Город Бессмертных. Трилогия - Даниэль Дессан

эльфы могут лгать, – вполголоса, ни к кому не обращаясь, заметил маг.

– Ты о чем? – Альрин с гномом переглянулись.

– Он дал слово, что с ним все будет в порядке, что он не погибнет в схватке. И на этих условиях я пообещал ему, что не позволю вам ввязаться в бой.

– Ох!.. – чародейка вздохнула. – Да, эльфы могут лгать. Эннареон сказал мне об этом несколько дней назад. Сейчас надо позаботиться об остальных: Тангора до сих пор мутит после твоих чар.

– Обойдусь без новых заклинаний, – проворчал гном.

– Да иди ты, – усмехнулся невесело Эллагир. – Yerrha equillia!

– Я что, неясно сказал? – взревел Тангор, вскакивая.

– Гляди, как запрыгал, – хмыкнул чародей. – Ну, что ты собирался там сделать? Врезать мне? Смелее. Я даже отбиваться не стану, ибо мне сейчас все равно.

Тангор выругался на своем наречии и остался стоять, где стоял. Альрин тем временем привела в чувство Лисси и сейчас поила ее водой из фляги.

– Надо… уходить отсюда, – медленно проговорил гном и ушел к лошадям

Вернувшись с мешками, навьюченными на Ромашку, он застал странную картину: Эллагир и Альрин обыскивали мертвых варваров и грабили их.

– Что вы творите?

– Мы пытались помочь Эннареону заклинаниями, – ответил Эллагир, обыскивая очередного воина.

Неизвестно, из какой части света он пришел, но на Далахара он был совершенно не похож. Низкий приплюснутый лоб, квадратные скулы, короткие темные волосы и неприятный запах, теперь грозивший перейти в отвратительное зловоние. Маг нашел, что искал, и поспешил отойти от трупа.

– Но чары не действовали, – продолжил он. – У них у всех было вот это, – в руке засверкал небольшой изумруд.

– Тот самый камень, который мешает вам колдовать? – уточнил Тангор.

– Да. – Эллагир с яростью посмотрел на смарагд и швырнул его оземь. – Noriemme Skaladhar! – воскликнул он и простер к камню руку.

Ничего не случилось.

– Не сходи с ума, – Альрин деловито срезала очередной изумруд с шеи убитого врага. – Никто и никогда не мог совладать со Смарагдом Отречения.

– Но попробовать-то можно? – раздосадованно отозвался маг. – Dellharo Laerrhan!

– Вы не тем занимаетесь, – хмыкнул Тангор. – Что будем делать с Эннареоном?

– Посмотри, – Альрин кивнула в сторону эльфа.

Возле тела, на коленях, немым изваянием, сидела Лисси. Опустив голову до земли, рядом с девушкой стояла Ниэроиль.

– Пока они с ним прощаются, мы ничего не посмеем…

– Лисси может так сидеть целый день, – нахмурился гном.

– Хоть год, – отрезал Эллагир. – Не думаю, что кто-то из нас вправе ее поторопить.

– Вдруг это ей поможет? – Тангор помахал в воздухе тоненьким свитком. – Письмо, что эльф оставил перед боем.

Он подошел к Лисси и деликатно коснулся ее плеча. Девушка обернулась и медленно подняла глаза на гнома. Тангор поймал этот взгляд и отшатнулся: никогда прежде он не видел такой смеси горя, ненависти и яростного огня.

Тело бойца среагировало прежде, чем мозг успел осознать угрозу, и гном распластался в падении на спину. Лиссин меч с тонким пением рассек воздух там, где мгновение назад стоял Тангор. Гном понял, что следующий удар принесет ему смерть, но опять-таки спасся исключительно благодаря инстинктам, а не осознанным действиям. Лежа, он подсек Лисси ноги, и та с ругательством упала.

– Эллагир!!! – выкрикнул гном, перекатываясь и вскакивая на ноги.

Лисси, тоже уже на ногах, за малым не достала его: клинок чиркнул по кольчужной рубахе Тангора, самым кончиком. Никаких иллюзий, что доспех защитит его от прямого удара, гном не испытывал, и поймал себя на мысли, что ему страшно. Тело, однако, исправно делало свою работу: правая рука метнулась к секире и сорвала ее с пояса.

– Я не могу ее убить! – растерянно воскликнул маг, опуская руку.

Заклинание Стрелы Эххара так и не сорвалось с его губ.

Тангор все же успел поставить блок секирой перед следующим ударом. Он никогда не мог пожаловаться, что недостаточно силен или плохо владеет оружием, он пережил много битв и давно уж сбился со счета, скольких врагов убил. Но сейчас его противник, совсем юная девушка со светлыми волосами, с запястьями не намного толще, чем тангоров указательный палец, сделала легкое движение кистью, и выбила секиру из рук гнома так же легко, как ураган вырывает с корнями сухое дерево.

Тангор понял, что теперь надеяться просто не на что, и что следующий удар завершит его дни.

– Yerrha equillia! – Альрин вложила все силы в формулу.

Заклинание Йерры обычно слабо работает на расстоянии, но девушка была непревзойденным мастером этих чар чуть ли не с детства. Эллагиру вспомнилось, как еще в девятилетнем возрасте, Альрин сумела наложить это заклинание на него, исцелив сломанную руку.

Формула сработала, и Лисси в последний момент сумела изменить траекторию движения меча. Клинок глухо вонзился в землю. Девушка упала на колени. Сознание медленно к ней возвращалось. Гном понял, что все кончилось, вдохнул полной грудью и грязно выругался. Некоторые слова оказались незнакомы никому из присутствующих. Альрин истерически хихикнула. Эллагир с тревогой глянул на нее, но чародейка поспешила заверить:

– Со мной все в порядке.

– Почему Йерра? – удивленно поинтересовался маг.

– Безумие – тоже болезнь, и тоже поддается исцелению, – пояснила чародейка. – В некоторых случаях.

– Как это – “в некоторых?” – расширил глаза Тангор. – Что это значит?

– Это значит, что тебе невероятно повезло. Один шанс из тысячи, что это могло сработать, – нервно улыбнулась Альрин.

– Прости меня, – еле слышно проговорила Лисси, все еще стоя на коленях. – Это было ужасно. Как будто что-то мной командовало, я почти не помню, что делала!

– Ты едва не угробила одного уважаемого гнома, но в остальном все в порядке, – попытался пошутить Эллагир, но, увидев взгляд Лисси, осекся.

Глаза девушки были полны слез. Тангор вздохнул:

– Забудем… Я понимаю, каково тебе сейчас…

– Нет, – все так же тихо ответила Лисси. – Не понимаешь, Тангор… – она вздохнула. – Не понимаешь. И не сможешь понять. Но знаешь… когда я нападала, какая-то часть меня желала, чтобы ты своей секирой нанес ответный удар, и… Если хочешь, – она подняла глаза на гнома, – можешь меня убить. Я не стану уворачиваться.

– Да что ж ты такое