Священная Военная Операция: от Мариуполя до Соледара - Дмитрий Анатольевич Стешин

горячая!». А так все на месте. Единственное, пляжные кафе войны не пережили, но это дело наживное — там уже суетились хозяева, разбирали хлам, ремонтировали мангал, спешили зацепить вторую половину пляжного сезона. Южный малый бизнес неистребим. Последняя поразившая деталь — сейчас весь Мариуполь торгует. Вокруг гуманитарных центров раскинулись настоящие базары. Саблин заметил:

— Это хорошо, хоть какая-то жизнь, оборот денег. Специально торговцев не гоняем, единственное, строго следим, чтобы гуманитарку не продавали.

Меня буквально жгла коробка с хлебом, стоящая в багажнике. Я, помня весну, не мог увезти его из города. Заехали на бульвар Шевченко, где одна сторона тротуара превратилась в торговые ряды. Подбитые танки уже убрали, кладбища с газонов перенесли, перезахоронили людей по-человечески. Приценился. Все как в Донецке, правда, ценники в гривнах, но рубли берут охотнее. Выбрал продавщицу посимпатичнее:

— Возьмите в подарок хлеб, не могу из Марика его увозить, помню, как весной тут было…

Женщина закивала: «Конечно!» Принес коробку, оставив себе несколько буханок. Поблагодарила. Потом догнала, сунула мне в руки круг копченой колбасы:

— Пожалуйста, не отказывайтесь, у нас у друзей коптильня под городом.

Не отказался. За выездным блокпостом остановился в приметном месте — возле автобусной остановки с ювелирно точным попаданием «града». Весной всегда здесь останавливались с товарищами перевести дух, собрать сознание в кучу. Ел эту восхитительную домашнюю колбасу с еще теплым хлебом и думал, что если уж в Мариуполе меня так накормили, то самое страшное этот город уже пережил. Примета верная.

15 июля 2022 года

КОМАНДИР БАТАЛЬОНА «ВОСТОК» АЛЕКСАНДР ХОДАКОВСКИЙ: «НЕТ ЗАДАЧИ ОСВОБОДИТЬ РЕСПУБЛИКИ ДОНБАССА ДО АДМИНИСТРАТИВНЫХ ГРАНИЦ. ЗАДАЧА — СЛОМАТЬ ХРЕБЕТ ПРОТИВНИКУ»

Выехал с Александром Ходаковским на передовую под Волноваху и прямо в траншеях поговорил на самые наболевшие темы последних дней.

Изначально в нашей поездке у Александра Сергеевича было две задачи: оценить, как чувствуют себя бойцы батальона на передовой, и обсудить гуманитарную миссию с людьми, которых бойцы «Востока» собираются вывозить из зоны боевых действий. Место и обстоятельства эвакуации меня попросили пока не раскрывать.

Причина веская — буквально за день до нас в этой же локации побывали «добрые люди», сразу вываливающие все фото в Интернет, который (СЮРПРИЗ!) тщательно мониторят и по ту сторону линии фронта. В итоге доброе дело превратилось в многочасовой обстрел украинской артиллерией, разрушенные и сгоревшие здания… К счастью, обошлось без жертв.

Реалии XXI века: если во время Великой Отечественной только разведка имела представление о происходящем за линией фронта, то теперь информация пересекает передовую совершенно свободно.

КИЕВ ПРОДОЛЖИТ ОТРАБАТЫВАТЬ ДЕНЬГИ

Разговор с Ходаковским мы начали с главной темы последней недели: «Ждать ли заявленного, многомиллионного контрнаступления ВСУ?»

— Несколько дней назад я был на «незнаменитом фронте» в Запорожской области, на передовой в районе Новокаховского водохранилища. По словам командиров, обычная активность противника в виде работы ДРГ и «разведки боем», все больше напоминает попытки прорыва, наудачу — вдруг получится? В Мариуполе агентура распространяет «боевые слухи» среди местных: мол, не ремонтируйте дома, бегите, скоро сюда вернется Украина. Заявления украинских политиков об «освобождении» освобожденных территорий слышали все. Мнение командира — ждать?

— Они называют это контрнаступлением. Попытки будут. Ресурс у них есть, и главное, есть политическая задача — отработать деньги, военную помощь, которую в них вкладывают. Конечно, они будут проявлять активность.

— Вопрос от читателей: что делает сейчас батальон «Восток», к чему готовится, где будет воевать? Разумеется, то, что можно рассказать…

— Мы восемь лет просидели в обороне. Неплохо показали себя в Мариуполе, и за нами закрепилась репутация штурмового батальона. Готовимся штурмовать, занимаемся разведкой, помогаем нашим «смежникам».

— Что это за помощь?

— Организация обороны. Мы, как правило, имеем дело с мобилизованными, а они зачастую не в состоянии построить вменяемые позиции. Так что не бездельничаем. У нас же никто и не отменял задачи — блокировать так называемую «донецкую группировку» врага. Мы, в отличие от украинцев, не торопимся разглашать направление нашего главного удара.

ПОЛИГОН НАТО

За ходом продвижения союзных войск следят все. Наши радуются, враги пытаются бодриться, называя оставленные города «ненужными и дотационными». Но в целом понятно, что в летней кампании пока нет стремительных марш-бросков на десятки километров и «широких охватов с флангов».

— Как вы оцениваете наступление соседей от Лисичанска на Северск?

— Тяжело идет. И будет тяжело идти. Все-таки мы имеем дело не с папуасами, а с армией, которая все унаследовала от СССР — и школу, и вооружение. Это те люди, которые вместе с нами воевали в Афганистане, правнуки тех, кто победил Германию. Мы воюем с достаточно квалифицированным противником. Разница в вооружении незначительна, те же артиллерийские системы… плюс на Украине сейчас в достатке и натовского вооружения.

— Что бы вы отметили из западного оружия? Вот, например, на «джавелины» — там много на них молились, а потом они как-то все потерялись.

— «Хаймерсы» (американские системы залпового огня, переданные Украине. — Авт.) в первую очередь. Это вооружение, которое изначально конструировалось в противовес советским системам залпового огня. Мы делали ставку на массовость применения, американцы — на эффективность, точечное поражение целей. Мы же столкнулись на нашей земле не просто с образцами натовского вооружения, а с самим подходом и тактикой.

— Что это значит?

— Они провоцируют нас на какие-то действия и так выявляют наши огневые точки. При этом эффективно работает их артразведка и мгновенная реакция. Сейчас мы и с этим боремся, преодолеваем. Вот основные причины нашего медленного продвижения. Но мы давим и продвигаемся все равно.

ЛОМКА ХРЕБТОВ И УСТАЛОСТЬ

Этот вопрос я слышал в окопах, и не только десятки раз. Спрашивали бойцы, спрашивали их близкие. Уже в нем чувствовался вкус Победы, но было и понимание — как же до нее далеко.

— Одни бойцы готовы идти до границ республик, потом хотят вернуться домой: «Мы учителя, инженеры, шахтеры, мы не военные». Их можно понять. Есть люди, и их немало, кто готов идти до Киева и дальше. Как будет в итоге?

Александр Сергеевич перед ответом берет паузу…

— Пока мы работали высокоточным оружием с дистанций, это была одна история, первый этап. Потом начались общевойсковые бои. Война дается нелегко, и это сказывается на настроениях людей. Но мы понимаем, что, пока не закончим начатое, останавливаться никто не будет. Даже если случатся какие-то паузы, «тактические перемирия». Они вполне могут быть. Но пока не будет логического завершения, никто никого не распустит, не демобилизует. Нет задачи освободить республики до административных границ. Задача сломать хребет противнику. И если мы ее сейчас не выполним, противник все