Истинное зло - Грег Айлс

Внезапно все завершилось. Раск исчез из кадра, оставив секретаршу подтираться бумажными салфетками. Невилл заспешил, чтобы кончить раньше, чем она успеет удалиться.

Действительно, секретарша сразу ушла. Раск вернулся к столу, уже полностью одетый, сел за компьютер и взглянул на часы. Затем положил правую ладонь на «мышь», пощелкал клавишей и начал стучать по клавиатуре.

Невилл взглянул на монитор, передававший данные с лазерного луча. Он не удержался от смешка. Раск набирал число «пи» до девятого знака – забавный пароль. Берд несколько секунд вел запись, потом перекрутил ее назад и увеличил изображение монитора в кабинете адвоката. На экране появилось что-то вроде черной дыры или, выражаясь по-научному, «горизонта событий» вокруг ее мрачного провала. Он увидел заставку вчерашнего веб-портала: «Ex nihilo».

– Есть! – воскликнул Невилл.

Вчера он уже видел тот же сайт, но сегодня ему требовалось подтверждение. Эндрю Раск перешел на следующий уровень безопасности и набрал пароль, удостоверявший его личность. Это был ключ к тому механизму, который Раск создал для собственной защиты. Доктор Тарвер просил отмечать повторяющиеся действия клиента, особенно те, что связаны с компьютером. Берда так и подмывало самому зайти в «Ex nihilo» и посмотреть, что там хранится, но Тарвер требовал немедленно сообщать ему новости. Набирая его номер, Невилл боролся с искушением увеличить цену. В конце концов, все козыри у него на руках. Что он потеряет? Тарвер – лишь жалкий ветеринар. Хотя… он знает про лазерный луч. Обычно доктора не в курсе таких вещей. Значит, он не обычный врач. Может, связан с военными или с разведкой.

«Нет уж, – подумал Невилл. – Лучше возьму деньги и смоюсь. Он и так заплатит мне двойную таксу».

Элдон Тарвер сидел в своем кабинете в университетском медицинском центре и смотрел на лежавшую перед ним стопку бумаг. Ассистент только что передал ему свежие данные по анализам in vitro, и доктор видел, что в них, как и в любых других чисто лабораторных опытах, зияют огромные пробелы. Но сейчас Тарвера волновало не это. Он размышлял над своим следующим шагом. Раск прислал ему уже несколько мнимых реклам виагры – условный знак, после него им следовало встретиться в загородном клубе «Аннандейл». Однако Элдон туда не поехал. В охотничий лагерь Чикамагуа он тоже пока не собирался, хотя серебристая фольга уже два дня красноречиво сверкала в угловом окне здания.

Тарвер с усмешкой представил, как Раск торчит под палящим солнцем в Чикамагуа и ждет человека, а тот даже не думает с ним встречаться. Наверное, адвокат вне себя от ярости, потому что боится упустить нового клиента, о котором столько говорил. Раск живет ради денег – точнее, ради того общественного статуса, который, как он полагает, они ему дают. Чтобы добиться этой цели, он пойдет на все. Даже сейчас, когда ситуация становится все более рискованной, его беспокоит лишь прибыль.

Но Тарвер знал, что прибыли не будет.

Их сотрудничество – в прошлом. Инъекция Шепарду поставила в нем жирную точку. Разумеется, Элдон предпочел бы потянуть еще пару лет, но какой смысл жалеть о невозможном? Надо заканчивать этот этап и двигаться дальше. Тарвер успел прикрыть свою частную лабораторию. Собачий питомник можно продать в любой момент. Остается лишь одна проблема.

Сам Раск.

Еще пять лет назад Тарвер и адвокат составили совместный план бегства, осуществив который, они могли бы тихо и безбедно жить за пределами Соединенных Штатов. В нем был только один недостаток – ни тому, ни другому не хотелось уезжать из страны. Райские времена тропических оазисов где-нибудь в Коста-Рике или на Тенерифе давно канули в прошлое. Все эти годы дипломаты затыкали малейшие лазейки для каждого, кто мечтал удрать в теплые края от полиции или налоговой инспекции. Мечты Раска о холодных «Маргаритах» и любвеобильных сеньорах очень скоро развеялись как дым. Разумеется, в мире оставались места, которые не выдавали преступников Дяде Сэму, – какие-нибудь Богом забытые уголки вроде Мали, Бурунди или Чада, – но если вы хотели провернуть действительно выгодное дельце и при этом благополучно провести остаток жизни, вам следовало проявить творческий подход.

Используя старые связи с разведкой, Тарвер разработал уникальный способ бегства, от которого его напарник пришел в восторг. Но то, что годилось для сутяги-адвоката, не подходило для серьезного ученого. Элдон вовсе не собирался тратить заработанные деньги на удовольствия и развлечения. Он намеревался продолжить исследовательскую работу, причем не где-нибудь, а в Соединенных Штатах. В конце концов, большинство его подопытных жили именно тут. Кроме того, после пяти лет знакомства с Эндрю Раском доктору меньше всего хотелось проводить время в его обществе. Люди вроде Раска буквально притягивали к себе несчастья. Тарвер так и видел, как адвокат сидит за стойкой бара с бокалом виски и хвалится какому-нибудь проворовавшемуся чиновнику, что многие знаменитости платили ему бешеные деньги за убийство их жен. Нет уж, спасибо.

Ирония заключалась в том, что у Элдона никогда не было недостатка в желающих дать ему убежище. Всегда находились страны, готовые платить за его работу. Некоторые из этих предложений звучали очень соблазнительно. Огромные ресурсы, никакого вмешательства со стороны правительства – наоборот, все будут счастливы оказать ему всемерную поддержку. Вам нужны шимпанзе? Пожалуйста. Гориллы? Сколько угодно. Единственная проблема заключалась в том, что Элдон был патриотом. Он не желал работать на кого попало.

Доктор помнил года, когда в Америке был иной научный климат. В те золотые деньки военные, политики и бизнесмены трудились рука об руку. И это время еще вернется, дайте только срок. Потому что война длится вечно. Она может затихать и разгораться снова, но от нее никуда не деться. И это настоящая война, а не какие-нибудь там локальные конфликты вроде Ирака или Афганистана. Тотальная война, она приходит в каждый дом и заставляет даже сопляков-либералов браться за оружие и вставать на защиту собственной семьи. Когда эта мысль дойдет до всех, в стране снова наступит прекрасный климат для его работы.

Эдвард Биддл – вот кто хорошо помнил то золотое время. Тем более что воспоминаниями он не ограничивался. Биддл неустанно готовился к новым испытаниям. Именно с ним в те годы, когда Биддл служил еще майором, доктор Тарвер сотрудничал в проекте «ВРП». Майор координировал связи между армией, промышленными корпорациями и научными кругами. Позже, когда работа была уже свернута, он дослужился до чина генерала. Выйдя в отставку, Биддл поступил на службу в «Трансгенную компанию» – одно из многочисленных ответвлений «Литтон биомедикл», головного предприятия, отвечавшего за финансирование проекта «ВРП».

Пять лет Тарвер и Биддл работали не покладая рук. Им удалось достичь почти невероятных результатов, особенно если учесть факт, что технологии в то время были совсем не те. Идей у них, конечно, хватало, но вот реализовать их при тогдашнем уровне развития науки часто оказывалось невозможно. Секвенирование генома человека в 1969 году являлось несбыточной мечтой. Даже в 1974 году, когда правительство свернуло проект, до его расшифровки оставалось еще четверть века. И все же… они добились очень многого.

Доктор Тарвер взглянул на свою «доску почета», где среди прочих снимков висело фото, запечатлевшее их с Биддлом. Майор в военной форме, Элдон – в белом халате с надписью «ВРП» на груди. На заднем плане виднелись корпуса лабораторий в Форт-Детрик, штат Мэриленд. Сначала проект считался чисто академическим, но вскоре все исследования переместились в Детрик. Только там им могли обеспечить достаточный уровень безопасности.

На том же снимке рядом с ними стояла женщина, длинноногая блондинка Вик. В Детрике она представляла корпорацию «Беринг» – в те годы это было необычно. У нее имелись две ученых степени – по микробиологии и статистическому анализу. Элдон пытался приударять за ней, пока не выяснил, что она уже спит с Биддлом. Для него это оказалось шоком. Хотя он мог бы сразу догадаться, что к чему. Вик нравилась власть, а у Биддла ее хватало. Вик тоже была сильным человеком, только по-своему. Она излучала уверенность, ее взгляд горел энергией, а лицо выражало радостное удовлетворение от того, что она попала в нужное время и в нужное место, к тому же в компанию мужчин, которые только и мечтали затащить ее в постель.

Элдон вздрогнул, услышав свой мобильник. Он несколько секунд смотрел на фото, затем взглянул на дисплей и ответил:

– Доктор Тарвер.

– Это Невилл Берд, док.

– Да?

– Я нашел, сэр. То есть мне так кажется.

– Что именно?

– Защиту Раска. Вот уже два дня подряд ближе к вечеру он заходит на один сайт и набирает несколько паролей.

У Тарвера заколотилось сердце.