Ты такой же как я (СИ) - Висман Дэвид

Мать ревела навзрыд, взахлеб.

- У нас не было в семье уродов, у отца тоже. Такими не рождаются, такими становятся. Это все мы с отцом виноваты. Он был чересчур жестким, тебе просто любви отцовской не хватало. А я тебя разбаловала. Все дозволяла. И улица тоже свою роль сыграла.

- Мама! Да причем все это! Я таким родился! Родился, понимаешь!- я на нее кричал. Кричал на мать.

- Не понимаю! Как такое можно понять? Это извращение, мерзость! Выкинь это из головы и заведи, наконец, семью!

- Не могу, мам. Не могу, я пытался и вот что из этого вышло! Я потерял Даньку, ребенка, сделал несчастной Машу.

- Господи, за что мне все это! За что ты меня наказал, Господи!- было тошно смотреть на рыдающую мать, как в детстве. Я попытался ее обнять, но она оттолкнула.

- Уйди! Я на тебя всю жизнь положила, ты моей гордостью был. И что теперь? Сын извращенец? Что я Виктору скажу? Как я ему скажу, что мой сын гомик?

- А причем здесь Виктр? Да срать я хотел на твоего Виктора, он мне что, авторитет?

- Я с отцом ничего хорошего не видела, хочешь, чтобы я и на старость лет одна осталась?

Я всю жизнь на тебя угробила, все терпела, лишь бы у тебя все было. Дотерпелась, дождалась благодарность на старости лет.

- А что изменилось, мам? Не говори Виктору ничего, это вообще не его дело. И у тебя есть я, если что, я тебя к себе заберу. Не останешься ты одна.

- Нет, сынок, я с тобой жить не буду. Боже упаси. Я не рожала извращенца. Вот только не зря говорят, материнская любовь бывает во вред. Пороть тебя надо было, и не было бы этого всего. Уходи. Не хочу тебя видеть, и знать о твоей развратной жизни ничего не хочу. Уходи - Она встала, умылась и вышла во двор.

А я стоял и не верил. Не мог поверить, что единственный человек, который, я думал, поймет меня, роднее которого нет – отказался от меня.

Я тоже умылся, чтобы не разреветься. Открыл подпол и спустился вниз. Я проверял после смерти отца, пистолет все так же был закопан в подполье, а саперская лопатка все так же воткнута в этом месте.

Мать сидела в бане и ревела навзрыд. Я зашел и обнял ее, прижался к ее макушке. Она тяжело вздохнула и высвободилась из моих рук.

- Уходи Дима. Лучше бы ты мне ничего не говорил. Уходи.

- Прости меня мам. За все прости - я все-таки не сдержался, слезы навернулись на глаза и я чуть ли не бегом бросился к машине.

За дверью бани осталась причитающая мать.

Квартиру я все еще снимал. В нее я и поехал. Не знаю, почему именно там мне хотелось, чтобы все закончилось. Хозяевам я, конечно же, подложу свинью, но мне уже плевать на все. Пусто и безразлично.

******Глава 43

Домой Данька прилетел уже вечером. Мать с отцом, не ожидавшие его появления, переполошились, что он поругался с Георгием. Успокоив их, что все нормально, и он просто вернулся пораньше и Георгий вышлет ему все бумаги по практике, Данил первым делом вставил свою старую симку в телефон.

Сообщения и оповещениями о не отвеченных вызовах приходили одно за другим.

Он искал смску только от одного абонента.

Нашел:

«Прости. Люблю тебя»

Прислана третьего января. Почти два месяца назад, сразу после случившегося.

В открытом ящике стола лежал брошенный ключ от съемной квартиры.

Скорее всего, квартиру Дмитрий сдал хозяевам и те наверняка сменили замок, но Данька поддавшись внезапному импульсу, сунул ключ в карман.

Где конкретно живет безопасник, Данил не знал. Знал, на какой улице и все.

- Ну, и где мне тебя искать? – вслух спросил он у себя, и вздрогнул, когда в руке завибрировал телефон.

Звонили с неопознанного номера, Данька нажал на прием.

- Данил, это ты?- мужской незнакомый голос.

- Я – растерялся Данька.

- Ну, слава Богу. А то девчонки сказали, что ты симку сменил и новый номер никому не дал. Ты в Питере?

Данилу стало казаться, что он слышал уже где-то этот голос, но не мог вспомнить где. Он подумал, что звонят из университета, и не знал, что ответить. Если скажет, что вернулся из Петербурга, то получается, что он бросил практику и не какие подтверждения о ее окончании, присланные Георгием, не спасут от неприятностей. Поэтому он молчал и только дышал в трубку, не зная, что говорить.

- Ты там уснул что ли? Даня, отзовись, ау…

- А с кем я разговариваю? Извините, но мне не знаком этот номер.

- Конечно, не знаком, я тебе не звонил ни разу. Олег Юрьевич, завгар, помнишь такого?

- Д-да – Данька даже присел от неожиданности – Что-то случилось? – сердце забухало тяжело, сжимаясь от плохого предчувствия.

- Дань, поговорить надо. О Саныче. Он случаем не к тебе в Питер умотал? А то мы здесь его обыскались.

- Я дома. Я сегодня прилетел. А откуда вы знаете про Питер? – Данил запаниковал. Он начал понимать, что завгар знает о них с безопасником. И раз на работе его стали искать через него – через Данила, значит, знают все.

- Раз ты дома, я сейчас подъеду. Разговор есть. Я помню, где ты живешь. Выйдешь?

- Хорошо.

Данька отключил телефон и быстро одевшись, выскочил на улицу. Его трясло. Вывод, что, скорее всего Маша рассказала всем о них, и Саныч пытался с ним связаться, предупредить – напрашивался сам собой. Поэтому он и к родителям приходил. Если на работе разразился скандал, то страшно даже представить, что пришлось пережить безопаснику.