Ниочёма-3 - Дмитрий Николаевич Матвеев

Несмотря на явственный акцент, иностранец говорил по-русски свободно. Наверняка специально изучал язык и, к тому же, имел немалую практику. Купец? Дипломат? Скорее всего, последнее.

- Чем обязан? – повторно вздёрнул бровь Олег.

- Меня попросили переговорить с вами хорошие знакомые из Европы. Дело в том, что незадолго до смены власти в Диком поле туда отправился посланник. При себе у него были некие бумаги, обладающие безусловной ценностью для Европы и совершенно бесполезные для вас. Мои знакомые хотели бы эти бумаги вернуть. На всё остальное, что есть при себе у посланника, они не претендуют. На самого посла, кстати, тоже.

- Понятно, - задумчиво произнес Песцов. – Ваши работодатели решили, что посланник рассказал мне всё, что мог, и большего ущерба причинить Европе уже не может. Зато может, вернувшись, под кружечку портера поведать чего-нибудь лишнего газетчикам. И чем избавляться от него в Европе, рискуя измазаться в дерьме, они предпочитают, чтобы это сделал я в Диком поле. За кого вы меня держите, сэр Феррет?

Иностранец ничуть не смутился:

- За безусловно умного и решительного человека, господин Песцов. И, к тому же, небрезгливого. До меня дошли рассказы о том, как вы поступили с несчастным полковником Фицджеральдом и с его подчиненными.

- Око за око, сэр Феррет.

- Вот как?

Феррет остро взглянул на Песцова.

- Впрочем, Предки с ними, с Фицджеральдом и прочими. Что вы скажете насчет бумаг?

- Ничего. Прежде я должен с ними ознакомиться. А потом уже дам ответ.

- Имейте в виду, господин Песцов, воспользоваться этими бумагами вам не удастся.

- Я именно об этом, дорогой сэр Феррет. У нас в Диком поле не принято верить джентльменам на слово. Как показывает практика, в подобных случаях издержки становятся непозволительно велики. Так что я вернусь во дворец, побеседую с посланником, погляжу на то, что у него имеется, а после сообщу вам своё решение. Каким образом вас можно найти?

- Извольте.

На лице сэра Феррета не дрогнул ни один мускул. Но жест, каким буржуйский Хорёк протянул визитную карточку, был всё же чрезмерно резким.

Песцов принял кусочек картона.

- Благодарю вас, сэр. Думаю, вы узнаете о результатах примерно через неделю.

Сухо кивнув, европеец отчалил. Олег повернулся к столу и нацелился было на бутерброд с осетриной, как совсем рядом услышал:

- Господин Песцов!

Глубокий бархатный голос принадлежал солидной даме. Она помедлила с продолжением речи, давая возможность парню как следует себя разглядеть. Даже как бы невзначай приняла одну из тех поз, которые позволяют с максимальной откровенностью продемонстрировать объем груди, крутизну бедра и стройность ног. В открытом бальном платье с обнаженными плечами и глубоким вырезом такие позы должны были действовать на мужчин особенно сильно. На Песцова тоже подействовало, но в ином ключе. Всё же, за день он успел изрядно устать.

Он не спеша прошелся взглядом знатока по зрелой фигуре, одобрительным кивком отметив достоинства и приняв к сведению недостатки.

- Неплохо, - заметил он. – Весьма неплохо. И чего же вы хотите, сударыня?

- А вы не догадываетесь?

Женщина многозначительно поиграла бровями.

- Простите, мадам, у меня три жены и двести наложниц. И всё, что может предложить женщина мужчине, я изучил досконально. Разве что у вас имеются некие особенности анатомии, которые могут удивить даже меня.

Женщина фыркнула, схватила со стола бокал игристого, круто развернулась и, вбивая в паркет каблуки туфель, отправилась прочь. «Негативные эмоции не доведут до добра», - глядя ей вслед подумал Песцов и, отвернувшись к столу, протянул руку к осетрине. Да, порою гарем самим фактом своего наличия устраняет возможные проблемы в личной жизни.

- Ах!

Женский вскрик заставил его поднять голову. Дама, только что уверенно маршировавшая восвояси, заваливалась на спину, тщетно пытаясь схватиться руками за воздух. Вокруг застыла шокированная публика. Высокий, не менее десяти сантиметров, каблук, отломившись у самого основания, валялся в стороне. Высокий бокал тонкого стекла взлетел высоко в воздух и, медленно вращаясь, равномерно смачивал шелк и кружева лёгким алкоголем. Под треск тонкой ткани дама рухнула на пол. Лиф платья всколыхнулся, выпуская наружу содержимое на радость любителям светских скандалов.

Аппетит напрочь исчез. «Обман», - лениво подумал Олег. – «И здесь обман. Никому доверять нельзя». Он повернулся и двинулся обратно, на танцпол: вот-вот должен был вернуться курьер. За его спиной опустевший бокал с мелодичным звоном прекратил свой недолгий полет, рассыпавшись осколками по дорогому наборному паркету.

***

Курьер уже топтался у дверей бальной залы и вытягивал шею, высматривая заказчика. Он увидел Песцова, Песцов увидел курьера и они двинулись навстречу друг другу. В стальном кейсе, пристегнутом цепью к запястью курьера, лежали три бархатных футляра с украшениями, и нечто, завернутое в грязноватую ткань.

Олег быстро сунул за пазуху футляры, запихал сверток в боковой карман, рассчитался с курьером и развернулся навстречу свежеприпудренным женам.

- Всё в порядке? – поинтересовалась Маша.

- Абсолютно.

- Тогда идем, нам пора на встречу с четой Львовых.

***

Встреча была организована почти по-домашнему. Вокруг низкого столика были расставлены столь же низкие кресла, удобные и мягкие. На столике – всё для чая: чайник с кипятком, заварка, сахарница с кусочками рафинада и серебряными щипчиками, вазочки с вареньем, свежие булочки – всё, что Олег бы и сам выбрал для сервировки. Львов уже сидел в одном из кресел. По одну руку робко, на краешек, примостилась молодая невеста. По другую – прекраснейшая женщина. Смуглая кожа, безупречные черты лица, восхитительная фигура, длинные густые иссиня-черные волосы.

Женщина сидела прямо, демонстрируя безупречную осанку. Олег на время даже дышать перестал. Его супруги были поражены не меньше. Правда, они не забыли о правилах приличия: склонились в положенном по ритуалу поклоне. Маша дернула Песцова за рукав. Раз, другой, третий… Наконец, он отмер и, вспомнив, где он и перед кем находится и, покосившись на демонстративно нахмурившегося императора, торопливо поклонился.

Женщина же, наблюдая эту сценку, очевидно получила удовольствие. Она негромко рассмеялась нежным приятным смехом:

- Дорогой, перестань пугать детей. Мальчик чересчур впечатлился, и не более того. Мне было приятно видеть, что я ещё могу очаровывать молодых людей. Не то, что Кроликова. Я довольна, Олег, что ты поставил на место эту старую шлюху.

Голос у женщины вполне соответствовал внешности: глубокий, сочный, с легкой хрипотцой.

Песцов поклонился еще раз:

- Я рад, ваше императорское величество, что, пусть нечаянно, доставил вам удовольствие.

Львов дернул щекой, но