Абсолютная Энциклопедия. Том 2 - Гордон Диксон

— Я слышал об этом, — опять бросил реплику человек в вязаном джемпере. — В это трудно поверить.

— Вам трудно поверить. Но позвольте вас спросить; неужели ваши первопроходцы, те, кто эмигрировал с Земли и основал первые поселения на Гармонии и Ассоциации, неужели они обладали меньшей верой, чем вы, сидящие здесь, и люди вашего поколения на обеих ваших планетах?

Вопрос Хэла вызвал дружный хор протестов.

— Конечно, большей! — заглушая всех, раздался сильный голос крупной женщины средних лет с блестящими черными глазами, сидящей через пять человек слева от Хэла.

— Ладно, допустим, — кивнул Хэл. — Людям свойственно помнить о предках только самое лучшее и забывать все, что может оскорбить их память. В таком случае позвольте задать вам еще один вопрос. Неужели вы считаете, что в свое время все, кто разделял принципы веры квакеров, покинули Землю и перебрались сюда? Разве не могло случиться так, что кто-то по самым разным причинам, начиная с отсутствия необходимых средств и кончая просто нежеланием расставаться с Землей, остался на старом месте, женился и обзавелся собственными детьми?

Все продолжали молчать, хотя он и дал им возможность высказаться.

— Таким образом, — мягко произнес он наконец, — нет оснований считать, что Землю покинули все, из кого потом могли бы вырасти дорсайцы. Или что на Мару и Культис перебрались все, кто мог бы положить начало цивилизации экзотов. Еще один, последний вопрос, прежде чем закрыть эту тему и перейти к нашим основным проблемам. До того как эти эмигранты прибыли на другие миры, было ли им свойственно нечто такое, от чего пришлось отказаться на новом месте?

Снова пауза и снова молчание в ответ.

— В таком случае резонно предположить, что нет, — продолжил он. — Что были истинно верующие мужчины и женщины еще до того, как появились Гармония и Ассоциация, что существовали храбрые и самоотверженные люди задолго до того, как возник Дорсай, и что люди мечтали о некоем этическом идеале и разрабатывали на его основе философские концепции, когда еще никто не имел ни малейшего представления о Маре или Культисе.

Он снова прервался, но на этот раз лишь на долю секунды.

— Короче, квакеры, и дорсайцы, и экзоты первоначально появились на Старой Земле, где до сих пор есть люди, подобные им, часть общего генофонда, давшего начало всей человеческой расе.

— Принято, — резко бросила Аталия со своего конца стола. — А теперь, как ты сам сказал, давай перейдем к основным вопросам, ради которых мы все здесь собрались.

— Хорошо, — сказал Хэл. — Важно только понимать то, ради чего все это делается, и ценность Рух для всех миров. А необходима она, потому что в ней сосредоточено все лучшее, что было создано вашей культурой. Вы должны гордиться ею, а не ревновать к другим мирам. Но давайте, как только что напомнила мне Аталия, перейдем к основным вопросам нашей встречи...

Он еще раз оглядел присутствующих и заметил, что выражение лиц, во всяком случае у некоторых из них, изменилось, перейдя от первоначальной тупой бесстрастности к задумчивости и даже некоей заинтересованности. «По крайней мере, — подумал он, — мне удалось увлечь хотя бы несколько человек из этой аудитории».

— Что касается того, каким образом мы освободим ее, — произнес он и заметил, как лица присутствующих вновь застыли, но на этот раз в напряженном внимании, — то здесь нашим главным козырем становится идея о принципиальной невозможности вызволения заключенного из Милицейского центра. Поскольку это означает, что милиция тоже непреложно верит в этот постулат, то им и в голову не придет мысль о возможной попытке освобождения. Нам это существенно облегчит задачу, поскольку для того, чтобы осуществить эту операцию, мы должны подготовиться к ней заранее, а убежденность милиции в неуязвимости своего Центра сыграет нам только на руку и усыпит их подозрительность. Мы, конечно, справились бы и так, но это стоило бы нам дополнительных усилий.

— Ты все еще ни слова не сказал нам о том, почему ты считаешь, что освобождение возможно, — сказал мужчина в вязаном джемпере.

— Оно возможно, — кивнул Хэл, — потому что, как я уже сказал, подобные операции проводились неоднократно и раньше. Необходимо только свести до минимума противодействие другой стороны, когда мы проникнем на территорию Центра, для того чтобы группа спасателей могла без труда справиться с ситуацией.

Худой мужчина лет пятидесяти с недовольным лицом, сидящий через три человека от Хэла, презрительно фыркнул:

— Прекрасно! Все, что нам надо, это только чудо!

— Нет, — ответил Хэл тем же спокойным тоном, которым начал сегодняшнюю встречу, — все, что нам надо, это четкий план.

Он посмотрел на Аталию в противоположном конце стола.

— Я узнал, что в казармах вашего Милицейского центра расквартированы четыре роты примерно по двести человек в каждой, плюс пара сотен чиновников и обслуживающего персонала. Таким образом, максимальная численность, с которой мы можем столкнуться, составляет не больше тысячи ста человек.

— Это много, — заметила женщина средних лет, которая так горячо протестовала против предположения о том, что у первых поселенцев Квакерских миров было меньше веры, чем у нынешних поколений.

— Да, на первый взгляд это кажется много, — сказал Хэл. — Но для города подобной величины на любой другой планете, за исключением Ассоциации, Дорсая и Экзотских миров, обычно требуется раза в три больше полиции. В данном случае нам опять повезло, что характер вашей культуры не требует больших полицейских сил.

— Очень мило, — усмехнулась женщина. — Возможно, это и комплимент, но нам от этого вызволять Рух будет не легче.

— А я считаю, легче, — возразил Хэл. — Потому что это означает, что для выполнения полицейских функций по обеспечению порядка в таком большом городе, как Арума, у местной милиции недостаточно людей. Это не имело особого значения до того, как появились Иные и население было дружественным. Но сейчас местное население — во всяком случае, если исходить из того, что я сам видел в тот день, когда Рух выступала на площади после диверсии на Кор Тэп, — дружественным никак уже не назовешь.

— Я все же не понимаю, чем это может нам помочь, — упорствовал мужчина в вязаном джемпере.

— Тише, Хавес, — сказала женщина. — Кажется, я понимаю. Ты намереваешься воспользоваться помощью населения города, не так ли, Хэл Мэйн?

Хэл кивнул:

— Совершенно верно. Я хочу оттянуть от Центра основные силы милиции и, когда там останется минимальный отряд, предпринять попытку освобождения Рух.

— Каким образом? — раздался голос Аталии с противоположного конца стола.