Сёши - Bergensen Christian

Сбоку, на самой границе восприятия, ровным кругом расположилось скопление непонятных, но жарко излучающих предметов. Именно предметов, живые существа не могли отдавать чакру так ровно, в них всегда присутствовала пульсация. Я гадал, что это может быть, когда почувствовал, что к моей двери идут.

Чёрт!! Скрутившись в комок, сделал вид, что сплю.

Стукнул засов, и жизнерадостный голос Томоки скомандовал:

- Просыпайся! Просыпайся, глупыш!

Оказывается, мне притащили жратву. Большую миску жидковатого бульона с овощами и, конечно же, с моим любимым разваренным рисом. Где-то между вкусом сельдерея и морковки мне почудился привкус лекарств, но я наплевал - не то положение, чтобы перебирать харчами.

Томоки запихивал в меня ложку за ложкой и непрерывно трещал:

- ...Эх ты, глупая скотинка. Скучно тебе тут?.. А зачем своего братца придушил? А?.. Не думал? Вот и сиди теперь один! - Скормив содержимое тарелки, он вытащил из кармана какой-то цветастый предмет. - Смотри, глупыш! Ваша игрушка любимая. Хоп!

К моим ногам подкатился криво оплетённый мяч-тэмари.

Игрушка?.. Любимая.

Мячик выглядел так, словно его долго мусолили и трепали - от исходных красно-белых ромбиков почти ничего не осталось, а кое-где торчала тряпичная набивка. Поганец Томоки явно ожидал броска за растрёпанным клубком, и моя вялая реакция его удивила:

- Что такое? Не нравится?

Прихватив игрушку, я уполз на подстилку и отвернулся к стене. Выламываться на потеху малолетнему уроду, изображая игру, не хотелось. Мысли о близнецах укололи неожиданно больно. Проклятый мячик! Ну почему опять так плохо?! Какое мне дело до того, что они тоже дышали? Чувствовали. Играли...

Побурчав о неблагодарных животных, Томоки убрался, а я битый час успокаивал издёрганные нервы.

Главный вопрос нашей сегодняшней повестки: как маленький ребёнок может незаметно открыть тяжёлую дверь, запертую на засов? Если ничего не придумаю, то придётся действовать силой. Уже проверил - собрать достаточно чакры я могу, но не уверен, что справлюсь с дверью за одну ночь и не устрою тарарам на всё подземелье.

Что у меня есть такое, что можно использовать как инструмент? Каменная пыль? Тряпки? Миска с водой?.. Самым перспективным инструментом выглядел я сам. Преобразовывать своё тело и окружающую среду меня не учили, но ведь есть немного чакры и некоторые навыки управления. От этого и станцую.

Прикрыв глаза, выровнял дыхание. Память послушно зашелестела страницами земных мануалов и схемами местных академических учебников. Поучения Ируки сливались с рассказами Какаши. В итоге возможное решение нашлось среди кадров аниме. Сцена в Лесу Смерти - Саске метнул кунай ногой, подхватив его при помощи чакры. На первый взгляд, действие выглядело несложным, примерно как хождение по стенам, только наоборот. И всяко проще, чем нити кукловодов. Интересно, получится ли провернуть такой фокус через пятисантиметровую деревянную плаху?

Надо попробовать!

Я решительно прижал ладони в предполагаемом месте нахождения засова. Сжал очаг и попытался прилипнуть. Есть контакт! Ладони, словно намагниченные, притянулись к двери. Поводил руками взад-вперёд. Оп! Показалось, или нет?

Я прижался ухом к дереву и дёрнул руками вверх. Тук. Ещё раз! Тук. Зацепил?! Нет, снова уронил. Зато взмок.

Блин! А раньше такие штуки вообще не утомляли.

Оно и понятно. Доставшееся тело никогда не занималось с Ирукой. Не собирало чакру, не маялось с её управлением и распределением. Не бегало по воде и не влезало на монумент Хокаге... Все мои навыки находились исключительно в ощущениях и памяти - важная часть кейраку-кей отсутствовала. А ещё новое тело было неповоротливым и слабым. Таким, как и положено четырёхлетнему малышу, ведущему не слишком подвижный образ жизни...

Да и наплевать! Главное, жив.

Я зажал себя в одном исступлённом желании и разогнал очаг, как долбаный биореактор. Свалив в гудящую топку мысли, чувства, невеликие ресурсы детского организма и крохи чакры, оставшиеся от лечения Орочимару, клещом вцепился в деревяшку.

Та-а-ащи-и-им!!

С-ссс! Доска под ладонями встопорщилась острыми занозами - сухие волокна не выдерживали напора чакры и лопались. Тяжёлый брусок продвигался крошечными рывками. Внутри всё завывало от натуги...

На то, чтобы вынуть засов из петли, ушло примерно полчаса. Отдышавшись и обсохнув, решил действовать. Нефиг откладывать! Ближайшие источники чакры неподвижны и спокойны.

По миллиметру приоткрыв дверь, я выскользнул из своей камеры. И всю ночь искал пути к бегству. Поминутно проверяя местонахождение людей, старательно избегая всех подозрительных предметов и участков пола, осматривал бесчисленные лаборатории, огромные залы и крохотные комнатки.

По моим предположениям, выход находится где-то наверху, но соваться на лестницы стал бы только самоубийца - мотающиеся шиноби не оставляли шансов остаться незамеченным. Единственной реальной перспективой выглядел узкий колодец воздуховода.

Открытая вентиляция случайно отыскалась в длинном слабоосвещённом зале с каменными резервуарами. Вокруг широких чанов, залитых непонятным студнем, висел густой дух химикатов, но откуда-то сочился свежий воздух. Покрутившись, я обнаружил несколько отверстий в стене у самого пола. И самое дальнее из них оказалось открыто! Похоже, у раздолбаев-строителей тупо закончились решётки, и ради одной дырки никто не стал суетиться. Взрослый бы там не пролез, а мелкому шкету было в самый раз.

Короткий горизонтальный отрезок вентиляции врезался в вертикальный колодец. Сверху холодно мигала звезда. Я сплюнул вниз и прислушался. Тишина.

Немного смущала высота до верха - метров пятнадцать-двадцать. Мне может не хватить выносливости, а измерять глубину каменного ствола собственной задницей как-то не комильфо. Ладно, за неимением лучшего, использую этот колодец, но уйду завтра - сегодня уже не успеваю сделать то, что собирался.

Вернувшись в камеру, я вежливо прикрыл засов, кое-как заполировал занозы тряпкой и рухнул спать.

Выспавшись и подкопив сил, попытался дозваться Какаши. Безуспешно.

То ли не хватало концентрации, то ли мешало незнание направления, но отец не отзывался. Устав высаживать чакру в камень, я распластался кляксой и просто лежал, глядя на блёклую лампочку. Неудача не обескуражила. Глупо предполагать, что всё сразу получится идеально.

Не давая себе унывать, я перебирал хорошие мысли и настойчиво оживлял надежду. Всё ещё можно исправить. У меня получится. Нужно выбраться. И отыскать отца. Ну, или самому найтись. Сейчас только соберусь с силами, и всё получится...