Обратный отсчет: Распад - Токацин

излучало всё, от энергоблоков до дронов-наблюдателей над постом охраны, и она непрерывно пульсировала, заставляя цифры на экране прыгать, а стрелку — метаться.

«Очень знакомая пульсация. Не нравится это мне. Надо предупредить их…»

Опустив руку с мерцающим запястьем, он быстро пошёл к проходной.

— Ликвида… — вскинулся было охранник, но, что-то вспомнив, сердито фыркнул. — Кет? Посторонним вход запрещён!

Гедимин качнул головой.

— Здесь пульсирует «сигма». По всей станции. Предупреди смену — это не к добру.

Охранник, растерянно мигнув, переглянулся с товарищами.

— Пуль… что?

Гедимин поднёс к окошку дозиметр и ткнул пальцем в мечущуюся стрелку. Сейчас, когда он вошёл на территорию станции, переменные источники «сигмы» окружили его со всех сторон, и указатель не знал уже, куда развернуться. «Не выдрало бы из корпуса,» — мелькнуло в голове сармата.

— Здесь фонит? — вскинулся другой охранник — соображал он быстрее, но в какую-то странную сторону. — Дай дозиметр! Да не этот, тот, что в руку…

Гедимин пару секунд смотрел, как трое сарматов ищут подходящий прибор. Ему было не по себе.

— Hasu! — вскрикнул охранник. Только что найденный дозиметр выпал из его руки и с треском свалился кому-то под ноги.

— Ну, теперь на списание, — флегматично заметил третий сармат, до сих пор молчавший. — А чего смотреть надо? Вон там, на рамке, должно быть видно, если что.

Он высунулся из окошка, высматривая что-то на рамке дозконтроля, и озадаченно мигнул.

— А что не так-то? Ничего тут не фонит.

Гедимин взглянул на свой дозиметр и мигнул вслед за охранником. Пульсация погасла. Стрелка, больше не раскачиваясь, уверенно указывала на главный корпус — оттуда «сигма» сочилась, растекаясь пятном на полгетто, и тут уже ничего было не сделать. Дозиметр показывал привычный, безопасный, ровный фон — как тысячи раз до этого.

— Чего ты хотел-то? — спросил в спину третий охранник, но Гедимин уже подошёл к воротам, и они открылись. Он задержался у станции ещё на пять минут, но «сигма» больше не вспыхнула — не осталось никаких следов, кроме записи дозиметрии.

«Кипящая „сигма“,» — сармат криво ухмыльнулся, оглянувшись на огни в вышине. «Как тогда, в „Гекате“… и много раз после. Тогда мы обходились поломкой лишнего датчика. Тут разрядку устроил разбитый дозиметр. Небольшая цена за три энергоблока… если только… если только этого люфта хватило…»

25 ноября 16 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

— А? Ну да, вижу… — Скегги слушал Гедимина вполуха, думая о чём-то своём, и на подсунутый под нос дозиметр едва взглянул. — На превышение по ЭСТ-частицам мы не выезжаем. Иджес, долго там ещё?

— Это, может, и не у нас поломка, — ввернул Вепуат, предусмотрительно держащийся от Иджеса подальше. Механик копался в телекомпе и ни на что не реагировал — ещё ночью штаб ликвидаторов остался без внешней связи, и ни один вызов не мог до него дойти. Гедимин скользнул по машине взглядом, убедился, что «железо» в порядке, и устроился за столом, не влезая в чужую работу.

— Может, информаторий сбоит. Или у макак на раздаче антенна упала, — продолжал рассуждать вслух Вепуат, благо никто, кроме Гедимина, его не слушал.

— Всё, контакт есть, — Иджес тяжело поднялся из-за стола, показал Вепуату кулак и сел рядом с Гедимином. Экран телекомпа тут же замигал и покрылся строчками сообщений. Скегги быстро посмотрел их, запустил печать и с усмешкой повернулся к открытой двери соседней комнаты.

— Эйлуэн, Сарда, подъём!

Иджес, начавший было что-то рассказывать, прервался на полуслове. Все сарматы разом повернулись к двери. «У филков первый рейд,» — подумал Гедимин, быстро вспомнив, что ни Эйлуэн, ни Сарда ещё не были на выездных заданиях. «Куда их отправят?»

— Берите разрядники, этого хватит, — сказал Скегги филкам, быстро высунувшимся из-за двери. — В Айви Спрингс проблема с безнадзорными собаками. Десяток крупных агрессивных особей в недострое на юге района. Отстрелять, проверить на ксенофауну, утилизировать. С населением в разговоры не вступать, в конфликты — тем более. Вопросы есть?

Филки, переглянувшись, потянулись за бластерами. Вепуат заёрзал на столе.

— Они вдвоём поедут? Первый же рейд… тем более — на улицах, где люди.

Скегги покосился на него.

— Хорошо. Выезжают четверо. Вепуат и Гедимин сопровождают отряд. Без необходимости не вмешиваются.

…Бронированному глайдеру не позволили подняться из нижнего яруса, и он медленно, от перекрёстка к перекрёстку, полз по улицам разросшегося города. Гедимина подмывало выглянуть в люк и посмотреть, как Айви Спрингс изменился с тех пор, когда был ободранным скалистым массивом с островками уцелевшего леса. Машину вёл Вепуат; двое филков тихо сидели в фургоне.

— Здесь, — объявил сармат, когда глайдер резко затормозил, разворачиваясь на ходу. — Все выходим. Нас, кажется, ждут.

Поперёк дороги лежала раскрашенная в чёрно-жёлтый балка. Дорожное полотно продолжалось и за ней, разветвляясь на будущие переулки и проезды. Поверх выбоин и трещин, оставленных строительной техникой, лежал снег. Слева виднелся неглубокий котлован с расходящимися от него желобами, справа поднимались два этажа начатой новостройки — поставленные друг на друга жилые модули. Вокруг громоздились присыпанные снегом плиты, частично огороженные свалки строительного мусора, уже заваленные сверху пёстрыми обёртками, грузовые контейнеры, крышки от них и мусорные баки без крышек. Поверх балки, «достраивая» баррикаду, кто-то натянул жёлтую ленту. Вместо предупреждающих знаков — «земляные работы» или «биологическая опасность» — на ней висел лист с крупными, по трафарету выписанными буквами: «ЖИВОДЁРЫ». За лентой стояли, низко надвинув капюшоны, шестеро горожан. Один из них держал под мышкой плакат со стилизованным изображением собачьей морды и подписью: «Просят о милосердии». У двоих карманы странно оттопыривались; Гедимин разглядел очертания слабомощных шокеров. Увидев сарматов, люди зашевелились, подходя ближе к ленте. Кто-то, наоборот, подался назад и наклонился к стопке плит, будто что-то высматривая. Гедимин краем глаза увидел отблеск арматурного прута и угрюмо сощурился.

— Активисты, — прошептал Вепуат, останавливаясь посреди дороги. — Ну, работы не будет…

— Откуда только узнали… — Гедимин поморщился.

— Они