Сотня. Смутное время - Эльхан Аскеров

– Послушай умного человека, Мойша, – снова вскинулся старик. – Или ты хочешь лютой смерти маленькой Розочке или Бене? Они же совсем дети!

– Дедушка, они бы не стали, – дрожащим голосом начал Мойша, но страдальческий стон с полу оборвал его блеянье.

– Ну всё, казак. Теперь ты точно покойник.

– Не заткнёшься, я тебе прямо здесь шею сверну, падаль, – презрительно фыркнул Матвей, аккуратно прибирая покупки. – Забыли, сволочи, как Иванов ваших, словно баранов зарезали, так мы напомним.

– А ты откель про то знаешь? – насторожился мужик, страдальчески морщась и массируя себе горло.

– Я много чего знаю, – отмахнулся Матвей. – А теперь встал и пошёл вон отсюда, пока я совсем не рассердился. И запомни. Узнаю, что кто-то из вас, шваль каторжная, посмел семью эту тронуть, я ваш катран поганый вместе с вами спалю.

– Должок за этим, – угрюмо насупившись, кивнул мужик на Мойшу.

– Это с ним сами решайте. А семью не трогать. Или пожалеете, что на свет родились.

– Ладно, казак. Ещё свидимся, – помолчав, пригрозил мужик, направляясь к двери.

– Молись, чтобы той встречи не случилось. В следующий раз живым не выпущу, – равнодушно пообещал парень, даже не глядя ему вслед.

– Видать, правду про вас гуторят, что вы все на крови головой скорбные, – остановившись, проворчал мужик с заметной растерянностью. – Волыну верни, – потребовал он, охлопав карманы.

– Кистенём обойдёшься, – фыркнул Матвей, швыряя ему означенный предмет. – Самый каторжный инструмент. А с волыной ещё и обращаться уметь надо. Не про вас прибор.

– Нет, казак, ты точно смерти ищешь, – буркнул мужик, выходя.

– Не думаю, что он вас испугался, юноша, но не понимаю, почему не стал поднимать шума, – растерянно проворчал старик, глядя мужику вслед.

– Не ошибусь, если скажу, что ствол этот краденый, – усмехнулся парень. – Да и шум лишний ему ни к чему. Не ожидал он отпора серьёзного, вот и растерялся. Теперь к главному своему побежит, спрашивать, как дальше быть.

– Вы словно всю жизнь с ними воюете, – удивлённо покачал старик головой.

– Скажем так. И с ними тоже, – усмехнулся Матвей и, чуть приподняв папаху, попрощался: – Желаю здравствовать, почтенный. Благодарствую за добрый товар.

– Вам спасибо, юноша. Неизвестно, чем бы вся эта история закончилась, – грустно улыбнулся старик в ответ.

Выйдя из лавки, Матвей остановился на крыльце и, внимательно осмотревшись, презрительно усмехнулся. Ушибленный им мужик стоял через три прилавка от лавки, прислонившись плечом к столбу навеса. Он явно ждал, когда парень уйдёт, чтобы продолжить начатое. Так что Матвей, не удержавшись от лёгкого хулиганства, ткнул в него пальцем и, показав через плечо на лавку, покачал головой, после чего провёл большим пальцем правой руки перед горлом.

Заметно вздрогнув, мужик воровато огляделся и, шагнув назад, скрылся. Чуть усмехнувшись, парень спустился с крыльца и прогулочным шагом двинулся вдоль рядов, не спеша рассматривая товары. Слежку за собой он обнаружил примерно через час. Пара подростков следовали за ним по пятам, делая вид, что смотрят куда угодно, только не на него. Припомнив, что за лабазами находится очень удобная низинка, Матвей жёстко усмехнулся и направился в ту сторону.

Свернув за уже знакомый угол, он присел за кустами лопуха и принялся ждать. Ожидание было недолгим. Два паренька и крупный, жилистый мужик с покатыми плечами быстрым шагом зашли за лабаз и остановились, внимательно осматриваясь. Парни Матвею были не интересны, а вот мужик производил серьёзное впечатление. Длинные руки, покатые плечи, быстрые, точные движения. Обычно такие люди бывают необычайно сильными и отлично умеют этой силой пользоваться.

Вытянув из-за голенища сапога нож, Матвей взял его за лезвие и, плавно взмыв на ноги, с ходу метнул его мужику в грудь. Заметив движение, мужик развернулся к парню всем телом, так что поймал клинок грудиной, словно специально подставившись. Не дожидаясь результата броска, Матвей бросился вперёд. Два стремительных удара, и оба подростка повалились в траву.

Утащив все три тела подальше в распадок, Матвей быстро обыскал их и, вертя в руке роскошный охотничий кинжал, удивлённо проворчал:

– Это откуда у варнака такая роскошь?

Кинжал и вправду был хорош. Не длинный, обоюдоострый, отличной стали, он словно сам ложился в руку. Наборная берестяная рукоять была тёплой и не скользила в ладони. Кожаные ножны были украшены тончайшей серебряной нитью и рисунком с охотничьим мотивом. С первого взгляда становилось понятно, что оружие это делалось на заказ, для кого-то весьма богатого.

Сунув кинжал в ножны, парень убрал его под черкеску и задумчиво покосился на вырубленных парней. Однажды он уже совершил ошибку и потом вынужден был срочно исправлять её последствия. В том, что эти крысята не задумываясь пойдут на любую подлость, сомнений не было. Уж больно старательно и рьяно они следили за ним. Да и мужик этот явно ходил следом не за тем, чтобы пряниками накормить. Выходит, они знали, чем всё должно закончиться.

Нож парня дважды сверкнул, и в распадке остались остывать три тела. Быстро обойдя торг стороной, парень вошёл на ярмарку через другой вход и прямиком отправился в ближайший трактир. Время было обеденное и после всех перипетий есть хотелось крепко. С аппетитом пообедав, Матвей вернулся к своему прилавку и, показав отцу купленные подарки, отпустил его обедать. Дождавшись, когда у его прилавка никого не будет, он незаметно сунул добытый кинжал в телегу, под солому и, отряхнув руки, с чувством выполненного долга вернулся к торговле.

К моменту возвращения отца парень успел продать несколько топоров, пару лопат и четверо вил. Вернувшийся из трактира Григорий, приняв у сына деньги, одобрительно кивнул и, не спеша закуривая, негромко спросил:

– Не знаешь, чего это у лавок полиция бегает как ошпаренная?

– Может, ограбили кого, – пожал Матвей плечами.

– Ох, Матвейка, смотри. Узнаю, что опять твои шутки пластунские, не посмотрю, что здоровее меня вымахал. Точно батогом пройдусь, – проворчал Григорий, пряча усмешку в усы.

– Угу. Кто обосрался? Невестка. Так её ж дома не было. А вон платье висит, – ответил Матвей старой присказкой, и казаки, не сговариваясь, дружно рассмеялись.

* * *

Ярмарка закончилась спокойно. К удивлению самого Матвея, с того дня их больше никто не беспокоил, хотя он ожидал очередных наездов со стороны местных катал. Но судя по воцарившемуся спокойствию, такого жёсткого ответа они не ожидали и решили не будить лиха. Затарившись разносолами и всяческими вкусностями, казаки отправились в обратный путь. Перед самым отъездом Матвей потратил кучу денег на патроны.

Приобрёл он боеприпасы и к карабину, и к своему пистолету, и к подаренному Катерине браунингу. Не забыл и про патроны к револьверу. Это