Мэджик юзеры - Вениамин Шехтман

Перевалив через поросшую лесом горку, вблизи не имеющую с лицом спящего никакого сходства, спустились в узкую долину, после свежего ветра горы, душную и страшно жаркую. Шаманы сперва повели друзей в один конец долины, там, явно удивленные, развернулись и повели обратно. В итоге, ночевали примерно там же, где спустились с горы.

— Что за неуместный моцион устраиваем? — спросил у Перона Дима.

— Извини. Напутали. Там каменный кусок должен был быть. Тот, который назван Птичья нога. Я его не видел никогда, но Хорхе-Педро говорит что есть такой. Похож на ногу с тремя пальцами. Только он не помнит в какую сторону идти.

Птичья нога нашлась на следующий день. Ручья Змеиный язык не нашли, но он был приметой второстепенной, направление и так было понятно. Пересекли долину, нашли Зад старой бабы — волнистую лавовую возвышенность, с узким распадком между двух округлых холмиков. Прошли распадком и тут Перон остановился.

— Все, — сказал он. — Где-то здесь, кабальерос, должна быть дырка в земле, но я ее не вижу. Вы мне совсем не верите, но я правду говорю. И Хорхе-Педро согласен: должна быть здесь.

Связанный колдун согласно замычал.

— Раз должна, то где-то есть. Искать станем.

Стали искать, но на первых порах безрезультатно. А когда поняли, почему безрезультатно, то сильно расстроились. Склон, в котором могла быть пещера, давным-давно ополз и хотя саму пещеру, старинным способом с наблюдением над пламенем факела (не дрогнет ли) — нашли, забраться в нее не представлялось возможным. Вместо описанной ровной круглой дыры, было несколько узких щелей, куда и руку не просунешь.

— Игоря бы сюда… Или Яшу, — взгрустнул Дима.

— Ты о них рассказывал, но чем бы они могли нам помочь?

— Чем? Игорь бы не унялся пока полгоры бы молниями не раздолбал. А Яша придумал бы экскаватор или хоть отбойный молоток с компрессором.

Воспев способности друзей, Дима подошел к Хорхе-Педро и освободил его от кляпа.

— Шаман, у тебя нет никаких идей как вход расширить? Твоя магия ничего такого не умеет? Колись, тебе же лучше, чтоб мы скорей внутрь попали. Мы ж свое заберем и уйдем, а тебя домой отпустим.

Хорхе-Педро помотал головой.

— Не умеешь, значит? Очень жалко.

Вальдес тем временем, перебирал в голове всевозможные рецепты из арсенала муахос. То, что среди них нет ничего шахтерского, он был уверен, но ведь, пить можно и не из кружки, а из шляпы. Всякую вещь можно применить не по назначению, но с пользой. И магия не исключение — так он рассуждал.

— Мне нужны змеи. Очень много змей. Про тебя, шаман, твой коллега сказал, что ты умеешь напустить на человека змею. А призвать змей к себе, сможешь?

Хорхе-Педро кивнул.

— Я тебя освобожу, позови змей. Только не фокусничай, а то башки лишишься. Покажи ему, — обратился Вальдес к Диме, — как ты его лишишь головы.

Дима огляделся, но ничего подходящего для демонстрации не углядел. Походил вокруг и по счастливой случайности, нашел самое то. Желтый череп мелкого копытного. Какого, он не мог угадать даже приблизительно — рогов не было. Но, череп есть череп.

Положив череп на землю перед шаманом, Дима выпустил "меджик миссайл". Осколки почерневшей кости брызнули в стороны, а Хорхе-Педро подпрыгнул.

— Вот. — наставительно сказал Дима. — Представь, что череп — твой.

Он встал рядом с шаманом, готовый претворить угрозу в дело. А Вальдес развязал колдуна Орово и велел начинать.

Шаман, потер один из мешочков, висевших у него на шее, закачался из стороны в строну, подняв руки забормотал на своем языке повторяющуюся короткую фразу. Дима не сводил с него глаз, а Вальдес обратился к Перону:

— Если змеи приползут, лови их и убивай. И не стой у моего друга за спиной, а? Отойди. Не думай даже ничего подлого сделать!

Не сразу, но змеи поползли. Ничего мистического, никаких шевелящихся ковров и многоголосого шипения. Змеи приползали с изрядными перерывами, по одной, редко когда по две сразу. Но их было много и ползли они долго, а шаман все раскачивался и бормотал. А Дима, весь затек от напряжения, боясь что тот выкинет какой-нибудь фортель, например улетит, как он это умеет. Заклинание-то на сегодня, у Димы оставалось только одно.

Вальдес же, смотрел на змей. Они были разные, и совсем крохотные и чертовски длинные, ярко-зеленые, бурые и пестрые, такие, что если бы не двигались, то делались бы на фоне земли совершенно незаметными. Перон, как выполняя нечто совершенно привычное, ловил их и казнил. Одних он спокойно брал в руки и прокусывал им затылок, других прижимал палкой и разбивал голову камнем. Перон в змеях разбирался.

Когда у ног Вальдеса образовалась изрядная, местами неприятно дергающаяся куча мертвых змеиных тушек, он дал знак Хорхе-Педро прекратить созывать гадов. Тот, совершенно вымотанный, безропотно подставил руки, чтобы их связали и лег на землю.

— Обдери их. Только, немного их крови собери куда-то. — сказал Вальдес Перону, а сам с помощью мачете, начал снимать кору с дерева, похожего на акацию.

Свежие змеиные шкурки и полосы коры, Вальдес связал в толстый и длинный жгут, который запихнул в щель среди камней — свидетельство бывшего здесь когда-то входа в пещеру.

— Подальше все отойдите. Я сам не знаю, что выйдет, могу черте-что натворить. Отойдите, а то засыпать может. Дальше, дальше!

С полусотни метров, Диме было уже плохо видно, что там делал с корой и змеиной кожей Вальдес, но может оно и к лучшему. Потому что вблизи, то что стало происходить, выглядело наверняка отвратительно. Закончив свои пассы и полив жгут подкрашенной кровью водой, Вальдес отбежал и встав с остальными стал смотреть.

Змеиные шкурки зашевелились, вспотели остатками жира на мездре. Выкручиваясь и неприятно, влажно чмокая, они росли, местами разрываясь и все туже переплетаясь с полосами коры. Те, явно нагрелись, даже дымок пошел. Светящийся блекло-желтым в наползающих сумерках жгут все увеличивался. На нем пузырилась розоватая пена, даже на расстоянии чувствовались жар и чесночно-затхлая вонь. Со склона осыпались камешки, где-то внутри горы застонало. Жгут, превратившийся в пульсирующийся кокон, распирал камень и тот слоился, отваливаясь чешуйками-черепицей.

Оглушительный треск и настоящий оползень заставили людей отбежать еще дальше. Вздрогнувший склон заволокло пылью. В пылевом облаке что-то шуршало, продолжали скатываться пласты камня, набегая друг на друга и грохоча. Пыль не оседала долго.

— Что-то я не помню, чтобы переводил такой рецепт, сказал Дима, глядя на треугольный проем среди нагромождения каменных обломков, в который вполне можно было бы протиснуться.