О моем перерождении в сына крестьянского 2 - Анатолий Михайлович Нейтак

И снова второй советник не сумел полностью удержать привычную мину. На долю мгновения, едва заметно… но я — Наблюдатель не из худших, так что чужое неудовольствие считать смог.

— Род Корбаниг не может себе позволить такой же пассивности, как род Ассур.

А далее — молчок.

— Замечательное утверждение, — констатировала Лейта. — Но хотелось бы узнать детали.

— Предоставление данных конторой «Ланус и Ланус», — сказал Оттагро, — я с уважаемым Ланусом Тридцатым буду обсуждать отдельно. Что касается, кхе-кхе, «лишения покрова анонимности»… полагаю, мой род может себе позволить простимулировать усилия членов Жезла и Кинжала в этом направлении.

— В каком объёме? — не стала скрывать интереса Хельри.

— Это… тоже тема… отдельного обсуждения, — подчёркнуто осторожное, неспешное заявление.

— Что ж, — сказала Лейта, — как обсудите — дайте знать, до чего дообсуждались. А то вышло бы не очень хорошо, если бы наши попытки раскрыть господина Тень помешали вашим и наоборот.

— Я всё ещё не уверена, что вас стоит ставить в известность о наших планах, — снова вступила в диалог Бескостная. — При всём уважении, Вейлиф по-прежнему выглядит главным подозреваемым.

— Мне ли напоминать вам принцип «держись поближе к противникам, желая их контролировать»? — спросила Лейта риторически. — Если вы хотите уличить моего Лидера в том, что Тень…

— Лидера⁈

— … является его творением, самое простое — следить за ним с минимального расстояния и самым пристальным образом. И да, в нашей группе ходоков он — Лидер, а я — Советник.

— Для Лидера он как-то излишне пассивен.

— А ты любишь обвинять людей в пассивности, госпожа Бескостная? — слегка скаламбурил я. — Я бы мог быть поактивнее, но обсуждаемые здесь вопросы связаны с безопасностью рода Ассур, а не моими личными интересами… или интересами нашей с Лейтой группы.

— Неужели? То есть отомстить за гибель родственников из Малых Горок тебе не хочется?

— При всём уважении, — отзеркалил я, — мои желания — не твоя забота.

— Смело, — Хельри прищурилась недобро.

— Простое признание реальности, — повторил я за Лейтой с лёгкой улыбкой. — Этот вопрос мы обсудим с господином Оттагро частным образом… если обсудим. Не уверен, что время уже настало.

— И когда же оно настанет? — спросил второй советник.

— Пока не знаю. Но вы ведь умный человек, сами можете выбрать момент.

— Ты угрожаешь роду Корбаниг?

— Имея ступень ниже пятидесятой — как я могу угрожать старому владетельному графскому роду?

Однако я угрожал, и абсолютно всем в гостиной это было ясно.

В конце концов, маг первой звезды золота моих лет практически гарантированно поднимется до трёх, а то и четырёх-пяти золотых звёзд в достаточно скором времени. Если не сгинет и не покалечится, конечно (но реализация этого варианта при вмешательстве Лейты минимальна). А достижение рубежа пятидесятой ступени даёт хороший шанс поднять личную силу до уровня, с которым даже графам придётся считаться. Не бояться, нет и нет — но именно считаться.

Вместе с тем моя угроза больше напоминала вполне вежливую, дипломатично изложенную, мягкую попытку торга. Грубоватую, крайне прямолинейную, нагловатую даже — по меркам родовой аристократии — но по меркам сынов крестьянских, высоким этикетом не испорченных и дипломатическим пляскам не обученных, я вёл линию именно что крайне вежливо, деликатно и мягко.

В переводе: «Дайте мне нужное, покуда я слаб и это может считаться милостью, за которую даже можно поторговаться. Когда — не если, именно когда — я стану сильным и приду требовать своё по праву…»

Разумеется, я рисковал. В конце концов, за сожжение деревень, насколько я успел выяснить, графам выставил счёт королевский род. И счёт этот пришлось оплатить по верхней ставке: неспроста Корбаниги получили нового, молодого и не замаранного во… всяком главу. Но кто-то теряет, а кто-то находит. Одним пришлось расстаться с положением и даже жизнью, другие выиграли. И возможно — да, вполне возможно — что выигравшие (или кто-то один из них) в своё время поспособствовали тому, чтобы оказаться на нужной стороне, несколько более активно, чем это допустимо для не замешанного ни в чём нейтрала.

Да, у преступлений такого масштаба есть конкретные исполнители. И шедийские наёмники стоят в очереди, про них я не забуду.

Да, есть истинные виновники: те, кто отдавал преступные приказы. До которых вроде как успели добраться Гриннеи… вроде как. И они — не Гриннеи, ха-ха, нет, я про виновников — тоже стоят у меня в очереди. Получив необходимые возможности, я тщательно проверю, все ли получили своё. А если сочту, что нет… ну, я же не намерен останавливаться на золотых рангах, м?

Но помимо исполнителей и прямых виновников есть виновники косвенные. Вот с ними-то проще всего разобраться, если аккуратно бросить вызов. Чтобы сами повылезали из нор. Для того я и дёргаю нити чужих паутин, для того и занижал свои возможности при аттестации, для того (помимо иных соображений) устроил этот довольно дурацкий, если откровенно, цирк с господином Тенью.

Риск? О да, риск. И весьма серьёзный. Прямо сейчас, пока я уже не чайник, но ещё и не паровоз — так, бойлер подвальный — на меня одного вполне хватит опытного, упакованного в хороший артефактный обвес, принявшего дорогие зелья наёмника трёх звёзд золота.

Хватит? Если держаться границ реальности — да, и ещё как. С запасом.

Даже квакнуть не успею. Или успею, но не более того.

Впрочем, что там один наёмник — хорошо сработанная полная команда уровня одной-двух звёзд справится не хуже. Скорее лучше. И обойдётся даже дешевле.

Вся надежда на то, что организовать моё устранение прямо в Мелире, при свидетелях и рядом с Лейтой, способной по части спасения от всякой пакости на многое, слишком сложно. А устранять в Лесу Чудес… ха. Как говаривал один Братец Кролик, «терновый куст — мой дом родной». Учитывая одну лишь мобильность, даруемую ветролётом, я могу чистосердечно пожелать потенциальным преследователям неудачи. Если, конечно, за мной не отправят кого-то совсем уж эпичного.

Только вот с совсем эпичными нечистоплотными ребятами есть пара проблем.

Первая: их услуги дороги. Весьма и весьма. При официальном найме от лица графского рода такие суммы посильны, но неофициальный найм, да причём такой, чтобы аудиторы королевского рода потом всякого лишнего не нарыли?

А у Гриннеев, скажу я вам, аудиторы — ого-го. И барраярские Имперские Аудиторы, при всём моём почтении с