил его Юсуп, разведя руками, – удрали они, паскуды, конский хвост им в задницу, аж пятки засверкали. Только пискнули – мол, берите, что хотите, лишь нас не трогайте! Бедные мы, слабеньки-ие! – Юсуп скорчил гримасу и весело захохотал вместе с охранником. – Все одно их всех зажарим, верно я говорю?

– Ой как верно, ишачье отродье! – согласился охранник. – Ладненько, ступайте к Колохвосту, а то он вас уже с час дожидается. Как последнего кабана зажарили, так и ждет. – Орк захихикал, ткнув Юсупа в бок. Видимо, сказал что-то на редкость остроумное. Юсуп с Ильнуром захихикали следом и прошли в лагерь.

Такого ни Ильнуру, ни тем более Юсупу еще видывать не приходилось. Лагерь изнутри был не чем иным, как обычной помойкой, а происходящее вокруг напоминало пьяный шабаш где-нибудь на Лысой горе.

Вокруг была одна только грязь. Редкие кустики травы, что умудрились выжить, пугливо гнулись к земле. Повсюду торчали обуглившиеся стволы деревьев без единой веточки.

Юсуп поежился. Его повзрослевший мозг все же не мог так быстро привыкнуть к отвратным картинам жизни.

– Держись, – шепнул Ильнур, – пей эль и вино, ешь мясо, да по сторонам смотри. Как наступит время, сам знаешь, что делать.

– Да помню я! – прошептал Юсуп. И, громко захохотав, направился к толпе полупьяных орков, играющих в бутылочку на щелбаны.

Ильнур же побрел в глубь лагеря. Куда именно, он и сам смутно представлял.

– О! Бартышок объявился! – заорали за спиной, и крепкие мохнатые лапы обхватили Ильнура, резко его развернув.

– А вот я щас кому-то зенки-то повысосу! – прорычал Ильнур, освобождаясь от захвата.

– Да ты не узнал, поди?! – перед ним стоял низенький орк с проплешиной вместо волос на голове и красным носом. Ильнур его и вправду не узнал.

– А Колохвост тебя уже дожидается! – пуская носом сизые струи сообщил орк. – Пшли!

– Пшли так пшли! – Ильнур хлопнул орка по плечу и направился вслед за ним. Они миновали валяющихся в блаженном пьяном сне особей неопределенного пола и племени и приблизились к какому-то подобию шалаша, сооруженного из стволов молодых берез.

– Пршу, – картинно шаркнул ногой орк.

– После вас, – хмыкнул Ильнур.

Они вошли вместе.

Внутри шалаш мало чем отличался от остального лагеря. В углу храпели два орка, еще один сидел в центре и курил самодельную трубку. Больше, в общем-то, места и не было. По всему шалашу гулял невыветриваемый запах дурман-травы.

– Хао, брат! – мрачно и тихо сказал тот, который курил травку. – Рад вновь видеть тебя в наших краях. А то мы уж думали, что злобные зеленые отростки вышибли из тебя мозги!

И он тихо захихикал в волосатый подбородок:

– Как я придумал, а? Вышибли из тебя мозги?! А они у тебя есть, Бартышок? А?

– Показать? – осведомился Ильнур. И для пущего эффекта поковырялся ногтем в зубах. Ощуения ему не понравились.

– Да ладно тебе, шутю я, шутю. – Орк затянулся, задержал дыхание и выпустил из ушей струйку дыма. Его морда расплылась в блаженной улыбке. – Курнем, а, брат?!

– Я, пожалуй, вместе с друганами, на улице, – произнес Ильнур.

Орка это ничуть не удивило. Пальцем он подозвал к себе низкорослого и всунул тому в лапы трубку. Низкорослый радостно закивал.

– Тогда расскажи мне, Бартышок, как прошла встреча?

– Да как прошла? Нормально. Я бы даже сказал, отлично. Зеленые передрейфили, пищали что-то о пощаде и о том, что они такие маленькие все, бедненькие. Просили, чтобы мы оставили их в покое, но когда я показал им, что непоколебим, они приняли все наши условия и сказали, что уберутся из леса до завтрашнего вечера.

Ильнур замолчал. Орк дико захохотал, хлопая себя по животу:

– Наивные ублюдки! Они считают, что мы оставим их в покое!!!

Низкорослый орк, сосавший трубку, тоже слабо хихикал, но был больше занят курительным процессом.

– Ладно, Бартышок, ты принес хорошие новости, – орк вновь стал серьезным. – Пей, гуляй, отдыхай до завтрашнего вечера. А затем получишь в свое распоряжение шестерых самых лучших воинов, и вы и разнесете деревню друидов к чертям собачьим.

У Ильнура были большие сомнения насчет того, кто из пьяных и обкуренных орков сможет выполнить приказ, но он радостно улыбнулся, отрыгнул в знак солидарности с вождем и вышел вон из шалаша.

Первое, что Ильнур сделал – вдохнул глоток пусть дурнопахнущего и едкого, но все же воздуха.

– Я-Я-ААА ХОЧУ ТЕБЯ, Я – А-А ХОЧУ ТЕБЯ!! – Судя по виду, Юсуп был пьян, и это ему нравилось. Он сидел в обнимку еще с тремя орками, пил эль прямо из огромного котла и дико орал пошлую песню. Жертва певунов – молоденькая козочка – в это время жарилась на вертеле.

– Кадар тебя раздери!! – взревел Ильнур и сам подивился своему реву. Юсуп замолк, пытаясь сконцентрировать взгляд на нем. На секунду в его глазах мелькнуло удивление, а потом он, видимо, признал старика (хоть и в обличье орка) и пьяно ухмыльнулся:

– Присаживайся, дорогой, гостем будешь!

– Я те покажу гостем! – Ильнур присел рядом и в руки ему тотчас впихнули полную бадью с элем. Запах эля манил. – Нам же дело делать надо, забыл?!

– Но ты же сказал – гуляй, и – и-к, веселись? Ну вот я и…

– Сейчас как дам промеж глаз, – проворчал Ильнур беззлобно. Верно, сам и говорил. Забыл совсем, что Юсуп хоть и стал взрослым, но душу-то юноши не изменишь так же быстро, как внешность.

– П-пей! – бодро предложил один из орков – 3-здравье нашго вожждя!!

– За вождя не буду, за красивых дам буду, – ответил Ильнур хмуро и залпом опустошил бадью. Напиток был горьким, сваренным из каких-то непонятных трав, и драл горло. Тем не менее он Ильнуру понравился. Где-то в самых темных глубинах его памяти возникли воспоминания о пьянках на Острове втайне от Учителей, о том, как его, Ильнура, довольно сильно качало после трех-четырех кружек вина, и еще о многом хорошем, что уже давно забылось. В порыве чувств Ильнур потянулся было к подбородку, дабы стереть с бороды эль, но вовремя сообразил, что вместо бороды у него огромная выпуклая челюсть с рядом острых клыков, и сделал вид, что зевает.

– Тебе скуч-чно? – удивился Юсуп, пьяно кося глазами, – тгда спойем ишо одну песнку!

– Спойем!!! – заорал нестройный хор пьяных орков и следом грянула песня под интересным названием «Йо-хо-хо и бутылка эля!»

Ильнур вдруг обнаружил, что кружка его вновь чудесным образом наполнилась, и мигом опустошил ее. В голове приятно загудело. Если бы не мысль о предстоящем, Ильнур был бы совсем счастлив, а так ничего не оставалось, как встать, подхватить орущего песню Юсупа под мышки и оттащить его подальше от пьющей кучки орков. Юсуп не очень-то и сопротивлялся. Ильнур положил его под обуглившийся ствол деревца, а сам присел рядом и стал изображать из себя вдрызг пьяного орка, ищущего местечко для облегчения желудка. Юсуп же, в свою очередь, взаправду стал искать место, где бы можно было стошнить, что он и сделал спустя пару минут. Другие орки пьяно заржали.