Последнее искушение. Эпилог - Малков Семен

— Держи себя в руках, Лева! Я тебя не обманывала, и ты знал, на что идешь, — одернула его Даша. — У меня не семь пятниц на неделе! Можешь не сомневаться: если подпишу контракт — буду его выполнять. Но большего не требуй! И, если не устраивает, никто тебя не неволит.

«Наверное, будет рада, если я отступлюсь. Увидела своего ненаглядного — и вновь взыграло ретивое, — с тревогой подумал Юхновский, как никогда сильно в этот момент ее желая. — Нет уж, милая, я от тебя не отступлюсь!» А вслух, сразу смягчив тон, пропел:

— О чем ты, Дашенька? Все же решено — у нас через неделю свадьба! А эта несчастная любовь у тебя пройдет. Уж я постараюсь!

— Ладно, Лева, замнем, но больше не распускайся, — одержав полную победу, диктовала свои условия Даша. — Иначе ничего хорошего нас не ждет. И потом, чтобы доказать, что не будешь ревновать к бывшему мужу, обещай...

— Чего еще? — вновь насторожился Юхновский.

— Не возражать, если захочу продать или подарить ему акции «Самородка», когда передашь их сыну. Пойми: это детище Петра, и нам всем нужны хорошие отношения, чтобы вместе воспитывать Юрочку.

У Юхновского был вид человека, проглотившего горькую пилюлю, но он пересилил себя и с фальшивым жаром заверил:

— Я все сделаю, моя ненаглядная, что захочешь, лишь бы была довольна!

* * *

Вновь увидев Петра, Даша лишний раз убедилась, что любовь и нежность к нему в ее сердце неугасимы. Уверенная теперь, что Петр ее разлюбил и завел другую женщину, она жаждала совершить нечто такое, чтобы он осознал, что никто не сможет для него сделать больше, чем она. И возможность вернуть ему украденные акции, пусть даже ценой нового замужества, ее воодушевила.

Когда ей позвонила бывшая свекровь, попросив разрешения приехать вместе с мужем, чтобы повидать внука, Даша обрадовалась возможности обсудить с ними, где и как поговорить об этом с Петром. Юсуповы привезли Юрочке много подарков и долго с ним играли. Потом Светлана уложила его спать, и они молча собрались уходить, но Даша решительно заявила:

— Вам не кажется, что каждое свидание с внуком станет для всех нас тяжким испытанием, если не сумеем преодолеть враждебность? Давайте наладим если не родственные, то хотя бы нормальные отношения!

— А как ты их представляешь? — хмуро взглянул на нее Михаил. — Пуститься в пляс вместе с тобой и Юхновским?

— Ну зачем же, это — лишнее, — мягко ответила Даша, пропустив мимо ушей колкость. — Я предлагаю выпить по чашечке чая и спокойно поговорить. По-моему, мне оправдываться не в чем. Это меня бросил Петя, а не я его.

— Пусть так, но ты слишком поторопилась! — непримиримо бросил Михаил, снимая с вешалки и подавая жене пушистую шубку из мормота.

Но Светлана остановила мужа.

— Погоди, Мишенька! У нас общая забота о Юрочке и ссориться ни к чему. Давайте попьем чайку и немножко разберемся в наших отношениях!

Юсупов нехотя повесил ее шубку на место, и они прошли на кухню. А когда Даша налила в чашки чай, Михаил первый не выдержал:

— Да, Петя виноват! Я не оправдываю его безумного поведения, хотя удар, который нанесла ему судьба, был уж слишком сильный! — горячо заявил он, так и не сделав ни одного глотка. — Но почему нельзя было немного обождать? Зачем надо было так спешить с разводом?

У Даши непроизвольно выступили слезы. Он вытерла их платочком и, взяв себя в руки, печально ответила:

— Как я ни умоляла, Петя от нас уехал, сказав, что не вернется. Это он затеял развод, а Юхновский его лишь ускорил.

Она горько вздохнула и добавила:

— Мне было невыносимо больно и обидно — и за себя, и за сына. Когда Петя ушел, я не могла оставаться дома. Вот и согласилась на предложение Льва Григорьевича.

Даша подавленно замолчала и все же, с трудом пересилив себя, смущенно опустив голову, призналась:

— И еще... Хоть Петя нас бросил, мне очень было жаль его,.. ведь из-за каких-то жуликов он потерял все, чего с таким трудом добился,.. рискуя жизнью. А Юхновский мог помочь мне все ему вернуть...

«Так вот в чем дело! — у внимательно слушавшей Светланы сжало сердце. — Она решила выйти за этого олигарха, чтобы помочь Пете, хотя он от нее ушел. Как же она любит нашего сына!» И порывисто бросившись к Даше, нежно обняла бывшую невестку.

— Бедненькая моя! Как я тебя понимаю, — приговаривала Юсупова, целуя ее мокрое от слез лицо. — Петя не достоин такой большой любви!

И выпрямившись, повернулась к мужу:

— Миша! Я буду молить Бога, чтобы простил Петю. Неужели ты не понял, что решив выйти за Юхновского, Дашенька думала не о себе и даже не о Юрочке? Она это сделала ради нашего неблагодарного сына!

Теперь и Юсупову все стало ясно, и у него потеплело на сердце. «Как знать, может, не все еще потеряно?» — с надеждой подумал, а вслух, доброжелательно глядя на бывшую сноху, сказал:

— Ладно, Дашенька, не будем больше об этом! Мне очень дорог внук: он ведь потомок древнего рода — ты это знаешь. Но теперь признаю: ты вправе взять в спутники жизни более достойного тебя человека.

Он удрученно замолчал, но все же не удержался и добавил:

— Но только не Юхновского! Тогда у нас мира не будет.

Даша несогласно покачала головой.

— Я знаю, как у всех олигархов, у него много врагов и завистников — достаточно почитать прессу. Но Лев Григорьевич — неплохой человек, — убежденно сказала она и привела довод: — Вряд ли бы другой крупный бизнесмен, заплатив огромные деньги за акции «Алтайского самородка» согласился бы безвозмездно вернуть их Пете, а он твердо обещал мне это!

Но Михаил попытался ее переубедить:

— Я это утверждаю, Дашенька, не по газетным статьям, а на основе проведенного расследования. Мне же было небезразлично, кто будет воспитывать внука. А теперь, — тепло взглянул на бывшую сноху, — беспокоит и твое будущее.

Сделав паузу, он сообщил то, что удалось узнать Сальникову.

— За этим олигархом тянется шлейф тяжких преступлений. Он не сразу стал нефтяным магнатом. И неуплата налогов — о чем пишут газеты — это семечки по сравнению с тем, с чего начинал. Только того, что угнал целый состав с горючим, достаточно для большого срока, а ведь потом была целая серия физических устранений конкурентов! — коротко перечислив преступления Юхновского, жестко заключил Михаил: — Вот с каким страшным человеком хочешь ты соединить свою жизнь.

— Может быть, все это сфабриковано? Ничего же не доказано, — упавшим голосом произнесла Даша. — Иначе бы он не разгуливал на свободе!

— А ты, деточка, не знаешь, что у нас в стране правит не закон, а деньги? — вставила свое слово Светлана, как обычно поддерживая мужа. — Михаил Юрьевич добра тебе желает, хотя мы оба благодарны за желание вернуть Пете его акции.

— Если не выйду за него, это не получится, — уныло покачала головой Даша, — И потом, я думаю, что весь этот компромат — фальшивка!

— Ладно, думай как хочешь. Я тебя предупредил! — сухо сказал Юсупов и поднялся. — Но все равно, спасибо тебе за чай и за то, что наш внучок в порядке, — тон его потеплел. — И надеюсь, мы теперь будем чаще видеться.

* * *

Зима еще давала себя знать морозами, но солнце уже светило ярко — по-весеннему. Последнее время профессор Розанов чувствовал себя лучше и вместе с Верой Петровной приехал к Юсуповым повидать внучек перед их отъездом на каникулы в Соединенные Штаты. Юные путешественницы летели туда по приглашению супругов Фишеров, которые должны были встретить их в аэропорту и прислали сопровождающего. Бездетная супруга миллиардера, Салли, по-прежнему относилась к Оленьке, как к приемной дочери, но любила и ее близнеца Надю. Девочки не первый раз гостили у нее в это время — во Флориде, где проживали Фишеры, круглый год было по-летнему тепло.

Проводив дочерей, Михаил привез жену и ее родителей домой. Все уселись ужинать и, когда выпили за их счастливый полет и благополучное возвращение, Светлана, окинув взором празднично накрытый стол, грустно вздохнула: