Город Бессмертных. Трилогия - Даниэль Дессан

можно найти в этой стране, было бы желание! И лишь одно условие, которое путник непременно должен соблюсти. Условие несложное, вовсе даже не неприятное, но совершенно неизбежное: с восходом солнца – покинуть этот благословенный край.

Хотя и то сказать, право вернуться сюда следующей ночью никто не отнимает…

Эннареон очень медленно и осторожно, чтобы не разбудить Лисси, слегка переместил вес, и снова замер, вслушиваясь в тьму. Приглушенные возгласы варваров, что стояли на страже, доносившиеся с юга, шелест крыльев ночной птицы, даже дуновение ветра, – ничто не укрывалось от внимания эльфа.

– Книга что-нибудь подсказала тебе? – шепотом спросил он в ночь.

– Никогда не перестану восхищаться твоим слухом, – также тихо ответил Эллагир, подходя и садясь рядом. – Увы, в этот раз – ничего. Даже не верится. Может, боя завтра не будет? Ведь она открывала мне свои тайны только, когда в них возникала нужда…

– Да, – рассеянно пробормотал Эннареон. – Только, когда возникала нужда…

– Отправлюсь-ка я снова спать, – вздохнул чародей после непродолжительного молчания. – Да и тебе не помешает, перед боем нужно быть отдохнувшим.

– Скоро лягу, – согласно кивнул эльф. – Но прежде… – Он кинул взгляд на Лисси и убедился, что девушка крепко спит. – Прежде, пообещай мне, друг, сделать завтра одну вещь…

Книга 2. Глава 12

Эннареон проснулся за полчаса до рассвета и первым делом прислушался к звукам, доносившимся из стана врага.

“Еще не собрались, – отметил он. – И верно, у них полно времени… а вот у меня его явно не хватает.”

Эльф осторожно выбрался из-под лиссиной руки, стараясь не разбудить девушку. Тангор сидел на траве, шагах в двадцати впереди, спиной к лагерю. Не обладавший острым слухом, он ровным счетом ничего не заметил.

Эннареон, усмехнувшись, достал из своего заплечного мешка маленькую, почти игрушечную чернильницу и четыре листа пергамента. Следом было извлечено перо, тоже небольшое, но удобное. Чтобы кончик пера не повредился в мешке, на него был надет серебряный колпачок. Эннареон кинул взгляд на Лисси, улыбающуюся во сне, на магов, которые лежали неподалеку, обнявшись, и принялся быстро писать.

Свернув листы трубочкой, он засунул их под свой мешок и встал. Тангор обернулся:

– Доброе утро, дружище! Не рановато?

– В самый раз, – улыбнулся эльф. – Солнце вот-вот взойдет.

– А что наши гости? Ты их слышишь?

Эннареон закрыл глаза и жестом попросил Тангора не шевелиться.

– Слышу, – наконец, произнес он. – Они… они выступили. Просыпайтесь, друзья! – громко позвал он остальных. – Пора готовиться к бою!

Все тотчас встали, без лишних слов. Тангор аж языком цокнул:

– Вот это дисциплина у нас в отряде! Почти как у моих сородичей, в Дирхкаге.

Альрин хмуро посмотрела на него:

– Ненавижу рано вставать, – вздохнула она, массируя кисти. – Еще с первого курса.

Рядом Лисси деловито проверяла меч, легко ли выходит из ножен. Выхватив клинок, девушка на одном дыхании сделала несколько движений, расправляясь с воображаемым соперником. Меч в ее руках сверкал серебристой молнией. Эльф посмотрел на нее с любовью и нежностью.

– А ты будешь разминаться? – звонко спросила она Эннареона. – Доставай клинок!

– Непременно достану, – улыбнулся тот. – Чуть позже.

– Ну что, покажем этим червякам, как надо драться? – Тангор снял с пояса свою секиру и погладил лезвие пальцем.

– Покажем, – усмехнулся чародей, вслед за Альрин принявшийся делать зарядку для рук.

– Эллагир, – словно невзначай обронил эльф. – Как спалось? Не снилось ли чего-нибудь?

– Никаких снов, – вздохнул тот, понимая, что речь идет о книге. – Прости.

“Я так и предполагал, – подумал Эннареон, пожав плечами. – В общем-то, ничего удивительного. Книга являет новые чары действительно, когда в них есть нужда.”

– А мне снилось, – голос Альрин внезапно дрогнул. – Снова все тот же кошмар…

– Ничего страшного, – мягко улыбнулся эльф. – Сегодня он прекратится.

– Думаешь? – рассеянно отозвалась девушка, но тут же воскликнула: – Стоп! Что это значит?

– Это значит, – Эннареон поймал ее взгляд, – что сегодня этот сон перестанет тебя донимать. Смотрите, солнце всходит!

Свет нового дня бережно, но неотвратимо вытеснял полумглу из долины. Прямо на глазах серые тона мира менялись, освещенные солнечными лучами, уступая место всему многообразию красок, щедро дарованных Создателем.

Эльф прислушался: армия приближалась. Голоса, лязг оружия и тяжелая поступь тысячи ног доносились с юга с каждой минутой все отчетливей. Теперь даже Тангор мог без труда слышать вражеское войско, которое двигалось пока безликой темной массой. Но совсем скоро варваров можно будет не только услышать, но и увидеть их лица.

Эннареон подошел к Ниэроиль, пасшейся тут же, и положил ладонь ей на шею. Лошадь немедленно ткнулась ему в плечо, и в огромных ее глазах стояли настоящие слезы.

– Друзья, – голос эльфа на мгновение дрогнул, но он взял себя в руки и продолжил: – Мы прошли долгий путь вместе, и я хочу поблагодарить вас. Не за что-то в отдельности, хотя вы многое для меня сделали. Хочу сказать вам спасибо просто за то, что вы есть. По дороге с вами, я нашел дружбу, которой не знал уже давно. И встретил любовь, – он посмотрел на Лисси, – которой не знал вообще никогда.

– Зачем ты это говоришь? – с тревогой спросила Лисси. – Мы ведь вчера уже все решили…

Эльф кинул взгляд на юг, где уже можно было различить движущуюся толпу, и даже отдельных воинов.

– Любимая, – повернулся он к девушке. – Прости. Я написал тебе несколько строк, свиток лежит под моим мешком… Ты меня поймешь. Я не могу взять тебя с собой. – Эльф подошел к Лисси и крепко ее обнял, не стесняясь слез, катящихся у него по щекам. – Мы бы не справились с такой ордой. Есть только один способ защитить тебя и остальных…

– Эн! Не уходи без меня!

– Я люблю тебя! Yllariae’ar neeire ka an’llavaerhiir*! – Эннареон нежно поцеловал девушку в губы.

– И я люблю тебя, безумно люблю! – эхом отозвалась Лисси, горячо отвечая на поцелуй.

Сладость губ любимого смешалась с соленым привкусом слез. – Поэтому я пойду с тобой, хочешь ты этого, или нет.

– Ради меня, – прошептал эльф. – Нет. Не надо.

– Подождите! – воскликнула Альрин. –