Мальтийская звезда - Дебора Джонс

Фигура из леса манила ее, но было темно. Аликс не могла отчетливо ее рассмотреть, потому что в тот момент полуденное солнце неожиданно сменилось сумерками. Она пристально вглядывалась в даль.

– Северин? – позвала она. – Робер?

Она в нерешительности остановилась. Ей не хотелось снова видеть Робера. Ей не хотелось быть с ним рядом или следовать за ним туда, куда он ее манил. Эта часть ее жизни закончилась, и Робер ушел вместе с ней. Сейчас у нее был Северин. Они любили друг друга.

– Нет, – прошептала она.

Но ее манил не Робер, и она это поняла.

Значит, это Северин?

Она колебалась, не уверенная, стоит ли ей продолжать путь. Трава у нее под ногами тихо шелестела. Небо стало серым и холодным. Вдали послышался раскат грома. Она шла, и ее взгляд был сосредоточен на кромке леса, но она чувствовала, что рядом с ней по лугу идут и другие люди. Одних она не узнавала, а других знала хорошо: ее мать, падре Гаска, окровавленный рыцарь, нагруженный амулетами, красивый мужчина, сжимавший ручку высокой винной кружки.

Какая-то светловолосая женщина медленно качала головой, посылая ей сигнал «нет».

Все они молчали, и только мужчина, который манил ее, нежно прошептал ее имя:

– Аликс.

Этот голос не принадлежал Северину. Аликс почувствовала первые слабые волны страха, по любопытство оказалось сильнее. Воздух становился плотнее, гром гремел уже над лесом. Серое небо, казалось, навалилось на землю, коснувшись незнакомого человека мокрым поцелуем. Она вспомнила чувство свободы, когда она плясала тарантеллу, и именно эту свободу она почувствовала и сейчас. В воздухе что-то мерцало. И хотя она все еще не видела этого человека – он пока был далеко от нее, – зато она видела исходившее от него сияние. Он весь светился, приближаясь к ней.

Но…

Краем, глаза она уловила какое-то движение. Там, за деревьями, шло сражение. До нее донеслись металлические звуки скрещивающихся мечей, возгласы людей, грозные раскаты грома, крики раненых животных. Внезапно стало совсем темно, и с неба потоками хлынул ливень. Она сразу промокла насквозь, и волосы облепили ее лицо мокрыми прядями.

– Аликс! – раздался хриплый шепот.

Она уже забыла о зовущем ее человеке, но он не забыл о ней. Сейчас он был совсем близко. Он надвигался на нее. Тарантелла больше не звучала и не уносила ее в свободном танце. И ее охватил настоящий страх.

– Северин! – позвала она. Но как он мог слышать ее сквозь шум и грохот, раздававшиеся в лесу? Как он найдет ее в ночи?

Человек был уже совсем рядом. А она была так напугана, так напугана. Пока Аликс стояла прикованная к месту, из леса вылетела одинокая стрела, острие которой, покрытое дегтем, пылало, нацелившись прямо в человека, зовущего ее.

Стрела вонзилась в него. Но человек даже не заметил этого. Он продолжал тянуть к ней руки.

– Мы снова встретимся в Азенкуре, – шептал он. – Ты увидишь меня там, на тебе будет мальтийская звезда, и ты сделаешь свой выбор.

– …а этот инжир самый лучший. – Слова Барбары донеслись до нее словно издалека. – Они выращены из семян на земле Массимо, и лучших вы нигде не найдете.

Аликс заставила себя сосредоточиться на словах графини, заставила себя улыбнуться, заставила свое сердце перестать рваться из груди.

Это сои. Это всего только сон.

Она нашла утешение в словах Северина. Ей почти удалось поверить им, когда дверь покоев леди Барбары распахнулась и в комнату вбежал паж.

– У меня весть от рыцаря Бриганта! – выдохнул он, раскрасневшись от важной новости. – Генрих Английский высадился в Кале! С ним сэр Арнонкур, и они объединились с силами герцога Бургундского. Они все вместе двинулись на Париж, чтобы захватить город и короля.

Глава 22

Аликс проснулась как от толчка. Она не могла в подробностях вспомнить ночной кошмар, но знала, что это было ужасно. Её ногти впились в ладони. Она сразу подумала о Северине и попыталась почувствовать грозившую ему опасность. Сейчас она делала это часто, хотя не могла вспомнить, когда начала впервые. Или когда у Нее возникло это предчувствие опасности. Но то, что пугало ее, не было связано с Северином, по крайней мере, пока. То, что пугало ее, было рядом. Впервые за долгое время Она подумала об Иврене и спросила себя, не забрал ли его герцог из безопасных стен монастыря и вообще жив ли он. Аликс поежилась от холода, хотя в комнате было жарко.

Сон все еще не ушел от нее, он был так близко, что она могла заглянуть в него… Так близко, что она его еще помнила. Например, она видела, как формируются очертания кого-то или чего-то, окруженного мерцающим серебряным светом. Фигура дразнила ее издалека и медленно отступала назад.

За окном раздавался мелодичный перезвон колоколов – первый предвестник наступающего дня, – хотя за окнами было еще темно. Но ей не спалось, а желудок скручивало от тошноты. Она встала с постели и накинула легкий халат. Распахнув дверь, она вышла в коридор. Жара была невыносимой. Было рано, и все спали. Она решила немного погулять по двору. Там по крайней мере, можно подышать свежим воздухом, и к тому же там стояли прохладные мраморные статуи. Они холодные на ощупь, а ей так хотелось прижаться руками и лбом к чему-нибудь холодному. Ей не хотелось оставаться одной в пустой комнате, и она все еще не пришла в себя от страшного сна.

– Я скучаю по Северину, – сказала она себе, скользя шелковыми туфельками по холодному мраморному полу. – Но ведь он возглавляет «Золотую армию», и он сейчас в походе.

Слова ее звучали глухо и даже печально, совсем так, как они звучали в Мерсье. С тех пор как Северин привез ее в палаццо Массимо, она все реже вспоминала о Мерсье. Но плохо было то, что здесь ей было неуютно точно так же, как и там.

– Эта отвратительная тошнота, – произнесла Аликс громко. – Когда же она пройдет!

Прошло три недели с тех пор, как стало известно, что король Генрих высадился в Кале. Северин на следующее же утро ускакал в Бари набирать мужчин в армию и добывать деньги для своих воинов.

– Вместе с королем прибыли Бельден Арнонкур, – радостно сообщил Северин.

Муж Аликс сиял от возбуждения. Он обхватил жену сильными руками и поднял ее в воздух. Она была немного испугана, когда он поставил ее на пол, но ее голова кружилась не так сильно, чтобы она не заметила радости в его темных глазах. Аликс вспомнила, каким решительным он выглядел в первый день их встречи, когда в ночь смерти Робера он вышел из-за спины Ланселота.

Казалось, с того дня прошла целая жизнь. Северин сильно изменился с тех пор, и, возможно, она тоже.

– Северин! – засмеялась она, но он перебил ее:

– Дело движется к финалу. – Слова эти звучали как песня. – Бельден Арнонкур приехал, и он увидит, что я возглавляю армию, которую он создал. Я приведу его людей к победе над французами, и это будет кульминацией моей жизни.