Зона желаний - Павел Шорников

Эриксон был готов к короткой стычке с солдатами у входа в ущелье и держал меч наготове, но тем сегодня явно везло. Пьяные, они спали вповалку у догоревшего костра. Это было очень кстати. Два конских прыжка — и темнота поглотила геян. Если аргуны сразу не догадаются рвануть к ущелью, тогда беглецов придется поискать. А шум погони уже был слышен.

У десантной капсулы Эриксон поднял коня на дыбы. Жан соскользнул на землю.

— Отлично, капитан! Я твой должник! Секунда — и Пол тоже оказался на земле.

— Сочтемся позже!

Он перерезал веревку, которой все еще были связаны руки командира десантников, вместе они быстро расседлали коня, и седло полетело в капсулу. Меч полетел туда же.

— Он жив? — кивнул Жан на аргуна, лежащего чуть в стороне. — Может, возьмем его с собой?

— Мертв, — коротко ответил капитан. — Ну,– потрепал он конское ухо, — спасибо за посильную помощь…

Конь фыркнул, мотнул головой.

Эриксон и Жан Браге запрыгнули в кабину, и как раз вовремя: из-за поворота показались всадники во главе с Чамингом.

Капсула взмыла вверх. Эриксон взглянул на терминал и успел заметить, что конь, вынесший их из лагеря аргунов, поскакал по ущелью в сторону океана.

Результаты вылазки за образцами оружия были неутешительными. Из девятнадцати капсул вернулось одиннадцать. Потери могли быть чувствительнее, если бы капитан не передал открытым текстом по общему каналу связи, что возможны засады. Но образцы всех мыслимых видов холодного оружия и амуниции все же были добыты. Состоялся своеобразный обмен — капсулы на мечи, копья и прочее…

Все оружие было передано Полонскому, который тут же улетел на Большой генератор. Вместе с ним Эриксон отправил сорок лучников. Нужно было отправить, конечно, больше, но геян, умевших владеть луком — спортивным луком, — оказалось всего сорок. Капитан предвидел следующий ход Чаминга: помешать закодировать оружие, отбить его образцы. Предположение оказалось верным. На восьми капсулах, доставшихся аргунам, в горы Тиба был выброшен десант. Геяне атаковали его из засады, неожиданно и дружно. В результате семь капсул опять перешло в руки людей Эриксона. Восьмую, пойдя на таран, уничтожил десантник Каедов… Полонский получил возможность спокойно закодировать все трофейное оружие.

Вечером капитан «Геи» прямо у себя во дворце смог удостовериться, что с заданием капитан «Прометея» справился на «отлично».

Эриксон стоял в центре большого зала, который слуги между собой именовали «тронным», и называл все коды оружия подряд.

За этой процедурой наблюдали Жан Браге, не только вполне пришедший в себя после ночного приключения, но и уже успевший поработать над созданием программ динамических стереотипов владения различными видами холодного оружия, и Александр Полонский.

У ног Эриксона постепенно вырастала целая гора из мечей — коротких и длинных, кривых и прямых; кинжалов — трехгранных, четырехгранных, обоюдоострых, зазубренных и нет; луков, стрел с наконечниками различной формы, копий, дротиков, шипованных железных перчаток, наручников и подколенников; щитов — больших и малых; кожаных, костяных и металлических наплечников и нагрудников, двусторонних и односторонних панцирей, всевозможных шлемов с забралами и без, украшенных перьями и короткой щетиной…

— Ну, мне все ясно, — сказал Эриксон. Он хлопнул в ладоши и приказал появившимся слугам убрать оружие. Приказание тут же было исполнено.

В большом пустом зале с каменным мозаичным полом, лепным потолком, большим терминалом на одной из стен и фресками на остальных остались только капитан «Геи», капитан «Прометея» и командир десантников.

— Сядем, — сказал Эриксон. Он произнес код, и возле него появилось удобное резное кресло.

Жан и Александр последовали его примеру. Еще несколько кодов — и появился стол, на столе — вазы с фруктами, серебряный кувшин с разбавленным вином и три золотых кубка, украшенных крупными драгоценными камнями.

Эриксон налил себе вина, сделал глоток и инициировал связь с одним из зондов-разведчиков, наблюдавших за аргунами. Тут же на терминале появились две колонны, сливавшиеся в одну большую. Заходящее солнце играло последними лучами на металлических деталях амуниции, лениво клубилась пыль, слышались ржание лошадей, женский смех и грязная солдатская ругань.

— Происходит то, что должно было произойти, — сказал Жан. — Они объединяются.

Эриксон инициировал связь с «мозгом» «Геи» и попросил дать на терминал карту местности, по которой шли аргуны.

— Вот смотрите. Четыре самых крупных колонны перешли горы и идут по равнине берегом океана. Но остальным пятнадцати колоннам горы еще только предстоит перейти! Смотрите на карту. Мы сделаем завалы в самых узких ущельях. Мы попытаемся похоронить под этими завалами все пятнадцать колонн. Таким образом, против нас будет всего лишь стотысячная армия. По аргуну на каждого из наших. Послезавтра утром мы дадим генеральное сражение вот здесь! Мимо этого места Чаминг пройти никак не сможет.

На терминале появилось широкое пространство, усеянное камнями, — кругом ни деревца, ни кустика. Только высоко на неприступных скалах, ограничивающих будущее поле битвы слева, начиналось плато, поросшее густым лесом. Справа, разбиваясь о рифы, плескался океан.

— Как же здесь воевать? — изумился Полонский. — Укрыться негде… Да и ноги переломаешь!

— Правильно, переломаешь! У аргунов сильная конница. По этому пункту мы проигрываем безоговорочно. На камнях они своей конницей воспользоваться не смогут. Мы лишаем их конницы одним верным выбором поля сражения. А насчет «негде укрыться» ты, Александр, совершенно прав. Укрыться негде! И Чаминг видит это, и ошибается! Есть! Есть отличное место, где ты прекрасно укроешься со своими людьми. Я приму лобовой удар, завяжу драку… Когда аргуны поверят, что от нас ждать больше нечего, по моему сигналу, не раньше, ты ударишь им в тыл!

— А мне что делать? — с обидой в голосе спросил Жан. — Прохладительные напитки разносить?

— Для тебя у меня будет особое задание…

Они совещались до поздней ночи, расписывая план сражения до мельчайших деталей. Когда не осталось ни одного неучтенного пустяка, Полонский и Жан Браге поднялись и, поклонившись, вышли из зала.

Перед тем как пойти к Белле, которая как всегда терпеливо ждала своего Великого джада, Эриксон принял ароматическую ванну и пропустил свое тело через бархатные «руки» робота-массажиста.

Белла в прозрачном пеньюаре, освещенная призрачным ночным светом, сидела у окна и смотрела на океан, игравший в таинственную игру с отражением Луны. Эриксон подошел к жене, которая при его появлении даже не шевельнулась, обнял за плечи.

— Заждалась? — Он нежно поцеловал ее в шею. — На Великого джада нельзя дуться.

После этих слов Белла запрокинула лицо, подставляя губы для поцелуя. Пол жадно припал к ним, подхватил жену на руки и отнес на постель — точную копию той постели, которая была в их доме на Алдане.

Горячее ароматное тело Беллы выскользнуло из прозрачной материи, тело Эриксона освободилось от купального халата. Началась великая борьба двух тел: мужского и женского. Руки Беллы скользили по плечам, спине и ягодицам мужа. Она металась на постели, повторяя: еще, еще, еще… Изредка выкрикивая еще одно певучее длинное слово. Эриксон слышал его каждый раз, когда Белла впадала в транс, переставая понимать, где она и что с ней происходит… Что значит это певучее длинное слово, Эриксон понял не сразу. И только совсем недавно он открыл для себя, ЧТО оно есть на самом деле. Слово, которое повторяла женщина, ставшая по воле рока второй Беллой… слово это было ключом к навигационным картам на «Прометее» — звездолете, принадлежавшем неизвестной Содружеству цивилизации. И в этих картах была отмечена точка во вселенной, абсолютные координаты которой Эриксону вычислить не представляло никакого труда. И точкой этой была планета Земля.

ГЛАВА 21

Где-то далеко послышался нарастающий гул, и через считанные секунды над лесом на бреющем полете пронеслись истребители-перехватчики. Михаил и Сергей невольно вжались в песок — все, что осталось от звездолета пришельцев.

— Сейчас накроют нас ракетами, — то ли пошутил, то ли всерьез сказал Сергей.

— Она жива! Сердце бьется! — Михаил прижал ухо к груди Златы. — Жива!

Самолеты пошли на разворот.

«А ведь могут дать залп», — пронеслось в голове Хранителя.

До капсулы метров двадцать, а еще нужно было полностью откопать девушку…

— Быстро! — крикнул Михаил и стал мощными гребками разбрасывать тяжелый, как свинец, песок.

Гул моторов нарастал.

— Тащим!

Михаил схватил Злату за одну руку, Сергей за другую. Они потянули сначала нежно, потом без церемоний, что было силы — и вытащили ее из песка.