Ниочёма-3 - Дмитрий Николаевич Матвеев

армии отмазали, сколько сопляков отслужили фиктивно – у Пастухова все данные имеются. А еще он знает, кого и как наградили вообще ни за что - за компанию, за мзду, а то и вовсе по дружеской просьбе.

Генералы притихли. Хоть в народе и принято считать, что генералы все до единого идиоты, но дураков спорить с императором не нашлось.

С очередностью тоже разрулили. Решение нашлось до удивления простое. Вот, к примеру, некто был представлен к награде унтером, а пока то да сё, стал полковником. Его награждать будут с унтерами? Разумеется, нет. Так же и с Песцовым. А поскольку хан статусом выше любого из генералов, то его черед пришелся в самом конце.

Наград нынче было не сказать, что сильно много, так что со вручением управились быстро, за пару часов. Солдатам – медали, унтерам – «Георгия», капитанам – «Аннушку», генералам – «Владимира». И вот настало время Песцова.

О его похождениях знали не сказать, чтобы очень многие. А обо всех – лишь с десяток изначально посвящённых человек, не больше. Но вся империя знала о том, что прежде был он простым новобранцем, а теперь стал целым ханом, и потому интрига закрутилась неслабая.

Олег ощущал себя второсортным актером. Только вместо «кушать подано» приходилось произносить «Служу отечеству»! О чём там думали генералы, кто сочинял сценарий и готовил реквизит? Разумеется, это всё военная тайна. Но Песцову казалось, что со стороны это выглядит как процесс одевания бумажной куклы. Разумеется, он держал эмоции в узде, сохранял вид лихой и придурковатый.

- Награждается рядовой учебного полка номер сорок три дробь семнадцать Песцов Олег Иванович. За проявленное мужество и героизм в бою с интервентами, за спасение товарищей по учебному взводу и непосредственного начальника…

И понеслось. Хлоп – на груди повис солдатский «Георгий» четвертой степени, а на погонах - ефрейторские лычки, благо «липучку» уже изобрели. За штурмовую роту степняков – «Георгий» третьей степени и вторая лычка, что соответствовало младшему унтер-офицеру. За спасение склада РАВ – лычка старшего унтера, за броневик с майором – вторая степень «Георгия», за буржуинскую базу три узких нашивки на погонах заменили одной широкой – фельдфебеля. За полковника прилетел георгиевский крест первой степени. Заодно, согласно статуту, за первую степень было положено звание подпрапорщика. И, наконец, за освобождение из плена граждан империи Песцова пожаловали зауряд-прапорщиком.

За какие-то пять минут Олег совершил головокружительную карьеру, поднявшись от самых низов до вершины унтер-офицерства. Публика рукоплескала: похождения Песца пока ещё не ушли в народ. И ведущие вовсю старались, расписывая беспримерные подвиги.

По-хорошему, на этом стоило остановиться: солдатские награды кончились, низшие звания – тоже, а для получения офицерского чина требовалось специальное военное образование. Генералы протестовали, но против императора их веса не хватило. Правда, военный министр, отчаянно фрондируя, наотрез отказался нарушать закон. А потому Львов вышел на публику и за убиение вражеского верховного главнокомандующего презентовал юному герою чин прапорщика, а к нему золотое «анненское» оружие. Ну да: потому император и самодержец, что все законы в его власти.

Сам Песцов считал такое награждение чрезмерным, но его мнения никто не спросил. Просто помощники сняли с плеч унтерские погоны и на те же «липучки» прилепили новые, офицерские, золотые. Песцов отдал честь, в последний раз гаркнул «Служу отечеству» и отправился на своё место в строю награжденных, на правый фланг, вперед всех полковников и генералов. Означенные генералы и полковники проводили выскочку хмурым взглядом, но помимо этого сделать ничего не могли: мерзкий сопляк был, к несчастью, ханом.

Хмурым был взгляд не только у представленных к наградам офицеров. Среди допущенных на церемонию гражданских как минимум один человек, широко улыбаясь и аплодируя глядел так же хмуро, если не сказать враждебно. Увиделся он мельком, а запомнился крепко-накрепко.

Отбившись от почестей и банкета, Песцов в сопровождении слуги ушел в предоставленные ему комнаты. Нужно было переодеться в гражданское, перекусить и отдохнуть перед последним рывком.

На экране шла церемония выбора императорской невесты. Разумеется, всё уже было решено заранее, но девушки оставались в неведении, а потому терзались и переживали по полной программе. И публика у телеэкранов переживала вместе с ними. Олег же в это время цинично поглощал плебейское пюре с котлетой и одним глазом поглядывал на три десятка молодых красавиц, привезенных со всех концов империи. Поглядывал и с тоской думал об ожидающих его двух сотнях наложниц.

От печальных мыслей его отвлекли гневные возгласы:

- Почему мы обо всем узнаем по телевизору?

- И вам добрый вечер, - вяло откликнулся Олег. – Проходите, выбирайте себе места. У нас имеется еще примерно час до выхода. Сейчас Львов завершит ритуал, объявит о начале бала и удалится с невестой на свой императорский подиум. И минут через пятнадцать после этого будет наш с вами выход.

Три девушки вошли в комнату, сразу заполнив её шуршанием платьев, ароматами духов и блеском драгоценностей.

- Не увиливай! Ты должен был нам всё рассказать!

Олег поморщился: умеют ведь женщины выбрать время для разборок!

- Девушки, - жестко возразил он, - не превышайте своих полномочий. Вам знакомо понятие военной тайны?

Девушки фыркнули и надулись, а Олег отправился переодеваться. Вернулся он через четверть часа при полном параде, со всеми орденами и медалями. Только повесить кортик оказалось не на что: на балу предстояло выступать в качестве хана, а фрак носится без портупеи. Но и так получилось весьма солидно. Поди, найди восемнадцатилетнего юношу с подобным иконостасом на груди. И ведь все награды по делу, ни одной юбилейной или за выслугу лет.

- Дорогие супруги. Давайте, вы предъявите мне претензии завтра.

- Почему это завтра? – тут же возмутилась Алёна.

- Потому, что сегодня после бала у вас на это сил уже не останется. А теперь давайте пройдем ко входу в бальную залу. Скоро уже объявят наш выход. Публика ждет, а шоу должно продолжаться.

Глава 26

Топтавшийся у дверей церемониймейстер трижды долбанул палкой о паркет и провозгласил:

- Хан Дикого поля Песцов Олег Иванович с супругами!

Служители распахнули сразу обе створки двери, и мы вошли. Музыка продолжала играть, но все присутствующие разом замерли и обратили взгляд на великолепную четверку. Девушки блистали красотой и молодостью, нарядами и бриллиантами, вызывая у кавалеров оживленный интерес, а у дам зубовный скрежет.

Супружеская чета сделала по залу круг почета, приветствуя