Мэджик юзеры - Вениамин Шехтман

— Суки, а? Чего напридумывали. Вы у меня пососете! Причмокивать будете! А потом я ему глаз высосу. И тебе, гандон, тоже.

— Я не виноват ни в чем.

— Не верю. Освободи меня, ты ж можешь. Перегрызи то, чем руки спутаны и развяжи меня.

— Нельзя сейчас. Ночью, если уснут и караулить не будут.

На этом разговор закончился. Дима все силился освободиться, а индеец смотрел на него и помалкивал.

***

Вальдес бежал, пока не увидел заросшую травой яму под корнями-лопастями здоровущего дерева. Он спрыгнул в нее и стянув прилипший к спине мокрый рюкзак, опорожнил его. Если за ним погоня, то фора у него крошечная, нужно торопиться.

Перочинным ножом выковырял несколько ямок в земле, выложил их листями. Торопливо вскрыл пакетик чипсов, чипсы вывалил на землю. Сложил в первую ямку сухие мушиные трупики из своих запасов, во вторую набросал мелких цветков и рыбьих косточек, присыпал сигаретным пеплом. В третьей замесил, отжав из мокрой рубашки воду, густое тесто из земли, соды и перца. Оглядел плоды своих приготовлений и попытался раскочегарить горелку. Встроенная в нее пьезозажигалка промокла и не работала. Тогда, Вальдес сорвал с дерева большой красный цветок и держа его в ладонях, стал кружиться и что-то напевать.

Цветок стал языком пламени, дрожащим и, как чувствовал Вальдес, недолговечным. Быстро, но осторожно, маг поднес огонь к горелке и отвернул вентиль. Успел. Заработало. Он высыпал в огонь сушеных мух и собрал дым от них в пакет из под чипсов. Закрутив горловину пакета, стремглав побежал обратно, в сторону реки. Отбежав на сотню шагов, выпустил дым. Сизое облако росло и росло, поднялось ввысь и раздвинулось далеко в стороны.

Быстро, но уже не нервничая, Вальдес вернулся к своим запасам. Теперь и преследователям, отделенным от него дымовой завесой, будет непросто его отыскать и, главное он будет в курсе: если кто-то войдет в облако дыма, оно зажужжит. Да так, что он услышит, а тот кто окажется в облаке — оглохнет.

Вальдес задумчиво посмотрел на смесь цветов и костей, обшарил карманы, снова перетряхнул рюкзак и, наконец нашел то, что ему подошло. Мокрый авиабилет, который как маг точно помнил, Дима держал в руках. Отщипнув от билета уголок, Вальдес обвязал его своим волосом и добавил в цветочно-костяную смесь. Завернул ее в выстилавшие ямку листья.

Со стороны реки раздалось низкое гудение. Маг встрепенулся. Работают мушки! Вальдес довольно осклабился и вернулся к своему занятию. Прижав сверток к груди, Вальдес замычал сложную мелодию без слов. Он нагибался, топал ногами, кривил лицо так, будто в животе начались рези. Из под сжимавших сверток пальцев потек зеленый дурнопахнущий сок. Вальдес, продолжая петь, лег на спину и задрыгал ногами. Сок стал пузыриться, а сверток распело изнутри и он лопнул. Вальдес встал, обтер о траву грязные руки, вытер от зеленой жижи живот и грудь. Передохнул и занялся тестом из последней ямки. Он вылепил маленькие фигурки, условно похожие на индейцев. Зажег от горелки свечу и обкапал тестяные куколки стеарином.

— Теперь не засохнут. — сказал он вслух, когда стеарин застыл. Завернув фигурки в траву и листья, он спрятал их в карман рюкзака.

Подождав, когда наведенный им волшебный дым рассеется, Вальдес пошел к реке. Дорогой, он повстречал нескольких индейцев, которые стонали и катались по земле. Мстительно пнув одного их них ногой, Вальдес дошел до реки и без труда обнаружил лодку, в которой индейцы приплыли. Вести длинную, но вертлявую лодку одному было непросто, но Вальдес справился. Он вышел на берег там же, где ранее они покинули плот. И остановился в затруднении.

Следопытом Вальдес не был, да и не всякий следопыт вытропил бы в лесу индейцев. А выведенного из строя Диму, которого, передвигайся он своим ходом, ломая кусты и сминая траву выследить не составило бы труда, индейцы тащили на себе. Выручила Вальдеса его магия. Он взял из своих запасов сушеный крысиный нос, с отвращением разжевал его и полученной кашей натер себе ноздри. Его качнуло от многократно усиленных запахов, которыми был полон лес. Привыкая, Вальдес постоял держась рукой за дерево. Когда освоился, стал ходить челноком, искать где усиливается запах людей и куда уводит. Нашел и уверенно зашагал. И вскоре пришел к деревне похожей на деревню Перона, только немного более многолюдную. И все люди в ней катались по земле, стонали и подвывали от спазмов, терзавших их животы. У многих случились приступы диареи. Вальдес, поскорее выскреб из носа волшебную кашицу, а то от деревенского амбре аж глаза резало.

Найдя и освободив Диму, Вальдес помог ему унять боль, без всяких снадобий, просто велев зажать в зубах конец веревки, другой конец которой он сунул в рот Перону. Попрыгав вокруг и постучав в ладоши, Вальдес добился того, что вся боль Димы перешла к Перону. Никакого сострадания к индейцу, маг не испытал. Счел, что поделом.

Вальдес и Дима, вместе вышли на улицу.

— А где тут этот, дон Педро? Перон говорит, он у нас собирался мозг высосать. Чтобы взять себе нашу силу.

— Я теперь ему ни на мизинец не верю. Хотя тут, может и не соврал. В муахос есть подобная техника. Но у нас надо выпить кровь. А тело надо засушить или опустить в спирт. Если протухнет — сила уйдет.

— Очаровательно. Так где он?

— Давай искать.

Шамана Хорхе-Педро, оказалось найти несложно. Он единственный из обитателей деревни сохранил некоторую подвижность, а именно, прижав руки к животу, ковылял к опушке леса. Когда его окрикнули, повернулся и, хотя его скривившееся от боли лицо заливал пот, вскинул в направлении Димы с Вальдесом руку и начал бормотать заклинание.

Дима опередил его, выкрикнув собственное заклинание, благо они у него были короткими. Хорхе-Педро замер как стоял, с открытым ртом и простертой дланью. Дима взвалил легкого неподвижного индейца на плечо и отнес в тот сарай, где его держали. Свалив Хорхе-Педро рядом с Пероном, он сдвинул их головы и пригляделся.

— Одно лицо! А говоришь, дальние родственники! — с укоризной сказал он.

Перон членораздельно ответить не мог, только стонал.

— Долго они мучиться-то будут? Ты их можешь вылечить?

— Только каждого в отдельности. Оно быстрей пройдет, чем я ковыряться буду. — ответил Вальдес. Но кое-кого, конечно надо подлечить. Пойду, малышне пособлю. — Вальдес тяжело вздохнул. — Сволочь я последняя, не подумал сразу, что раз эта штука по площадям бьет, а площадь, кстати, ого-го какая, то и детей с женщинами тоже свалит.

Он пошел по деревне, на ходу вынимая из рюкзака пакетик с муравьиными брюшками и пузырек масла. А Дима, который ничем помочь не мог, остался сидеть с коварными колдунами-родственниками.