Зависть - Анна Годберзен

Пожилая женщина окинула взглядом коридор. Она, очевидно, нервничала и поэтому вытирала потные ладони о платье.

– Не думаю, что миссис Тилт обрадуется вашему визиту.

– О, мне совершенно всё равно, – рассмеялась Каролина. – Я же не к ней пришла. Мистер Ригли здесь?

– Да, но…

– Хорошо. – Каролина протиснулась мимо женщины в переднюю, немного повернувшись, чтобы взмахнуть длинной сиреневой юбкой, отразившей льющийся с потолка электрический свет. – Где они?

Домоправительница уставилась на свои руки.

– В гостиной первого этажа.

– Ах да.

Каролина вошла в комнату, не снимая пальто. Её лицо торжествующе сияло. Она отлично знала, как положительно влияет на её внешность чувство победы, и поэтому остановилась в дверях, чтобы миссис Тилт и Тристан смогли в полной мере оценить момент её триумфа. В эту секунду она окончательно убедилась в собственном величии и совершенно без труда воспользовалась одной из уловок, к которым светские дамы прибегали на каждом шагу, а она не могла постичь до этого вечера. Её расчет был безупречен.

– Я же приказала вам никогда сюда не возвращаться, – наконец выдавила из себя миссис Тилт, и, хотя она изо всех сил старалась, чтобы голос прозвучал холодно, лёгкая дрожь немного растопила ледяной тон. Сидящий рядом с ней в обтянутом красно-белой обивкой кресле Тристан впервые за время их знакомства казался смущенным. Глаз Каролины радовали его чёрный пиджак и жилет, а также светлые волосы, уложенные несколько аккуратнее, нежели обычно.

– Правда? Поскольку у меня нет никакого желания возвращаться сюда, наверное, я удовлетворю вашу просьбу. – Каролина беззаботно прислонилась к дверному косяку. – Тристан, – продолжила она грудным голосом, окончательно лишив своего внимания миссис Тилт, – пойдемте со мной.

Ножки стула Тристана заскрипели, когда он неловко заерзал, но молодой человек не встал.

– Мы с миссис Тилт собирались отправиться на ужин в «Уолдорф». Как раз начали вечер с коктейлей, а затем…

– Чушь. Вы поужинаете со мной в «Шерриз». Видите ли, – улыбнулась своей фирменной улыбкой Каролина, – я только что унаследовала огромное состояние, исчисляемое цифрой, до которой, думаю, ваша миссис Тилт не сумеет даже досчитать, и хочу отпраздновать это событие.

После этих слов сомнения Тристана исчезли. Он подошёл к Каролине, даже не извинившись перед леди с Запада, и они, не прощаясь, покинули гостиную. Каролина решила в последний раз оглянуться на миссис Тилт. Наследница Лонгхорна дорого бы дала за то, чтобы лицезреть ту смесь уязвленной гордости и возмущения, с какой смотрела в спины уходящим её бывшая хозяйка. Но так вышло, что этим зрелищем она смогла насладиться совершенно бесплатно.

– Завтра это будет во всех газетах! – крикнула Каролина через плечо.

Тристан помог ей забраться в экипаж, и пока они ехали по запруженным улицам центра города, Каролина поняла, что внезапно исчерпала запас тем для разговора. Её рассказ был слишком длинным, чтобы даже начинать повествование, а в этот вечер ей хотелось только праздника. Её старинный друг, продавец универмага «Лорд энд Тейлор», составлял отличную компанию для подобного вечера – но не более, как Каролина поняла за прошедшие несколько месяцев. Хотя он оказался весьма полезен, когда пришла пора указать миссис Тилт на её место. Каролина, несомненно, предпочла бы общество Лиланда, но днем прочла в газете, что он находится на корабле где-то посреди Атлантического океана, поэтому смирилась с тем, что возобновления их романа придется ждать ещё несколько месяцев. А теперь дождь очистил воздух, она была одета по-королевски, а её спутник – кем бы он ни был – выглядел весьма симпатично. Как и всё остальное, вечер только начинался.

Глава 44

Не только одна молодая жена из высшего общества носит ребенка, хотя я пока не вправе говорить, от кого он…

«Городская болтовня», пятница, 2 марта 1900 года

В камине потрескивали ветки, и Элизабет подняла глаза, чтобы встретиться взглядом с матерью. Ни одна из них не моргнула, и они долгую минуту не отводили глаз. Снаружи, после нескольких часов ясной погоды, снова шёл дождь, а Диана всё ещё спала наверху, несмотря на приближающийся вечер. Эдит выглядела полумертвой и не могла выдавить ни слова о вчерашнем приеме у Хейзов. Запас тем для разговора иссяк, и теперь старшей мисс Холланд не оставалось больше ничего, кроме как пытаться согреться у огня под уничижительным взглядом матери. Элизабет немного нервничала из-за неопределенности своего будущего, но теперь у неё был тот, кого надо было защищать, и от этого страх уменьшился.

– Миссис Холланд, – обратилась к хозяйке Клэр, войдя в раздвижную дверь. Тени серого дня играли на молочно-бледном лице служанки.

Эдит заворчала и прикрыла глаза:

– Ради бога, помните о моей головной боли и ведите себя немного потише, – пробормотала она, хотя Клэр и так говорила очень тихим голосом.

– Простите, – прошептала Клэр. Поскольку миссис Холланд упорно не отводила взгляда от камина, горничная посмотрела на Элизабет, которая кивнула ей, разрешая продолжить. – Пришёл гость.

– Кто же? Мы не расположены никого принимать, – резко откликнулась миссис Холланд. Эдит застонала, но снова упоминать о своей головной боли не стала.

– Мистер Кэрнс.

– Ах! – Выражение лица пожилой леди изменилось. – Проводи же его.

Элизабет выпрямилась, когда Сноуден вошёл в комнату. Она была так поглощена собственными заботами, что даже не заметила отсутствия гостя после возвращения из Флориды, но всё равно его крупное лицо и выгоревшие добела волосы казались ей почти незнакомыми. При мысли об этом Элизабет почувствовала себя гадко, потому что Сноуден столько всего сделал для её семьи, и, чтобы исправить оплошность, она широко улыбнулась гостю.

– Миссис Холланд, мисс Холланд, мисс Элизабет, – поклонился он.

– Как замечательно, что вы вернулись в город, – сказала миссис Холланд, вставая со стула. Она выглядела немного менее взволнованной, и Элизабет была благодарна Сноудену за это. Бывший компаньон её отца обладал способностью появляться именно тогда, когда семья отчаянно нуждалась в помощи, заметила Элизабет, чувствуя, что он уже не кажется ей настолько чужим. – Я не была уверена, что вы вернетесь.

– Да, и я собираюсь ненадолго задержаться. Я знаю, насколько гостеприимна ваша семья, но мне не хотелось беспокоить вас, пока я не устроюсь в городе. Я снял квартиру в парке в Довере. Конечно, она не столь очаровательна, как ваш дом, но для такого человека, как я, сгодится. – Его взгляд был прикован к Элизабет, которая обратила взор на мать, в свою очередь изучающую Сноудена. – Я получил вашу телеграмму, – добавил он, обращаясь, как поняла Элизабет, к миссис Холланд, хотя по-прежнему смотрел на дочь пожилой леди.