Монополия на чудеса - Влад Силин

Аснатар до разговора с нами не снизошел. Он пытался зарыться в землю, завывая:

– Друдж! Друдж грядет!

Я присел на корточки и потряс его за плечо:

– Не дурите, отче. Ваши братья напали без предупреждения, у меня не было выбора. Да Прекратите же выть, наконец! Где Иштван?!

– В-в-ва, ба-ба-башне!

– В башне?

– Друдж!! Армия дру-уджа!!!

Я окончательно потерял терпение. Каюсь, бить священнослужителя нехорошо, но как еще прекратить истерику? От пощечины голова аснатара откинулась.

– Придите в себя, отче! Где вы видите друдж?

Он сел и с остекленелыми глазами показал мне за спину:

– Там.

Света оглянулась.

– Ой… – краска отхлынула с ее лица. – Реш, смотри.

Со стороны парка кипящей волной надвигалась армия тьмы. Все – и чистые, и грязные – как один поднялись, чтобы убить нас.

– К башне безмолвия, – дрожащим голосом приказал аснатар. – Бегите, дети мои, я спасу вас! В вас и на золотник не наберется столько друджа, что в этих!

С трудом поднявшись, он двинулся навстречу мертвецам.

– Сдохните, твари Аримана! – донесся до нас боевой клич. – Семпер друдге перкутиатур!

За деревьями смутно чернел силуэт башни безмолвия – наша последняя надежда. Мы мчались со всех ног, стремясь оторваться от преследователей. Крики и рев зомби наполняли парк, отдаваясь в ногах вяжущей слабостью.

Конечно, стучало в висках, Тепех вряд ли занимался некромантией дома: занятие опасное, да и грязное. Зачем бы ему? Жену тревожить, то, се… А в башне молчания, куда перед погребением свозят мертвецов, сам бог велел. Там-то у него и лаборатория.

А раз инквизиторы так отчаянно защищали дорогу к башне, значит, и Иштван там.

И Юрий, если он еще жив.

От бега ночная фурия совсем выбилась из сил. Ноги ее заплетались, дыхание сбилось. Но вид ступенек, ведущих в башню, открыл второе дыхание. Последний рывок – и мы взлетели по лестнице к заветной двери. Дзайана без сил рухнула на пороге.

– Я… больше… не могу!..

– Ничего, ничего. Дальше передвигаемся только церемониальным шагом. Обещаю!

Я торжественно потянул ручку.

Дверь не шелохнулась.

– Может, от себя? – с надеждой предложила Света.

– Пробовал, она банально заперта. Похоже, Иштван не хочет нас видеть.

Я оглянулся. Меж деревьями уже маячили опасные тени; аснатару не удалось надолго задержать наших преследователей. Каких-то несколько минут – и они окажутся здесь.

– Ну вот. – Я вытащил меч. – Раз теория вероятностей против нас, совершим что-нибудь невероятное.

– Ты будешь с ними сражаться?! Со всеми?!

– Почему бы и нет? Тут же все просто: бьешь первых, остальные пугаются и убегают.

– Реш! Мертвые ничего не боятся!

– Это потому что они еще не все в жизни видели.

На Светиных щеках вспыхнул румянец. Как мало порой людям бывает нужно для душевного спокойствия!

– Знаешь, – сказала она, вглядываясь в нападающих, – я могу отчитать «Марш экзорцистов». Вот только что потом со мной будет…

– Так, давай без фанатизма. Оставим это на крайний случай.

– Ладно.

Света облизала губы:

– Реш… Ты это… Если что – рубани меня, чтобы им не досталась, хорошо?

– Обещаю, солнце.

Я перебросил клинок в ин-но камае. Очень уютная стойка: такая домашняя, мурлычащая. Противостоять обученному мечнику я вряд ли смогу, но на нас нападает всего лишь толпа плохо вооруженных мертвецов. А на клинке – руны против мертвых.

Так что все складывается очень даже замечательно!

Пока я прикидывал, не спуститься ли к подножию лестницы, чтобы изрубить самых смелых и быстрых, на бетон выскочила заплесневелая крыса. Оглядевшись, она порскнула вниз по лестнице.

Дзайана тихонечко и как бы для пробы взвизгнула.

Из пустоты снегом повалили густые хлопья плесени. Их я отлично помнил еще по домику Литницкого.

– Ой, – прошептала дзайана. – Что это?!

– Кто-то ломится сюда из Истени, – равнодушно сообщил я. – Ну-ка, отойди.

С мечом на изготовку я стал возле двери. Кто бы там ни шел, ему не поздоровится. Дзайана же лихорадочно перерывала сумочку.

– Есть! Вот они! – крикнула наша фурия, выхватила блестящий пакетик и рванула его зубами. – Теперь держись!

Когда леденцы запрыгали по бетону, воздух завибрировал. В клубах зеленого дыма из пустоты вывалилась жуткая рожа с хоботом и круглыми глазами.

Я качнулся вперед, нанося удар. В последний миг, когда лезвие почти разрубило чудовище, рожа исчезла.

Не веря своим глазам, я шагнул в дымовую завесу.

– Реш, не поскользнись! – отчаянно крикнула дзайана. Очень вовремя: леденец скрипнул под кроссовкой, и ноги разъехались в стороны. Чтобы не упасть, я отскочил назад и схватился за перила.

Дым рассеялся. На полу лежал человек – в военной форме, с тяжеленным ранцем за спиной. Во все стороны торчали стволы оружия: автомат, гранатомет, я даже разглядел нечто вроде футуристического бластера.

Ну Светка, ну ниндзя!.. Кому-то ее уловка с леденцами только что спасла жизнь.

Застонав, гость сел. Стянул с лица дыхательную маску (это ее я принял за хобот) и с кашлем схватился за грудь.

– Лешик?! – испуганно пискнула дзайана. – Но как… откуда ты здесь?!

Парень поднял мученический взгляд:

– Господи, как ты мне надоела… Когда ж ты, наконец, от меня отвяжешься?!

На Свету жалко было смотреть.

– Леш, прости! – жалобно сказала она. – Я на тебя приворот навела… Но, Леш, я же как лучше хотела!

Парень скривился, словно от зубной боли:

– Дура! Видеть тебя не могу!

Я деликатно кашлянул. Толпа мертвецов все приближалась; от подножия лестницы их отделяли считаные метры.

– Ребята, – попросил я, – кончаем Санта-Барбару, не время. – И повернулся к парню: – Леш, вопрос жизни и смерти. Нам очень хочется туда. – Я показал на запертую дверь. – Тебе, наверное, тоже.

– Не вопрос. Но чтобы я потом эту идиотку не видел!

– Сам козел! Нужен ты мне больно!

– Брэк! Ямэ!

Я поймал дзайану, когда та бросилась выцарапывать парню глаза. Светка пищала, билась, и, наконец, пнула парня в лодыжку.

– Веди быстрее! – крикнул я ему. – Я не удержу долго!

Алексей кивнул. Башня оплыла утренней свечой; стены оделись копотью, и арматура, натужно скрипя, повыпрыгивала из бетонных плит. Где-то бушевало пламя; отблески огня превращали нашего проводника в арлекина.

– Ну, парень! – Я восхищенно огляделся. – И ты об этом всю жизнь мечтал? Силен!

– Болтай поменьше! – рявкнул тот и с невероятной быстротой сорвал с плеча штуцер. Эхо от залпа раскатилось среди изломанных стен. Откуда-то сверху рухнула тварь, удивительно похожая на чупакабраса.

А зверюшки эти, оказывается, по всей Истени водятся!.. И у Артема, и вон у Леши. Будь я магом, написал бы по этому поводу замечательную диссертацию. Мне мигом присвоили бы знатока, а то и мастера дзайанов. А там, глядишь, и до гранда недалеко…

Эх, накрылась моя мажеска карьера!

– Вам сюда. – Ствол штуцера указал на почерневшую от огня арку. – Здесь вы в безопасности. А теперь проваливайте!

– Спасибо, друг! – с чувством поблагодарил я.

Из пролома в стене выглянуло жирное чудовище с шестиствольными пулеметами вместо рук. Пулеметы закрутились, готовясь разнести нас в клочья, но тут плесенная метель вымела нас обратно.

В наш такой родной, уютный мир.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

(Суббота, чуть позже,

рассказывает Игорь Колесничий)

Оказавшись с той стороны запертой двери, мы некоторое время стояли, не двигаясь. Трудно было поверить, что все кошмары позади… Где-то тикали часы. Дремотный уют обволакивал нас.

– Все, солнце, отдых. Пошли присядем!

Мы плюхнулись на жуткого вида клеенчатую тахту (наплевав на то, кто или что отдыхало там до нас) и блаженно вытянули ноги.

– Шоколадку хочешь? – спросил я у дзайаны.

Она помотала головой и тут же протянула руку:

– Давай. Жрать хочу, умираю!

– Я тоже.

Мы дружно захрумкали шоколадом.

– Да-а, – протянула дзайана, пристраивая голову у меня на коленях. – Приключеньице!.. – Откусив дольку от своей плитки, она протянула мне остальное: – Ешь, я не буду! Фигуру берегу.

– Спасибо.

– Знаешь, Игорек, – вдруг сказала она, – мне вот подумалось… Я раньше все чего-то боялась. Ну там, тушь размажется, каблук сломаю. Или кто-нибудь гадость скажет. А сейчас, вроде опасность кругом, – а мне так хорошо!

– Ну, тут особо не разбоишься. – Я повозился, устраиваясь поудобнее. – Мертвецы снаружи, вход в башню только один, окон нет. Так что мы в безопасности. Разве только Иштван нас найдет.

Дзайана хихикнула:

– Реш, вообще-то это комплимент был.

– Да? Что-то я в последнее время туго соображаю…

– И прости, что я на тебя тогда наорала.

– Прощаю. А ты извини, что я тебе пендель отвесил.

Дзайана подняла голову:

– Это когда же?