Сотня. Смутное время - Эльхан Аскеров

продавец на несколько секунд завис, но тут же, тряхнув головой, проявил завидное самообладание, начав выкладывать на прилавок поддоны с различными украшениями. Внимательно осмотрев весь предъявленный товар, Матвей попросил отложить три комплекта серёг и принялся рассматривать их поочерёдно, представляя мысленно лицо невесты. В итоге выбрав каплевидные серьги с бирюзой, он отложил их в сторону и принялся подбирать подарок матери.

– Интересно вы выбираете, сударь, – осторожно высказался продавец.

– Я перед собой лицо представляю, а после на серьги смотрю. Ежели подходят, откладываю. А нет, так и обратно, – коротко пояснил Матвей, продолжая перебирать товар.

– Я так понимаю, серьги вы выбрали невесте. Тогда, может быть, для матери брошку взять? – осмелился предложить продавец.

– Брошки, это для престарелых тётушек, а у меня мать казачка в самом соку. Надо будет, и из винтаря стрельнет, и шашкой срубит, и землю вспашет. Так что придержи советы для бестолковых, – отмахнулся парень.

– Ой, Мойша, сколько раз тебе повторять, не открывай рот, если не знаешь, что за человек перед тобой, – послышался старческий голос и в лавку через заднюю дверь вошёл пожилой мужчина в чёрном лапсердаке.

– А что не так, дедушка? – насупился продавец.

– Вот дурной, – всплеснул старик руками. – Да он только вошёл и с ходу смог тебя озадачить, просто поздоровавшись. Заметил, как ты рожу скривил. Я ведь прав, молодой человек? – повернулся он к парню.

– Ну не драться ж мне с ним, – усмехнулся Матвей в ответ. – Уж простите, уважаемые, но вы мне не противники.

– Мойша, принеси там из шкапа укладку мою, – окинув парня задумчивым взглядом, велел старик.

– Но, дедушка!

– Делай, что сказано, шлемазл, – пристукнул старик сухим кулачком по прилавку. – А вы, юноша, присядьте пока вот сюда. На стульчик. И я рядом с вами. Уж очень вы занятный молодой человек…

Но договорить старик не успел. Дверь лавки распахнулась, и на пороге возник крепкий мужик средних лет, с порога заоравший:

– Мойша, жидовская морда, тебе что сказано было?!

* * *

– Пасть захлопни и исчезни, пока я тебе язык не вырвал, – негромко прорычал Матвей, глядя на мужика через плечо.

– Ты, казак, горя ищешь? – тут же взвился неизвестный, шагнув в лавку.

– Сказано, заткнись, – чуть надавил голосом парень, разворачиваясь к нему.

В задней комнате лавки что-то со звоном упало и, дребезжа, прокатилось по полу. Удивлённо хмыкнув, Матвей покосился в ту сторону, не выпуская мужика из поля зрения. Вышедший из-за прилавка старик бесстрашно встал перед неизвестным и, выпрямившись во весь свой небольшой рост, твёрдо спросил:

– Кто вы такой и с чего решили, что это кабак, а не лавка? Подите прочь!

– Закройся, пёс пархатый, – рявкнул мужик, протягивая руку, чтобы смести старика с дороги.

Матвей, ожидавший чего-то подобного, перехватил конечность мужика и, сжав пальцы, слегка выдернул неизвестного на себя. Уже начавший движение мужик, не ожидая такой выходки, покачнулся и в итоге оказался в стороне от старика.

– Да ты, мать твою, сдохнуть решил? – заорал мужик, откидывая полу своего армяка.

Дожидаться продолжения Матвей не стал. Резкий удар внутренним ребром ладони в горло заставил неизвестного поперхнуться словами и отшатнуться. Сделав короткий шаг вперёд, Матвей всадил кулак ему в челюсть, по всем правилам рукопашного боя. От бедра. Лязгнув зубами, мужик рухнул на пол как подрубленный. Присев над ним, парень быстро обыскал тело и, забрав револьвер и кистень, поднялся.

– Юноша, надеюсь, вы его не убили? – растерянно поинтересовался старик, рассматривая лежащее тело, подслеповато щурясь.

– Жив, курилка. Вон, нога дёргается, – презрительно фыркнул Матвей. – Так что там с товаром? – вернулся он к делу.

– Мойша! Мойша, шлемазл, где ты там? – громко спросил старик, заглядывая в заднюю дверь.

– Иду, дедушка, – послышалось в ответ и в лавку как-то неловко, боком, протиснулся продавец, неся в руках плоскую шкатулку.

Положив её на прилавок, он увидел лежащее тело и, испуганно икнув, резко побледнел.

– Извольте, юноша, – открывая крышку шкатулки, предложил старик. – Это лучшее, что я могу вам предложить. Можно, конечно, заказать что-то особенное, но, увы, это будет долго, а вы, как я понимаю, будете здесь только пока идёт ярмарка.

– Правильно понимаете, почтенный, – кивнул парень, склоняясь над товаром.

Изящная цепочка необычного плетения сразу привлекла его внимание. Осторожно взяв её в руки, Матвей повертел украшение из стороны в сторону и, повернувшись к старику, поинтересовался:

– Вот эта сколько встанет?

– Прямо я бы отдал её за сорок рублей, но для вас, юноша, она стоит двадцать пять, – улыбнулся тот. – Так и знал, что вам понравится. Это работа моего внука.

– Мои поздравления, почтенный. Ваш внук настоящий мастер, – улыбнулся Матвей, делая комплимент искусству ювелира.

– Я вижу, вы и сами не чужды работы со всяким железом, – вдруг ткнул старик пальцем в один из ожогов на запястье парня.

– Я кузнец, почтенный. Работаю по всякому инструменту, оружию и станкам. Но такой красоты мне не сделать.

– Ай, бросьте, юноша. Ежели есть желание и талант, научиться можно чему угодно, – отмахнулся старик.

– Вам виднее, спорить не стану, – в очередной раз блеснул вежливостью парень. – Итак. Вот эти серьги и эта цепочка. Сколько я вам должен? – перешёл он к делу.

– Всё вместе сорок два рубля, юноша, – пожевав бескровными губами, ответил старик.

– Дедушка! – жалобно вякнул Мойша.

– Ради памяти своей матери, помолчи, – вдруг вспылил старик. – От тебя одни проблемы. Думаешь, я не знаю, зачем сюда пришёл этот мужик? – ткнул он пальцем в слабо шевелящееся на полу тело. – Опять в карты играл. И снова проигрался. Знаешь, Мойша, мне это надоело. Вся семья из-за тебя терпит убытки. Изя никак не может собрать нужные деньги на свадьбу, Сарочка уже продала всё, что только могла. Думаешь, я всего этого не знаю? Ты таки сильно ошибаешься. В своём доме я всё знаю. И потому вынужден тебе сказать прямо. Сегодня же ты собираешь свои вещи и едешь из города.

– Куда? – ссутулившись так, словно ему на плечи наковальню положили, еле слышно спросил Мойша.

– Это ты решишь сам. Я не знаю и не хочу знать, куда ты поедешь, и что с тобой будет дальше. Свою судьбу ты сам выбрал. Я много раз просил тебя бросить карты. Умолял, уговаривал, угрожал, но ты оставался глух к моим мольбам. Теперь всё. Я устал, Мойша. Мы все устали от твоих бесконечных проигрышей. Уезжай, – вздрогнув всем телом, устало закончил старик.

– Так он пришёл выбивать из тебя долг? – удивлённо уточнил Матвей, выкладывая на прилавок запрошенную сумму.

– Да.

– И сколько ты им проиграл?

– Сто двадцать рублей.

– Ого! Большие деньги, – качнул парень головой. – Думаю, за такую сумму они не только тебя, но