Белорусские народные сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки

Вертится пап, как вьюн па горячей сковородке, а Римша лупит его по чем попало. Чуть было всю кожу с пана не содрал. Потом сел на копя и поехал. Только его и видели.

Долго хворал пан. Все думали, что уже конец ему. Да злого-то и смерть не берет: по весне пан одужал и задумал за границу, на воды, ехать. Начал он собираться, а тут как раз денег не хватает. Вот и порешил пан продать лес. Объявил о том, и стали купцы наезжать, лес смотреть. Рядились-рядились, да никак не могут в цене сойтись: пан, вишь, скупой был и больно дорожился.

Приехал однажды в поместье какой-то очень па вид богатый купец. Повел его пан лес осматривать. Пан хвалит лес, хочет подороже взять с купца, а тот все поддакивает ему и ведет его дальше в гущину. Забрались они в такие дебри, что и свету белого не видать. Вот купец и давай руками сосны обхватывать, саженем толщину мерить. Обхватил и пан одну сосну.

— Вот смотри, — говорит, — какое бревнище! Прямо золото, а не лес.

А купец вынул из кармана ремень да и привязал пана к сосне. Потом вытащил из-под полы хворостину, показал пану и спрашивает:

— А что это, пане: береза или лоза? Я же тебе продал вола, а не козла!

И начал пана лупить… Бил, бил, сколько влезло, да так и бросил его к сосне привязанного.

Весь день простоял пан у дерева, пока не нашли его там дворовые люди.

С год, почитай, после того провалялся пан, а все никак не одужает.

Опять советуют ему доктора на воды ехать. Продал пан лес, зерно, скот. Набрал много денег и собрался за границу ехать, на воды.

А Римша все за паном следит. Доведался он, по какой дороге пан будет ехать, и устроил на него засаду: расставил на три гона один от одного двух верхоконных с хворостинами.

Подъезжает пан к первому хлопцу, а тот тряхнул издали хворостиной и кричит:

— Что это, пане: береза или лоза?

— Держи его, держи! — кричит пан кучеру. — Это ведь Римша!

Кучер хвать ножом по постромкам, сел на пристяжную и погнался за хлопцем.

Только он скрылся из глаз, подъезжает к панской карете другой такой же хлопец. Замахнулся издали хворостиной и говорит:

— Что это, пане: береза или лоза?

— Хватай его, хватай, негодяя! — кричит пан лакею. — Это ведь Римша.

Вскочил лакей на вторую лошадь и помчался за хлопцем. Остался пан в карете один. Вдруг откуда ни возьмись перед ним Римша. Вынул он из-под полы хворостину, тряхнул ею и спрашивает:

— Что это, пане: береза или лоза? Я же продал тебе вола, а не козла!

Избил Римша пана, забрал у него деньги и ушел в лес, в свою землянку.

Много добра потом сделал Римша бедным людям: и деньгами им помогал, и от злых панов выручал.

Еще и поныне в дремучем лесу между Запольем и Новоселками[10] стоит гора. Называют ее Римшиной горою. Говорят, там и жил гордый и смелый парень Римша.

СТРАШНАЯ ЗАКРУТКА

Ну так вот, был, значит, в одном селе такой знахарь. Знали его не только во всей околице, а и в целой округе. И никто не смел перечить ему, чтоб не накликал он какой беды.

А жил в том селе один смелый человек. Звали его Тодор. Много он по свету походил, где только не бывал, чего только не повидал.

— Голову морочит вам этот знахарь, — говорит Тодор соседям. — Ничего он не знает и не ведает.

— И что ты говоришь! — не верят соседи. — Гляди, как бы не наслал он на тебя беды…

— Ну так сами увидите, правду ли я говорю, или нет.

Пошел Тодор в свое жито и сделал закрутку. Спустя несколько дней приходит он к знахарю.

— Так, мол, и так, — говорит, — какой-то злодей сделал на моем жите закрутку. Боюсь, как бы не случилось чего дурного. Сходи вырви. Ты ж с нечистью этой водишься. Я заплачу тебе, чем хочешь.

Услыхал знахарь про плату и охотно согласился. Пошли они на поле. Поглядел знахарь издали на закрутку и говорит:

— Уж больно страшная закрутка. Так просто я к ней и сам боюсь приступиться.

Снял он рубаху, чтоб напустить на Тодора больше туману, да и пополз па карачках к закрутке.

Ползет знахарь да все покряхтывает, очень, мол, страшную закрутку кто-то сделал: видно, чтоб помер хозяин.

Подошли туда и Тодоровы соседи поглядеть, как будет знахарь страшную закрутку вырывать.

Тут Тодор, не долго думая, уселся верхом на знахаря, вынул из-под полы дубинку и давай дубасить обманщика.

— Уж я тебе, шельмец, покажу эту страшную закрутку! Я ж ее сам и сделал!

Вопит знахарь на всю глотку, а Тодор дубасит его по чем попало. Бил, бил, а потом и спрашивает:

— Ну, будешь добрым людям головы морочить?

— Нет, — стонет знахарь, — только отпусти меня живым.

Отпустил Тодор знахаря, поднялся тот да наутек — и от рубашки отказался.

Испугались соседи, решили, что знахарь сживет Тодора со свету: он-то ведь может все сделать… Но проходит педеля, вторая, и живет себе Тодор да плюет на знахаря.

А знахарь кряхтел, кряхтел, да и окачурился — видно, Тодорова дубинка была посильней его колдовства.

МУЖ И ЖЕНА

— Лентяйка ты! — кричит он на нее. — Я и пашу и кошу, а ты даже обед ленишься мне в поле принести!

— Да у меня работы дома побольше, чем у тебя в поле, — говорит жена. — Когда ж мне носить тебе еще обед?

Не верит муж жене:

— И какая там дома работа! С такою работой я шутя управлюсь.

Рассердилась однажды жена:

— Коли так, — говорит, — я поеду пахать, а ты дома оставайся.

Обрадовался муж:

— Ладно. Теперь ты увидишь, кто из нас правду говорит! Пахать — это не горшки в печи переставлять.

Собралась жена в поле и говорит мужу:

— Ты только смотри ж, чтобы всю работу сделал.