Страж Срединных миров - Николай Пронин

Первая тренировка прошла довольно весело и в тоже время бестолково. Если с мячом могли работать более или менее все, благо время для практики хоть и не много, но было, то активно и самое главное слаженно взаимодействовать на поле, с первого раза не получилось. Ребят носило по площадке с уровня на уровень, как угодно, но только не так, как они этого хотели. Игровое покрытие сыграло с командой злую шутку, подслащенную Ракхи. Животы надорвали все, а полноценной тренировки так и не получилось. Тяжелее всего приходилось Фенису и Гамилу. Их природная массивность и приличный вес создавали страшную инерцию при прыжках, с которой они не могли порой совладать, и ребят приходилось буквально ловить. У Ракхи и Эфрина дела шли лучше, но полноценного контроля своих действий они все же не имели, порой их уносило не слабее, чем скажем Гамила. Лучше всего работать на поле получалось у Дена. Иванову на первых порах пришлось трудновато, однако он быстро приспособился и смог относительно неплохо контролировать свои перемещения по игровому полю и работу с мячом. Тренировки с мастером Соразом и в Сером Храме не прошли даром. Вот такая вот получилась тренировочка. По ее итогам решили следующим образом распределить функции в команде. Фенис становился вратарем, так как ему было тяжелее всего перемещаться на поле, в тоже время его габариты и несомненная ловкость, без этого в горах не проживешь, были дополнительным плюсом в работе вратаря. Гамилу отводилась роль защитника. Он был полегче Фениса, но не столь гибок, все-таки сын кузнеца, поэтому первоначально его хотели поставить на ворота, но Фенис смог убедить остальных, что лучше пусть он будет вратарем. Так Гамил стал защитником. Иванов тоже считал, что роль разрушителя для него более подходящая, чем голкипера. Дениса, как самого подвижного, гибкого и ловкого сделали нападающим, выдвинув вперед, а Ракхи и Эфрин становились на фланги, в позицию полузащитников. Так дальше решили и тренироваться. Теперь раз в неделю им на два часа будет предоставляться игровое поле для регулярных тренировок, вплоть до начала официального турнира. По идее времени на сыгранность должно было хватить.

Денис вышел из портала на кафедре общей магии тьмы. Обежав взглядом портальную комнату, юноша увидел уже собравшихся вместе друзей и сразу же направился к ним. Сегодня у них по плану было практическое занятие по магии тьмы, от которого никто ничего хорошего не ждал. Ракхи каким-то образом удалось кое-что разузнать, как он это сделал, прохвост так и не рассказал, делая страшные глаза и ссылаясь, мол, клятвенно обещал никому не говорить, что их примерно ожидает. По полученной информации их сначала погоняют по темным заклинаниям, хорошо так погоняют, мало не покажется, а потом непременно устоят какую-нибудь каверзу, на это черные маги были те еще мастаки. На самом интересном месте информация заканчивалась. Как рассказывал Ракхи, что он таки не делал, как не юлил, но больше ему ничего узнать не удалось. В итоге, к практике все подготовились по полной программе. В первую очередь отдохнули, в том числе и Денис. Учитель Зарух настолько проникся важностью момента, что даже отменил ставшую привычной вечернюю тренировку, плавно переходящую в ночную.

Сейчас они занимались медитацией, служащей первой ступенькой для изучения и познания внутреннего мира. То, чему когда-то учил Иванова мастер-наставник Далин, который, кстати, что-то давно не появлялся, было совершенно другим. Тотемное искусство имело принципиальное отличие от магического — оно познавало и работало с внутренним миром человека. Дела с медитацией пока шли не очень. Юному дракону никак не удавалось отрешиться от магического восприятия собственно "я", учитель жирул его за это, только без толку. Ден постоянно скатывался либо на ментальное видение, либо на магическое, считая, что элементы драконьего огня приведут его к нужным для астрального взаимодействия каналам. Он ошибался. Затем Иванов пытался отталкиваться от связывающих его с тотемом уз — тот же результат. Зарух терпеливо подводил юношу к нужному состоянию, зная по себе, как это тяжело, а в случае с Денисом — еще тяжелей, ибо постоянное натаскивание по магии, работающей с внешними силами, существенно мешало перестроиться на внутренне восприятие. Тем не менее, перед практикой по тьме, учитель дал юноше отдохнуть.

Денис поздоровался с друзьями.

— Как, готовы?

Парни молча пожали плечами.

— Я собственно так же.

— Ничего, справимся, — уверенно сказал Эфрин. — Главное не растеряться и работать быстро.

— И экономно, — влез со своими комментариями Ракхи, — а то на сюрприз сил просто не останется.

— Это да, — не нашел что возразить Эфрин.

— А вот и остальные. — Гамил смотрел в сторону портальной арки.

Ден не стал оборачиваться, все и так было понятно — прибыли ароальцы. Друзья подобрались. Все правильно. С тех пор, как было принято решение больше не терпеть спесь графа и его прихлебателей, отношения в группе накалились до предела. Иномирцы все время старались держаться вместе, сопровождали постоянно сопротивляющегося землянина, и пока все обходилось без эксцессов. Хотя явные попытки нападения не предпринимались, друзья иногда замечали за собой пристальное внимание одногруппников, однако свалку они затевать не спешили. Видимо опасались серьезных последствий. Между тем сам Денис стал замечать, что простых ароальцев обстановка в группе и собственные поступки стали тяготить. Иванов отчетливо чувствовал это, сказывался детдомовский опыт. Да и бароны стали куда как сдержанней, их, судя по всему, тоже многое не устраивало и если бы не граф Ролен, все могло бы быстро наладиться. Сам граф чуть не кипел от ярости, но сделать пока ничего не мог. Самый простой способ — вызов на дуэль, для спесивого отпрыска императорской семьи был, не приемлем. Сам Денис подумывал о вызове Ролена, ибо чувствовал, что может победить, его мастерство росло день ото дня, а даже если и проиграет, по крайней мере, ощутит на собственной шкуре реальную силу и умения графа Заварзи. Узнав это, он непременно подберет ключик к будущей победе. Опозориться юноша не боялся, проигрыш в поединке для него всего лишь станет очередным уроком, это не банальное избиение. Однако он не спешил с вызовом Ролена на дуэль. Слова учителя Заруха, намеки мастера Сораза и самого ректора, наводили Иванова на мысль, что поведение графа, скорее всего, исключение из правил, чем норма для ароальской аристократии, ведь на других факультетах они тоже учились и неплохо ладили с иномирцами и другими расами. Видимо в семье Заварзи что-то такое произошло, озлобившее юного отпрыска. Ден хотел выяснить причину поведения Ролена. Ненависть ненавистью, но граф был его одногруппником, в будущем им придется вместе сражаться со страшным противником, сражаться на смерть, это куда важнее детских обид. Иванов не собирался пока прощать все, но и проучить Ролена следовало так, чтобы он, поняв свою ошибку, не озлобился еще больше. Иначе стражи могут потерять сильного боевого мага с отличным потенциалом к развитию. В этот момент юноша еще ничего не знал про кавены, которые с удовольствием приминали в свое лоно таких вот магов, озлобившихся и исключенных из Университета.