Последнее искушение. Эпилог - Малков Семен

— Ничего, мы ее заставим повернуться обратно! — заверил его помощник. — Я найду обладателя компромата, и он вам его вернет или,.. — в холодных глазах бывшего разведчика появился стальной блеск, — будет ликвидирован.

По-военному повернувшись на каблуках, он вышел, а Юхновский поднял трубку и позвонил Даше. Она была дома, но и тут его ждала неприятность.

— Дашенька, моя красавица, — как всегда нежно пропел он высоким голосом. — Звоню тебе, чтобы хоть немного отдохнуть душой. Опять меня грызет пресса — вот что делает людская зависть!

— Ты бы приехал, Лева! Нам надо серьезно поговорить, — сухой тон Даши не предвещал ему ничего хорошего. — Боюсь, наша свадьба не состоится.

— Да ты что, принимаешь всерьез то, что пишут газеты? — делано небрежно бросил он ей, но от нового осложнения расстроился еще больше. — Я же не раз уже тебе объяснял: таковы у нас грязные методы конкурентной борьбы.

— Может и так — я тебе не судья. Но у меня есть вопросы, и свадьбу придется отложить, — твердо сказала Даша. — Так ты приедешь?

— Немедленно выезжаю — убедить, что этого делать нельзя! — крикнул в трубку Юхновский и резко распорядился по селектору: — Мою машину!

Он еще ни разу не был у нее дома и с родителями познакомился в ресторане. Поэтому, открыв дверь и увидев телохранителей, Даша недовольно спросила:

— Нам что же, придется говорить в их присутствии?

— Ну что ты, дорогая, они только бегло осмотрят квартиру и подождут на кухне, если позволишь. Таковы меры безопасности, — ответил Юхновский. — У меня сильные враги — ты можешь судить по прессе.

Телохранители занялись своим делом, а они прошли в гостиную и, когда сели, Даша с извиняющейся улыбкой сказала:

— Я очень неловко себя чувствую и, видно, виновата перед тобой, Лева, так как дала тебе обещание, и ты выполнил все, о чем договорились. Но...

— Решила пойти на попятный? — вспыхнув, перебил ее олигарх. Он все уже понял и отбросил церемонии: — А ты отдаешь себе отчет, чем это чревато? — его глаза метали молнии. — Читала газеты? Кто меня обманет — долго не живет!

«Ну вот он и сбросил маску! Зря я не верила Михаилу Юрьевичу! И газеты правду о нем пишут», — испуганно подумала Даша, но сумела овладеть собой и тихо сказала в оправдание:

— Я и не думала тебя обманывать, Лева! И корысти у меня не было. Решила выйти от тоски, когда бросил муж. Зря ты думаешь обо мне так плохо! И залог тебе верну — деньги я уже собрала, и все ценное, что мне подарил, как невесте.

— А как же акции «Алтайского самородка»? Ты же рассчитывала вернуть за них любовь мужа! Думаешь, я это не понял? — срывающимся голосом выкрикнул Юхновский. — Они что, тебе уже не нужны?

— Это решено, Лева: я не выйду за тебя замуж, — тихо, но твердо сказала Даша. — Ты уж прости за то, что подвела! А акции продать не проблема: тот же Юсупов их купит — он ведь снова разбогател.

— Вот оно в чем дело! Теперь мне ясно: ты решила его вернуть, — потеряв самообладание, завопил Юхновский. — Видать, сильно любишь этого сопляка?

— Люблю и от тебя этого не скрывала, — честно ответила Даша. — И сын у меня от него... Но ты ошибаешься: он нас не любит, и я ни на что не рассчитываю.

— Врешь! Меня тебе провести не удастся! — грозно нахмурил брови олигарх. — И предупреждаю, если сорвешь нашу свадьбу — уж точно за него не выйдешь! Потому что тогда — ему не жить!

Он резко поднялся и, крикнув охрану, вышел с таким свирепым видом, что внутри у Даши все сжалось от страха. Ничего хорошего от развития событий ждать не приходилось.

* * *

Определить «откуда ветер дует» бывшему сотруднику ГРУ особого труда не составило. Через газетчиков он быстро вышел на Сальникова и сделал верный вывод, что за ним стоит его шеф, Михаил Юсупов. «Так вот в чем дело — это семейный заговор против Юхновского, — мысленно решил Алексей. — Интересно, чего они добиваются? Сорвать крупный куш за собранный компромат или просто получить назад свои фамильные ценности и акции? Если так, проблему будет легко уладить».

Однако, вдумавшись глубже, переменил мнение. «Нет, все гораздо сложнее, — озадачено размышлял он. — Ну зачем этому детективу поднимать шумиху в газетах, если цель — деньги? Предложил свой компромат и получил втихаря, сколько он стоит».

— Нет, у них какая-то иная цель, и это надо скорее выяснить, — вслух заключил Алексей и позвонил в детективное агентство Юсупова. Михаил ждал звонка от Юхновского и без липших слов предъявил требования, составленные вместе с Сальниковым. То, что главным пунктом окажется отмена свадьбы его шефа, бывший разведчик не ожидал и даже немного растерялся, резонно решив, что для олигарха это будет неприемлемо.

— Ну зачем вам расстраивать свадьбу моего босса? — попробовал он уговорить Юсупова, показав, что в курсе дела. — Ведь ваш сын добровольно развелся с его невестой. А мы за ваш товар дадим вдвое больше, чем стоят ценности по двум последним пунктам, — вкрадчиво предложил он, не упоминая из предосторожности семейные реликвии и акции, но для психологического воздействия назвал сумму: — Это же два миллиона долларов!

Однако его надежды не оправдались. Юсупов твердо ответил:

— Это наше главное требование. Без его удовлетворения торг бесполезен!

И, немного поколебавшись, объяснил:

— Чтобы было понятно, почему мы от него не отступим, скажу лишь одно: узнав, что содержат интересующие вас документы, я не могу отдать ему в руки своего внука! Надеюсь, вы меня поняли?

— Я-то понял, а вы хорошо понимаете — что грозит вам? — не выдержав, грубо «надавил» на Юсупова бывший разведчик, но тут же взял себя в руки и сбавил тон. — Ладно, я доложу все боссу, и, надеюсь, мы сумеем договориться. Встречу надо провести сегодня же. Где и когда — через час я вас извещу.

Он прервал связь, и Михаил сразу вызвал к себе Сальникова.

— Ну вот, Витек, началось! Через час меня пригласят на переговоры и, судя по всему, окажут силовое давление, — объявил он другу. — Куда пригласят, ты будешь знать и там подежуришь в машине.

Лицо у Михаила потемнело от мрачных предчувствий.

— Если не выйду, значит, решили сделать заложником, — логично предположил он и, немного подумав, приказал: — Ты, главное — не упусти меня из виду. Милицию привлечешь в самом крайнем случае: если не смогу убежать, и у вас с Петей не получится меня вызволить.

Опытный в этих делах, Михаил — как в воду смотрел! Выслушав доклад своего помощника, Юхновский пришел в ярость:

— Что, для этой шантрапы уже два миллиона баксов не деньги? Ну и наглость — жениться мне запрещают! Они — сумасшедшие! Безмозглые идиоты! — брызгая слюной, бесновался он от злости. — Гитлер таких уничтожал и правильно делал, очищая общество от дряни!

Олигарх с трудом взял себя в руки и мрачно приказал Алексею:

— Никаких денег! Этот дурак подписал себе приговор. Сам или его родичи все отдадут, когда возьмете в оборот, как вы умеете! А потом я договорюсь — сам знаешь с кем — его и искать не будут!

И вечером того же дня Михаил был ими похищен прямо в офисе дочерней фирмы Юхновского, куда его пригласили на переговоры. Дежуривший — как условились, сидя в машине, — Сальников был поражен наглостью подручных олигарха, так как радиомаячок указывал, что заложника даже никуда не увезли и, нисколько не боясь милиции, держат в подвале старого двухэтажного здания, арендуемого фирмой.

* * *

Сальников еще больше двух часов ждал возвращения Михаила и, когда уже стало ясно, что его друг и шеф взят людьми Юхновского в заложники, призвал на помощь его сына. Петр примчался сразу, бросив все дела и, когда Виктор рассказал о случившемся, твердо заявил:

— В милицию обращаться не будем и моим, дядя Витя, — ни слова. А то мама с ума сойдет, а у дедушки не выдержит сердце! Мы сами его выручим!

— Не пойму, на что рассчитывают эти гады? Им твоего батю не сломить! И он придумает, как их провести, — с верой в друга произнес Сальников. — Может, подождем немного? — вопросительно взглянул он на Петра. — Ей-Богу, он сумеет от них сбежать!