Шанакарт 2. Корона Сумрака - Белая Лилия Альшер

Скупо и ответственно. Мог ли он знать, что девочка вырастет в последнюю ниточку к нему? Конечно, нет. Никто бы даже не предположил. Но она ею стала. И привела сюда. Что бы сделал отец дальше?

Наследник посмотрел на единственный сохранившийся столб на бывшем въезде в Саю. Конница появилась оттуда. Они не задержались бы в деревне до темноты: слишком мало места для такого количества демонов. Наверняка, разбили лагерь в поле. Шейлирриан обернулся: знакомые, надоевшие пейзажи текли зелёно-жёлтыми полями до самого горизонта, где темнела полоска леса. Карты того времени говорят, что раньше там было ещё одно мелкое селение. А затем - Гиблые леса, как чёрная гниющая опухоль на теле Материка. Окраина Ольреды. Эль-Ризар не стал бы лишний раз рисковать жизнями подданных, и арши запасли бы весь световой день для прогулки по лесам.

Но, в то же время, до замка Алессано два дня обычной конной езды, обратно - тоже. Или чуть меньше, если Шелару сопровождали на даркинтах но не очень спешили, чтобы не привлекать внимания. В любом случае, путь занял минимум два-три дня, а офицер и Тисса пропали вместе с Императором. Значит, они успели вернуться.

Шейлирриан встал во весь рост и сунул руки в карманы брюк, чего за ним раньше не водилось. Ветер ласково прильнул к спине, гладя невесомыми ладонями по муслину рубашки и шаловливо раздувая светлые медовые волосы.

Впереди только Мертвенные болота. Другой цели у них быть не могло. Если Эль-Ризар решил уничтожить нежить в зародыше, в топях, то действовал бы так, как предложил Альшер: начал бы с юга и шёл бы на север вдоль лесополосы. Арши ехали с северо-востока, понятно, почему Сая оказалась на их пути. Он ехал на юг!

Наследника вдруг захватило приятное, расслабляющее чувство. Как будто он нашёл решение задачи, которая слишком долго не давалась ему.

- Здесь ничего нет, я осмотрела каждый дом, - Айшариль подошла со спины, её шаги были легки и неслышны, выдавало её только тихое позвякивание браслетов и цепочек на жилете, которые трепал ветер. - Во всей этой земле магии меньше, чем в моих серёжках!

- Я знаю, - Шейлирриан прищурился. - Я чувствую.

- И что дальше? Ты так и не сказал, что мы будем делать, если ничего не найдём здесь.

Он расслабленно пожал плечами:

- Поедем на юг.

Айшариль сделала ещё несколько шагов и встала прямо перед ним.

- А что на юге?

Он улыбнулся:

- Ещё не знаю. Вот, и посмотрим.

- Почему ты не хочешь рассказать мне свой план? Я еду за тобой вслепую.

- Ты мне не доверяешь? - насмешливо ахнул Шейлирриан, широко распахивая разъяснившиеся, серо-зелёные, почти аквамариновые, глаза. В них больше не осталось эльфийской туманности и задумчивости, их наполняла Стихия.

Айшариль замерла и жадно смотрела на него, тревожно изучая внезапные и столь кардинальные изменения в его внешности. Это не морок… Она чувствовала кожей и нутром, что теперь Шейлирриан - совсем иной. Совсем! Это уже не смутные подозрения, что между ними вырастает пропасть отчуждения, терзавшие её всё это время с появления Шелары, не ревность меркантильной любовницы, на которую стали обращать меньше внимания и меньше делятся мыслями. Она просто не? зна?ет демона, стоящего перед ней с растрёпанными Ветром волосами и чуткой уверенностью в глазах, позе, манерах… Управляемого и нерешительного Принца-книгочея больше нет, его тело занял кто-то другой. И этому ‘другому’ она - никто.

- Скажи мне, что задумал, и я, возможно, буду больше полезна, - попыталась улыбнуться советница, продолжая играть свою устаревшую роль.

- Больше полезна кому? - он понимающе улыбнулся, наклоняя голову к плечу.

- Что?

- Кому ты будешь больше полезна, Айша? Отцу, который приказал убить Шелару? Или, может, он приказал убить меня, раз эльфы всё-таки работают по его наводкам?

Айшариль затравленно обернулась… Она как никогда остро ощутила, что на много миль вокруг нет ни одной живой души…

Белые Холмы… Удивительно красивое место. Уютные бархатные низины плавно переходили в неровные, живописные возвышенности, окутанные дымками белёсых трав, которые и дали название этому месту. Как красиво, когда встающее или, наоборот, заходящее солнце касается их вершин тёплыми лучами. Как красиво, когда снег укутывает их одеялом из нежнейшего пуха. Как красиво осенью облетает золотая листва с редких деревьев, кружит над низинами, захваченная ветром. А весной здесь белыми кружевами цветут плодовые деревья, а потом метут ароматные метели из лепестков. На одном из холмов, в плотном кольце полудикого парка, высился несуразный и массивный серый замок с башнями и паутиной строительных лесов. По дороге к нему были хаотично разбросаны домики, похожие на игрушечные и на спичечные - это город. От стены и замковых укреплений осталась только память и серые валуны, лежащие слишком ровным округлым силуэтом, чтобы быть природным явлением.

До Алессано оставалось всего ничего…

Эженталль увидел его приближение издалека. Белоснежный вихрь несся с востока им наперерез, отсвечивая в солнечных лучах, как дрейфующий в Океане айсберг. Красиво, безумно красиво. Альшер всегда любил эффектные появления. Князь придержал даркинта, Риша плавно замедлил бег и остановился, разворачиваясь в сторону приближающегося всадника. Алый остановился рядом, приложил ладонь козырьком ко лбу.

- Мне кажется, или он действительно в очередном бриллиантовом кафтане? - пробормотал Эженталль, ни к кому не обращаясь.

- Смерть Шелары - это торжественное мероприятие! - бессовестно хохотнул Дейриан.

- Она ещё жива. И надеюсь, такой и останется. Иначе, зачем я потратил столько Сил? Мог бы просто…

- Эжен!

Альшер резко дёрнул удила, Ильрис заржал и встал на дыбы, затем грузно опустил тяжёлые копыта на землю, отфыркиваясь. Порыв ветра лёдяным морозным духом обдал Тианшеля и Алого. Дейриан поморщился и стряхнул с чёрной куртки несуществующие снежинки.

- Она жива, Риан, - сразу обозначил Тианшель, приподнимая бесчувственную девушку на своих руках. Её лицо было так безмятежно и бело, будто она была выточена из чистейшего воска. - Я погрузил её в сохраняющий сон, она в том же состоянии, в каком заснула.

- Отдай мне, - Альшерриан протянул руки,