Приключения Кавалера и Клея - Майкл Чабон

Теперь уже Гофман стрельнул взглядом в Розу.

— Ну-у, пожалуй, да. При каких-то самых благоприятных обстоятельствах. Но что, если там разразится эпидемия кори или произойдет несчастный случай?

— Он очень маленький мальчик, — сказал Джо. — Для своего возраста. Очень много места он не займет.

— Они все маленькие, мистер Кавалер, — заметил Гофман. — Если бы я мог безопасно посадить на корабль больше трехсот детей, я бы это сделал.

— Да, но кто за них заплатит? — вдруг выпалила Роза, начиная проявлять явные признаки нетерпения. Затем она указала пальцем на Гофмана. Джо заметил полоску красновато-лиловой краски у нее на ладони. — Вы говорите, что к переправке были допущены триста двадцать четыре ребенка, но прекрасно знаете, что прямо сейчас мы можем заплатить только за двести пятьдесят.

Откинувшись на спинку стула, Гофман воззрился на свою секретаршу. На лице у него, как хотелось надеяться Джо, выражался лишь притворный ужас.

Роза прикрыла рот ладонью.

— Извините, — сказал она. — Все, я молчу.

Гофман повернулся к Джо.

— Остерегайтесь, когда она вот так укажет пальцем на вас, мистер Кавалер.

— Хорошо, сэр.

— На самом деле она права. У нас туго с финансами. Верным выражением, полагаю, будет «хроническая нехватка».

— Как раз об этом я и подумал, — сказал Джо. — Что, если я заплачу еще за одного ребенка помимо моего брата?

Положив подбородок на ладонь, Гофман подался вперед.

— Слушаю вас, — сказал он.

— Очень может быть, что я смогу организовать оплату еще для двух-трех детей.

— В самом деле? — осведомился Гофман. — А чем вы таким занимаетесь, мистер Кавалер? Вы какой-то художник, не так ли?

— Так, сэр, — ответил Джо. — Я делаю комиксы.

— Он очень талантлив, — вмешалась Роза, хотя не далее как вчера вечером призналась Джо, что под обложку комикса даже никогда не заглядывала. — И ему очень хорошо платят.

Гофман улыбнулся. Его уже давно беспокоило отсутствие у своей секретарши подходящего спутника жизни.

— Комиксы, значит, — сказал он. — Премного наслышан. Супермен, Бэтмен. Мой сын, Морис, регулярно их читает. — Глава ТСА протянул руку к рамке с фотографией у себя на столе и обратил к Джо лицо уменьшенной версии Германа Гофмана — с мешками под глазами и всеми прочими принадлежностями. — У него через месяц бар-мицва.

— Мои поздравления, — сказал Джо.

— А какой комикс вы рисуете? Часом, не «Супермена»?

— Нет, хотя я знаю того парня… простите, того молодого человека, который рисует «Супермена». Я работаю в «Эмпайр Комикс», сэр. Мы делаем Эскаписта. А также, быть может, ваш сын их знает. Монитора, мистера Пулемета. Я очень много там рисую. И зарабатываю порядка двухсот долларов в неделю. — Тут Джо задумался, не следовало ли ему захватить с собой платежные корешки или еще какую-то финансовую документацию. — Обычно мне удается все это сэкономить, кроме, быть может, долларов двадцати пяти.

— Вот это да, — сказал Гофман и взглянул на Розу, чье лицо выражало не меньшее удивление. — Похоже, моя милочка, мы с вами не в той сфере работаем.

— Очень похоже, босс, — отозвалась Роза.

— Итак, Эскапист, — продолжил Гофман. — Кажется, я даже видел, хотя и не уверен…

— Он мастер эскейпа. Практикующий фокусник.

— Практикующий фокусник?

— Да, именно.

— А сами вы что-нибудь про фокусы знаете?

В вопросе Гофмана ощущалось легкое возбуждение. Там было нечто большее, нежели просто дружелюбный интерес, хотя Джо представить себе не мог почему.

— Я им обучался, — ответил Джо. — В Праге. Я учился у Бернарда Корнблюма.

— У Бернарда Корнблюма! — воскликнул Гофман. — У самого Корнблюма! — Лицо его помягчело. — Представьте, я однажды его видел.

— Вы видели Корнблюма? — Джо повернулся к Розе. — Это просто поразительно.

— Да, поразительно, — сказала Роза. — Это было в Кенигсберге, сэр?

— Да, в Кенигсберге.

— Когда вы были мальчиком.

Гофман кивнул.

— Да, когда я был мальчиком. Одно время я сам был неплохим фокусником-любителем. И по-прежнему временами балуюсь. А ну-ка попробуем. — Он помахал пальцами, затем вытер ладони о незримую салфетку. Его сигарета пропала. — Вуаля. — Дальше глава ТСА закатил отягощенные массивными веками глаза к потолку и выхватил сигарету из воздуха. — Э вуаля. — Сигарета вдруг выскользнула из его пальцев и чиркнула по пиджаку, оставляя там полоску пепла, прежде чем упасть на пол. Гофман чертыхнулся. Оттолкнув свой стул назад, он хлопнул себя ладонью по лбу, после чего с кряхтением нагнулся и подобрал сигарету. Когда он снова сел прямо, стало заметно, что самый краешек его паричка немного приподнялся — надо думать, от усилий. По всей голове Германа Гофмана торчком встали черные волоски, колеблясь, точно кучка железных опилок, тянущихся к далекому, но мощному магниту. — Боюсь, я катастрофически лишен практики. — Он хлопнул себя по паричку. — Вы умеете лучше?

Корнблюм презирал сценическую болтовню как недостойную подлинного мастера, так что Джо теперь без единого слова встал и снял с себя пиджак. Затем закатал рукава рубашки и представил на обозрение Герману Гофману свои пустые ладони. Джо сознавал, что идет на определенный риск. Работа вплотную к зрителю никогда не была его коньком. И оставалось только надеяться, что указательный палец его не подведет.

— Как там твой палец? — прошептала Роза.

— Отлично, — сказал Джо. — Могу я попросить вашу зажигалку? — спросил он у Гофмана. — Всего на одну секунду.

— Разумеется, — отозвался Гофман, вручая Джо свою золотую зажигалку.

— И, боюсь, еще одну сигарету.

Гофман повиновался, внимательно наблюдая за Джо. А Джо отступил от стола, вставил себе в рот сигарету, закурил ее и сделал глубокую затяжку. Затем большим и указательным пальцами поднял зажигалку и обдул ее длинной струей голубоватого дыма. Зажигалка исчезла. Джо сделал еще одну глубокую затяжку и задержал ее в легких, зажимая себе нос и комически выпучивая глаза. Коричневая «тот-Амонина» исчезла. Джо открыл рот и медленно выдохнул. Дым тоже исчез.

— Прошу прощения, — сказал Джо. — Как неловко с моей стороны.

— Очень мило. А где зажигалка?

— Вот дым.

Джо поднял сжатую в кулак левую руку, провел ею перед лицом, а затем раскрыл ладонь, точно цветок. Сжатый клуб дыма выплыл наружу. Джо улыбнулся. Затем взял со спинки стула свой пиджак и достал оттуда портсигар. Раскрыв портсигар, он извлек оттуда египетскую сигарету, уютно там пристроенную, точно единственное коричневое яйцо в целой картонке белых. Сигарета по-прежнему дымилась. Джо подался вперед и стал катать горящий кончик по пепельнице, пока она не погасла. Выпрямляясь, он снова сунул сигарету себе в рот и щелкнул пальцами перед потухшим угольком. Зажигалка опять появилась. Джо выскреб из нее новый огонек и повторно закурил сигарету. А потом облегченно выдохнул, словно устраиваясь в теплой ванне.

Роза зааплодировала.

— Как ты это делаешь? — спросила она.

— Может, когда-нибудь расскажу, — ответил Джо.

— Нет-нет, ни в коем случае, — возразил Гофман. — Вот что я вам скажу, мистер Кавалер. Если вы помимо вашего брата согласитесь обеспечить, скажем так, еще двух детей, мы сможем начать работу над случаем вашего брата и сделаем все возможное, чтобы найти для него место на борту «Мириам».

— Благодарю вас, сэр. — Джо повернулся к Розе. Она опять смотрела на него с исключительной деловитостью. Затем кивнула. Похоже, все у него получилось. — Это весьма…

— Но сперва я должен попросить вас об одной услуге.

— О какой? Пожалуйста, все, что хотите.

Гофман кивнул на фотографию Мориса.

— Будь я богатым человеком, я бы профинансировал все это предприятие из собственного кармана. А пока что почти каждая свободная монетка, которая у меня оказывается, уходит в агентство. Не уверен, знаете ли вы об этом — или в Праге было как-то иначе, — но здесь, в Нью-Йорке, бар-мицвы очень недешевы. А в том круге, где вращаемся мы с женой, они могут быть весьма расточительны. Прискорбно, но это так. Фотограф, поставщики для банкета, танцевальный зал в отеле «Треви». Мне это бог знает во что обойдется.

Джо медленно кивнул и взглянул на Розу. Неужели Гофман действительно просил его заплатить за банкет для его сына?

— Имеете ли вы представление о том, — спросил Гофман, — сколько стоит нанять фокусника? — Между пальцев его правой руки вдруг появилась сигарета. И она, как заметил Джо, все еще горела. Это была та самая, которую Гофман несколькими минутами раньше уронил на пол. Но Джо был уверен, что видел, как глава ТСА подобрал ее и потушил в пепельнице. Впрочем, немного поразмыслив, он уже не был так в этом уверен. — И не смогли бы вы сами что-нибудь там исполнить?