Хранитель историй - Элизабет Хантер

машины. С документами разберёмся позже. Сейчас главное, как можно быстрее убраться из этого города.

― Хорошо.

Потрясённо выдохнув, Малахай отпрянул от двери.

― Браги.

У Авы сердце ушло в пятки. Из темноты металлического перехода она увидела, как из отеля «Антея» выходит светловолосый григори и озирается с весьма целеустремлённым прищуром.

Дети падших знали, что они рядом.

*** 

Малахай отправил ещё одно сообщение Максу. Тот по-прежнему не отвечал. Беспокойство боролось с раздражением.

«Где, чёрт возьми, его носит? Что с документами? Неужели Максима подставили? Как вывезти машину из отеля, избежав встречи с дюжиной и более григори, которые поджидали на перекрёстке?»

Но стоило узнать светловолосого григори возле отеля, мысли о машине улетучились. Малахаю нужно увести Аву. Устремив взгляд в темноту, он попытался вспомнить всё, что знал об этой цистерне. Очень старая и, как он подозревал, соединена с акведуком Валента, древней водопроводной системой, построенной римлянами для транспортировки воды по всему городу. Между многими цистернами по-прежнему сохранились туннели.

«Есть ли такой в Феодосии?»

Малахай бросил последний взгляд в сторону площади. Небо начало темнеть, перед отелем зажглись уличные фонари. Он видел слоняющихся перед отелем Браги и других григори. Либо ждать, пока они покинут площадь, либо искать другой выход.

Он посмотрел на сапоги у их ног, затем наклонился и обул самую большую пару, передав другую Аве.

― Обувайся.

― Куда мы?

― Вниз. ― Он заметил маленький фонарик у края платформы. Включил его, надеясь, что свет не увидят снаружи, а потом заглянул за край платформы. ― Посмотрим, есть ли там туннель.

― Что? ― пискнула Ава. Она желала запротестовать, но почему-то без лишних слов натянула сапоги. ― Будем спускаться? Разве нам не надо ждать Макса и Дамиана?

― Ждать, пока Браги не заметит сломанный замок на воротах? ― Малахай потоптался на месте, привыкая к вполне сносным жёлтым резиновым сапогам. ― Отсюда может идти туннель. В древних цистернах такие часто бывают. И если григори найдут нас, я предпочту стену в тылу. Ты будешь прижата к ней и спрятана за моей спиной. Мне легче будет сражаться с ними, не ожидая нападения хотя бы с одной стороны.

Малахай промолчал про ангельский клинок Браги. Вот в чём истинная проблема.

― Так и знала, что тебе не следовала отдавать мне часть своей магии, ― пробурчала Ава, натягивая второй сапог.

А Малахай вдвойне радовался этому. Если её не дай Творец ранят, магия убережёт её от смерти. И с новым зрением Аве почти не нужен фонарик.

― Пойдём.

Он взял её за руку и начал спускаться по скрипучей лестнице.

― Эта штука точно безопасна?

― Ну-у, рабочие как-то поднимались и спускались по ней несколько месяцев. ― Он остановился, когда одна из ступенек прогнулась под ногами. Затем начал спускаться медленнее. ― Мы не такие тяжёлые. Всё будет хорошо.

Стоило им благополучно достигнуть дна, как Малахай включил фонарик. Поводя лучом из стороны в сторону, он увидел парящие колонны, опоясанные стальными цепями для усиления, марширующие точно серые солдаты в темноте. Купола цистерны возвышались над ними, древний кирпич вызывал эхо при малейшем шуме. Малахай слышал, как капает вода над головой, и плещется грязная вода под ногами Авы.

― Сейчас здесь ремонт, ― прошептал он, ― но раньше в ней было столько же воды, сколько в цистерне Базилика.

― По-моему, это больше похоже на грязь. ― Она чуть не споткнулась о прислонённую к стене лопату. ― Матерь божья, что за вонь!

― Люди бросают сюда всякие вещи. Постарайся не думать об этом.

Малахай осторожно повёл их по периметру пещеры, но не смог обнаружить туннеля или другого выхода. Если тот был, то сейчас перекрыт или погребён под илом или кирпичом. Чем дальше они шли, тем глубже становилась вода. Густая грязь засасывала ноги.

― Есть вести от Макса или Дамиана? ― прошептала Ава.

Малахай взглянул на телефон.

― Здесь не ловит сеть. Я сказал им, где мы прячемся. Надеюсь, они получат сообщение.

― А если нет... тогда что?

«Тогда что?»

Ответа он не знал.

*** 

С каждым шагом вглубь тёмной пещеры у Авы росло чувство страха. Вода плескалась под ногами, а фонарик казался невыносимо ярким в кромешной тьме подземелья. Ей казалось, что любой, кто заглянет внутрь, заметит их.

― Знаешь, ― прошептала она, радуясь, что голос не дрожал, ― из всех достопримечательностей, эту я бы пропустила.

― Я обещал показать тебе старую часть города.

Он отбросил дохлую рыбу с пути.

― Малахай?

― Да?

― Я люблю тебя, даже несмотря на то, что прямо сейчас ты тащишь меня по очень вонючей воде и грязи.

Он повернулся, и Ава увидела его улыбку несмотря на темноту.

― Я тоже тебя люблю. Обещаю, мы отправимся в заслуженный отпуск, когда всё закончится. Кажется, ты говорила, что богата?

― До ужаса.

― Знаешь места с хорошими водоёмами и без дохлой рыбы?

― Навскидку, целую кучу.

Его плечи затряслись от смеха, когда они продолжали пробираться вдоль стен цистерны. Несмотря на тщательный осмотр, туннель не обнаружился. Запасной выход тоже.

Наконец, Ава вздохнула и сказала:

― Прошло много времени. Может, они ушли. Или разбрелись. Может, нам удастся улизнуть. Нужно пойти проверить, нет ли...

Её оборвал скрип двери. Всякая беззаботность улетучилась, когда она услышала приглушенные голоса с платформы наверху.

Не Дамиан и не Макс.

 ***

Сердце бешено заколотилось. Малахай провёл пальцем по своим таласемам, активируя оставшуюся магию. Он по-прежнему силён. Способен на многое. Он сможет защитить Аву. Чувствуя ожившую магию, он взял суженую за руку, медленно перемещаясь за колонну и скрываясь с поля зрения от двери.

Прислушался.

― Ворота открыты.

― Эта цистерна соединена с туннелями?

― Мне кажется, нет.

Они говорили по-немецки. Грубая речь эхом разносилась над водой, пока Малахай с Авой замерли в темноте подобно статуям. Она намеренно медленно дышала. Внутренне собралась, чтобы не поддаваться панике. Даже рябь на воде выдаст их. Ава прижималась к Малахаю. Несмотря на бешено колотящееся сердце.

«Хорошая девочка. Если нам удастся тихо простоять…»

― Выключатель.

Малахай услышал возню на платформе, и цистерну залили рабочие лампы, свисающие с разных столбов.

«Проклятье».

Новые, более тяжёлые шаги раздались на металлической платформе. Остальные григори затихли.

― Я чувствую запах твоего страха, писец.

Низкий голос Браги не рокотал. Он вился и извивался в темноте, разыскивая,