Щит Империи. Часть первая - Лилия Быстрицкая

— Это хорошо. Хотя сейчас вы скорее пришли, чтобы спасти себя и свою драгоценную карьеру. Но, может быть, со временем у вас произойдёт переоценка ценностей. К чаю точно ничего не хотите?

— Нет, спасибо, не хочу.

— Как хотите. А какие у вас дальше планы, после получения Пятой Ступени?

— Не издевайтесь, хотя бы. — Вздохнул Андрей.

— Почему же издеваюсь? Я просто интересуюсь.

— Не будет никакой пятой ступени. Я уже мёртв, это дело какого-нибудь часа или двух. Посему я могу быть откровенным. Я мечтал жениться и завести детей. Уже даже особняк купил, правда, ремонт в нём делать надо, да и обстановки там никакой нет — нормальную мебель я так и не успел купить.

— Как интересно. То, что вы говорите — истинная правда, только вы ещё не решили, кого желаете видеть своей женой. Юную графиню Виолетту? Или нет, о ней вы забыли уже, перед вами маячит очаровательная инквизиторша Анжела. Какая неопределённость. Хотя, принятие решения — это дело времени.

— Может, хватит? Что за привычка глумиться? Или бессмертные и впрямь считают, что вправе распоряжаться жизнями смертных, и обращаться с ними, как с игрушками, как кошка с мышью? Проявите хоть каплю уважения, хотя бы потому, что у вас времени — немеренно, а я вряд ли покину этот дом живым, вы убьёте меня, как только вам надоест забавляться беседой со мной!

— Да кто же вас держит? Идите. — Развела руками Ольга.

— Я не уйду без Жени! Убивайте, не убивайте, делайте, что хотите, я пришёл сюда за ней, и покину этот дом только с ней или мёртвым.

— Это тоже дело времени. Всё равно нам от неё толку мало… а вы ей нравитесь… Где-то в глубине души.

— Ну, так отпустите её, раз она не нужна…

— Хотите, я вам ещё что-нибудь о ней расскажу, из личного?

— Нет, не хочу.

— Я так и подумала. — С улыбкой сказала Ольга.

— Нет, вы знали, что я отвечу именно так.

— И вы решили меня не удивлять, чтобы поскорее наскучить. А вы уже видели Императора?

— Нет. Это весьма загадочная личность. Впрочем, загадки на таких высотах меня пока не касаются.

— А я его видела, и не раз.

— И наверняка не одного — а шестерых или семерых — сколько их там на вашем веку сменилось…

— Можно и так сказать. — Снова улыбнулась она.

— Лидер Инквизиции выглядит гораздо убедительнее. Бог даровал ему бессмертие, Бог хранит его, слава Богу. А кто скрывается под маской Императора? Да мало ли кто…

— Никакого уважения у молодёжи, как я погляжу.

— Нет, я уважаю Императора, он управляет огромной страной, в которой всё на порядок лучше, чем на всём остальном материке. Но Император — фигура обезличенная, и, быть может, это совсем не тот человек, которого все считают Императором.

— А кто же он, по-вашему? — Лёгкая улыбка не сходила с её губ, его ответы казались ей забавными.

«Ну и потешайтесь. Мне всё равно, лишь бы Женю отпустили…». И Серов отвечал:

— Я не знаю. Разные люди обычно меняют русло правления — это многократно исторически подтверждённый факт. Меняют не потому, что им не нравились прежние порядки и устои, просто сам человек, вставший у руля власти — другой, не такой, как прежний правитель. У него другой характер, другая манера держаться, какие-то свои мысли и амбиции. И всё это незамедлительно отражается на состоянии страны. В Империи же почти всё стабильно — да, перемены при разных правителях были, но развитие не отклоняется от намеченного курса — нет резких скачков, развитие и расширение медленное, постепенное, будто направляемое уверенной, многоопытной рукой. Что, если все эти преемники Императора — не более, чем обычные политические куклы? А управляет ими всегда — один и тот же Кукловод?..

— Очень интересно. Но не верно.

— Это всего лишь предположение. Я не могу знать точно. Да и… мелкая я сошка, нечего мне соваться в большие политические игры…

— Неужели вы так и хотите остаться на этом уровне? Что-то не похоже…

— Не хочу. Но я трезво оцениваю свои возможности. Моей жизни не хватит, чтобы достигнуть тех высот, к которым я стремлюсь. Вы несколько раз намекнули, что не собираетесь убивать меня, и я всё же уйду отсюда живым. Тогда, быть может, я достигну Девятого Уровня и степени Архимага. Но к тому времени я начну стареть, и то, что интересует меня сейчас, к тому времени может перестать интересовать. Кроме того, я честно признаюсь — вы рискуете, отпуская меня. Я буду бороться с «Единой Империей», пока я жив…

— Жизнь — вечная борьба, так почему бы не посмотреть противнику в лицо.

— А это не ваш ли муж идёт сюда? — Спросил Андрей, невольно обратив взгляд на дверь. Аура приближающегося существа была притягательной и опять-таки знакомой. Как у Клевера, только гораздо мощнее. — Кажется, я скоро начисто лишусь способности удивляться…

— Да. Интересно, как он отреагирует на вас.

— Если мои предположения верны, и это ещё один сын Аристарха, то от меня, пожалуй, останется лишь горстка пепла…

За дверью послышались мягкие шаги. Дверь открылась, в комнату вошёл Вениамин, в одной руке у него была вешалка, вроде бы с платьем, которое скрывал чехол из белой материи. Метнул сердитый взгляд на Андрея, и следом за взглядом в него полетел сорвавшийся с ладони свободной руки, огромный огненный шар. Ольга мгновенно выбросила вперёд правую руку, остановив движение шара, и тут же поглотила его энергию. Андрей облегченно вздохнул.

— Вы всё никак не научитесь стучаться в эту дверь? — Обратилась она к вошедшему.

Вениамин положил вешалку на комод, и, уничтожающе глянув на Серова, отозвался:

— Тогда, когда Вы, наконец, перестанете принимать незваных гостей, сударыня…

— А кто Вам сказал, что они — незваные? Вы его и пригласили, правда, он сначала решил зайти ко мне.

— Да? — Глава «Единой Империи» пристально посмотрел на Андрея, и тот почувствовал, что его память снова читают, только вторгаясь в самое сокровенное гораздо более жестким и бесцеремонным образом. Сознание беспощадно взломали. Перед глазами Серова всплыли и замелькали воспоминания о разных событиях, в том числе тех, которые он предпочёл бы вообще забыть. Процедура была довольно болезненной, но Андрей предпочёл не сопротивляться — чтобы не усугублять своё положение и не задерживать процесс.

И минут через пять эта экзекуция, наконец, закончилась.

— О, какой забавный молодой наглец. — Насмешливо улыбнулся Вениамин. — Впрочем, немало повидал за свои жалкие двадцать лет. Потенциально опасный тип — с его способностями многого добился бы. А Вы видели, как искренне он ненавидит «Единую Империю» и наши идеи? Давненько я уже не наблюдал, чтоб у инквизиторов были столь яркие чувства. Система его еще не обработала, не сломала, а вот длительное общение с эльфами сказывается.