Клуб любителей фантастики, 2005 - Андрей Николаев

Я кивнул.

— Нет, ты еще не понимаешь, пока для тебя это лишь слова. Запомни… Ворон, — Артур едва заметно усмехнулся, — я сделаю из тебя того, о ком ты грезил. За двадцать процентов.

— Нет, я…

— Сейчас ты согласен на все. И в первый год будешь настолько мне благодарен, что не захочешь ничего менять. Но потом… Потом ты начнешь задумываться, так ли тебе нужен какой-то там Артур? Кто на самом деле принес тебе имя, деньги и славу — я или твой талант и трудоспособность? Вспомни тогда этот разговор. Вспомни и не вздумай утаить от меня хоть что-нибудь. Пятая часть твоей славы и твоего успеха — моя.

Он ушел, а я все никак не мог прийти в себя. Откуда он знает? Черт его возьми, откуда?!

Первое турне прошло удачно. Без получасовых оваций, но почти везде нас встречали переполненные клубы. Домой я вернулся окрыленным. Записал несколько своих песен: давно собирался. Артур одобрил и заметил, что пора бы и нормальную программу репетировать.

— То есть?

— Большую программу. Сольник. Как положено — с танцевальной группой, с музыкантами… Песни подберем подходящие. Не вечно же тебе по клубам выступать.

Энергия Артура била через край. Откуда-то появились и музыканты, и четыре очаровательные куколки с ногами от ушей — на подтанцовки. Мы репетировали до упаду. Сначала мои старые песни, потом «один знакомый» композитор уступил нам права на несколько ударных вещей.

— Совсем недорого, — ответил Артур на мой вполне естественный вопрос — Он сейчас на мели, жена все жилы вытянула на алименты. Да еще дочка в больницу попала. Деньги нужны, вот и распродает все за бесценок. Он самые удачные вещи приберег себе на юбилей, хотел полтинник отметить так, чтоб всем запомнилось. А видишь, как все повернулось…

Жизнь завертелась, я месяцами не ночевал дома. Туры, концерты, провинциальные гостиницы, дома отдыха и частные владения… Один раз я выступал в кают-компании круизного теплохода. Алюминиевый король отмечал полюбовное соглашение с прокуратурой.

Меня стали узнавать на улицах, и это было приятно. После концерта фанаты рвались сквозь оцепление, тянули блокноты для автографов. Желтая пресса бульдогом вцепилась в мою личную жизнь. Бешеный ритм концертов и репетиций не оставлял для нее ни едино го шанса, но по совету Артура я не стал разочаровывать бойких репортеров, ограничившись туманными намеками. Что, конечно, раззадорило их еще больше. Выдумки громоздились одна на другую, и я иногда просто со смеху покатывался, читая о своих приключениях. Но юмор ситуации куда-то пропал, когда Артур сказал, что некоторые из «утечек» он организовал самолично.

Я даже не пытался возмущаться — ему виднее. Но газеты читать расхотелось. Особенно после того, как узнал, что особо ретивого папарацци избили мои поклонники. Бедняга попал в больницу со сломанными ребрами, а пресса взялась муссировать «тайны Ворона» с удвоенной силой. Мол, если бы ничего не было, стали бы их так охранять?

Как-то раз я спросил, почему мы ни разу не уезжали дальше Нижнего.

— А как же Урал, Сибирь?

— Подожди, рано еще. Спрос на тебя пока не сформировался. Гам мода поконсервативнее, вот выпустим диск, покрутим по радио, в чатах засветимся, тогда придет время для большого турне. Будут тебе и Волгоград, и Сибирь с Уралом, и Владивосток. И не ДК районные. а настоящие сцены.

— Но… Финалисты «Кузницы» поехали в тур сразу же после итогового голосования! По всей стране!

Артур посмотрел на меня с усмешкой.

— Ты хочешь выступать как финалист реалити-шоу с кучей таких же, как ты? Поехать в единственный тур, о котором через пару месяцев все забудут, и никто и не вспомнит твоей фамилии? Или все-таки положишься на меня, и спустя год-полтора.

Ворона будет встречать вся Россия? Тебя одного, парень. Купит билеты на тебя и придет смотреть именно на тебя, а не на кучку смазливых мордашек, за которых они когда-то отдали свой голос, потратив десять центов на эсэмэску.

Как всегда, он оказался прав. Через три месяца после выхода первого диска, как раз в те дни, когда моя «Светлая печаль» поползла вверх на музыкальных чатах, позвонили из Екатеринбурга.

Артур все устроил на славу: три концерта, полные залы, корзины с букетами и ворох записок, что каждую ночь приносила молчаливая охрана. Украшенные сердечками и кошачьими мордочками бумажки предлагали мне вечную любовь, девичье сердце и даже «всю себя».

География выступлений расширялась: Омск. Челябинск, Иркутск. Владивосток. А в начале осени, аккурат к выходу второго диска, мы отправились на юг. Ростов, Краснодар, Новороссийск, Сочи. Девчонки из танцевальной группы радовались, что смогут искупаться в Черном море.

Артур потирал руки:

— Удачно получилось, Саш. Влада Огневская должна была ехать, но у нее неприятности. Возвращалась с гастролей из Чехии, на таможне тормознули. Наркотики, говорят.

Странно, насколько я помню, Маша (ой, простите, Влада!) ничем таким не увлекалась. Хотя… Могла и пристраститься. Или таможенники решили втихую заработать, подбросили, надеясь, что новоявленная звездочка не станет раздувать скандал. Но Машина стервозность наверняка перевесила голос разума.

Действительно, все сложилось удачно. Для нас. Кто-то пострадал, а мы с Артуром, наоборот, в выигрыше. Как всегда, если он берется задело.

— Отпускной сезон еще не кончился, — продолжал он, — много отдыхающих. Билетов продадут море, можно поторговаться.

Артур никогда не темнил со мной, наоборот все заключенные договоры показывал мне, убедительно объяснял, почему выгоден именно этот вариант, а не тот, что предлагали на прошлой неделе. Постепенно я стал ему доверять и все чаще отмахивался от предложения просмотреть ту или иную бумагу.

— Вы гораздо лучше меня все знаете, Артур. Проверьте сами.

Он кивал, соглашаясь.

Когда ко мне подходили за кулисами и предлагали очередной выгодный контракт, я отсыпал всех к Артуру.

— Поговорите с моим продюсером.

Мне неоднократно намекали: пора, мол, сменить менеджера. Я неизменно отказывался. Поначалу казалось, что все это проверки, организованные Артуром, но потом решил: нет, не похоже. Слишком уж много желающих. Странно, но в итоге я прослыл «ушлым» парнем, которого «так просто не обломать». А учитывая, что все договоры Артур подписывал от моего имени, — еще и «рвачом». В газетах писали: «Контракты Ворона всегда заключены таким образом, чтобы принести ему максимальную выгоду. Неприметные пункты и дополнительные соглашения, которые мало кто читает, ограждают певца от всех неприятностей, перекладывая ответственность на плечи организаторов турне или звукозаписывающих компаний. Что не может не удивлять, поскольку у господина Воронихина нет юридического образования. Остается только позавидовать умению, в сущности, новобранца шоу-бизнеса подбирать себе квалифицированных советников».