Сёши - Bergensen Christian

Вот это называется - засада!

Орочимару в задумчивости стоял у стола, на котором бок о бок лежали два тела: густо разрисованный печатями мужик, упакованный в ремни, и мой близнец. Я видел только детское тело, перемотанное тряпками, и белобрысую макушку, но нисколько не сомневался, что ребёнок как две капли воды похож на меня. Ещё один клон.

И не нужно быть гением, чтобы догадаться, чем занят помешанный на бессмертии гад. Фуши-тенсей или Возрождение Немёртвого. Кража чужих тел и поглощение душ. Личный билет в вечность для твари, уверенной в том, что её жизнь ценнее всех прочих.

Вот же сволочь!

Я и раньше понимал, что он не на себе отрабатывал все эти вычурные умения. Теперь убедился. Вот только сделать ничего не могу.

Подобие смирительной рубашки, которым меня спеленали, не давало даже рукой пошевелить. Сил тоже в обрез. Хорошо хоть в мозгах прояснилось. Тихонько покрутив головой, обнаружил ещё одно разрисованное взрослое тело, лежащее на каталке по соседству. Худой парень с кучей шрамов. Голова замотана белым полотенцем с печатью во все лицо. Бли-иин!

Не бояться! Следить за окружающим! Избегать опасности!

Да, Умино-сенсей. Помню.

Зажмурился и потратил пару минут, чтобы справиться с наползающим страхом. Выручили привычные упражнения. Ровное дыхание, привязанное к замороченному отсчёту вдохов и выдохов, погасило лишние эмоции, помогло собраться. Нельзя дать почуять мой страх. Не сейчас, не этим...

Только добившись относительного спокойствия, снова открыл глаза. Огляделся.

Томоки был подростком лет четырнадцати, но с повязкой шиноби. Знак на хитае - лаконично вычерченный слог Ото. Ничего сложного Орочимару ему не доверил. Пацан растирал тушь и суетливо перекладывал бумаги - готовился записывать. Саннин что-то поправлял в сплошном кольце непонятных примочек, окружающем каменный стол. Сверялся со свитком. Стирал и перерисовал знаки на неподвижном теле.

Пользуясь минутным затишьем, я напрягал голову, сочиняя способ слиться с тухлого мероприятия. Думалка натужно скрипела. Закосить под припадочного? А вдруг ликвидируют, как некондицию? Честно сказать, что Фуши Тенсей - полная хрень, а по-настоящему рулят стволовые клетки и препараты из плаценты? Тоже так себе идея. Не собираюсь я с ними говорить.

- Начинаем!

Твою мать!!

Томоки открыл толстенную книжищу, причём где-то на середине. Это лабораторный журнал?! Сколько ж народу они извели?

- Серия три. Опыт четырнадцать. Донор души - мужчина, двадцать семь лет, шиноби.

Орочимару в умопомрачительном темпе сложил несколько ручных печатей. Зал окатило странноватой чакрой. Разнообразные железки вокруг постамента живо встрепенулись и загудели. Тела, лежащие на столе, соединил дрожащий сияющий мостик.

Дерьмо! Дерьмо!! Дерьмо!!!

Весь опыт занял около двух часов. "Донора" Саннин грохнул почти в самом начале - аккуратно загнал тонкую шпильку ему между рёбер. Я так мясо на шампур надеваю. Без эмоций.

Орочимару подробно описывал происходящее, отмечая мельчайшие подробности, колебания чакры, состояние организма моего близнеца, процесс перетекания души в новое тело. Из его комментариев я понял, что сейчас Возрождение Немёртвого включает три основных этапа. Первый - вытягивание души донора и подвешивание её в особом промежуточном пространстве между миром живых и миром мёртвых, что-то вроде пресловутого выхода из тела, которым у нас развлекаются любители мистики. Второй - умерщвление донора, и разрушение связей между прошлым телом и душой. И последняя самая сложная часть - перенос души в новую жилплощадь.

Клоны считались донорами тела. Конкретно эти были специально выращены для испытания Фуши Тенсей, как идеально подходящие пустые сосуды. Их убогая личность и жалкий огрызок души не могли противостоять вторжению пришельца, легко поглощаясь и подавляясь более развитым разумом.

Но я-то не пустой! Так двину любому вторженцу - мало не покажется!!

Когда дзютсу было закончено, Орочимару наклонился к закопошившемуся ребёнку.

- Как тебя зовут?

- Канабе Намао.

Мой голос! Только высокий и ломкий, почти писклявый.

Задав ещё несколько контрольных вопросов, Саннин подытожил:

- Результат положительный. Пятый успешный опыт.

Несмотря на слова об успехе, от него волнами расходилось недовольство. Хмуро потерев лоб, Орочимару невнятно прошипел:

- В чём же проблема с обычными людьми? Ведь с этими безмозглыми всё получается... - устало присев на постамент рядом со змеиной башкой, он занавесился гривой непроницаемо-чёрных волос.

Томоки сидел тише мыши. Даже шиноби в теле клона перестал возиться и недоумевать. Саннин изредка бормотал под нос - я изо всех сил напрягал слух, но разбирал только отдельные обрывки: "кажется... требуется ускорить передачу... то, добавить подавляющее гендзютсу... возможно, если... естественные границы... передаточное измерение". Через несколько минут он резко вскинул голову. Вид у Саннина был просветлевший.

- Томоки! Завтра начнём новые эксперименты! Приготовь сразу четыре образца из западного хранилища! Я понял, в чём заключался недостаток моего дзютсу!

- Как скажете, данна-сама. А этих куда девать? - Томоки небрежно обвёл жестом нашу компанию.

Падла!!

Отработанный материал явно не интересовал одержимого учёного, но секунду помедлив, он перетёк к столу. Склонившись над клоном, Змей довольно поинтересовался:

- Надеюсь, ты рад, что смог послужить важному делу? Твоя жизнь не потрачена напрасно.

- Что? А?! - ребёнок в панике забился в путах.

Орочимару ухмыльнулся и поднял руку. Из лилового рукава, чутко покачиваясь, высунулась маленькая треугольная голова на длинной шее.

Дольше я не раздумывал. Дурное тело действовало само.

Отчётливо понимая, что мой номер следующий, что нужно немедленно и окончательно решать, как торговаться за свою жизнь, я размашисто дёрнулся и с диким воплем навернулся с каталки, пытаясь хоть ненадолго отвлечь этого больного урода от клона.

Орочимару лениво покосился в мою сторону. Змея напряглась и коротко клюнула.

В полном бессилии я смотрел, как близнец колотится пойманной рыбкой. Тело ребёнка переломило судорогой, но мучительно распахнутый рот не выпускал ни звука. Подошедший Томоки просто подобрал меня с пола. Встряхнул суетливый образец за шкирку и робко забубнил:

- Ой, данна-сама. Ну зачем так пугать? Они ж до смерти ваших змей боятся. - Плюхнув меня на каталку и заслоняя происходящее на столе, он укоризненно проворчал: - Тихо, глупыш. Не шуми. Не гляди туда...