День-М - 2 или Почему Сталин поделил Корею - Кейстут Закорецкий

Так, в январе 1948 года Сталин поручил министру внутренних дел СССР С. Круглову продумать "конкретные меры" по созданию новых, дополнительных лагерей и тюрем особого назначения. И потребовал проект решения уже в феврале, который и был разработан к середине февраля 1948 года. В нем говорилось, что "троцкисты, террористы, правые, меньшевики, эссеры, анархисты, националисты, белоэмигранты" должны направляться в десятки новых лагерей на Колыме, под Норильском, в Коми АССР, Елабуге, Караганде и других местах. При этом с осужденными приказывалось проводить "чекистскую работу по выявлению тех, кто остался на свободе".

Кроме того, администрации лагерей и тюрем разрешалось "в случае необходимости задерживать освобождение заключенных с последующим оформлением в установленном законом порядке". (Сталин согласился). (Д. Волкогонов, "ТРИУФМ И ТРАГЕДИЯ", стр. 429-430).

Но это законодательно предусмотренное нарушение закона не было последним. 26 ноября 1948 года вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР по судьбе тех, кто уже отбыл свой срок, выжил и был выпущен на свободу. Д. Волкогонов приводит только его дату и очень краткий смысл НАВЕЧНОЙ ССЫЛКИ (стр. 636).

А вот свидетельства очевидцев, включенные в сборник "...ИМЕТЬ СИЛУ ПОМНИТЬ" (Рассказы тех, кто прошел ад репрессий). Москва, "Московский рабочий", 1991:

В. И. Вельмин, член КПСС с 1926 г. Перед арестом в сентябре 1937 работал в газете "Комсомольская правда". Приводит примерную классификацию арестованных с точки зрения следователей: махровые враги, просто враги, враженята, вражьи пособники, вражьи агенты, слепые исполнители и т.д. Осенью 1944 г. досрочно освободился из Каргопольлага, но продолжал в нем работать. Затем был опять арестован в 1950 году ("как и почти всех репрессированных в 30-е годы"). В декабре 1950 направился по этапу из Архангельска на пожизненное поселение в Сибирь (в Новосибирскую область) с лишением всех прав и состояния. "Ссылка оказалась страшнее лагеря. В лагере, по крайней мере есть барак, есть нары, дважды в день дают баланду с куском хлеба. А тут никто о тебе не думает и о тебе не заботится. Хочешь - живи, не хочешь - не живи! Работать негде". В 1954 жизнь облегчили, в 1956 реабилитировали.

Н. П. Алексахин, член КПСС с 1932 г. Перед арестом в 1937 году работал помощником 1-ого секретаря МК РКП(б) Н. С. Хрущева. Срок (8 лет) провел в лагерях на Колыме. После освобождения поселился в г. Струнино Владимирской области (102 км. от Москвы). Зимой 1949 опять арестован. После полгода тюрьмы объявили решение Особого совещания о пожизненном поселении в Удерейском районе Красноярского края. Там и находился до реабилитации в 1955 году.

К. П. Чудинова, член КПСС с 1914 г., до ареста 10.04.1938 работала 1-ым секретарем Свердловского райкома ВКП(б) Москвы. Приговор - 8 лет заключения по статьям 58-10 и 58-11. Перед освобождением в январе 1947 была в Тайшетлаге. Но освободили не полностью, а в ссылку на 5 лет. Она поселилась в деревне Суетихе (12 км от Тайшета). Однако летом 1949 ее и большую группу ссыльных опять арестовали и этапировали в Красноярск. Затем этапом привезли до села Мотыгина Удерейского района Красноярского края, где объявили постановление Особого совещания о пожизненной ссылке "как ранее репрессированных". Работать разрешили в геологической экспедиции МВД. В 1954 реабилитировали.

Более подробный анализ повторного ареста приводит Л. М. Гурвич, член КПСС с 1926 г., арестованный в 1938 году и направленный в Севжелдорлаг, которому поручалось строительство железной дороги от Котласа на запад через Коношу на Череповец. В середине 1946 года его освободили "без права выезда за пределы лагеря". А потом произошло следующее:

- В 1949 году начались какие-то странные аресты. Брали освободившихся из лагерей, но нечасто и поначалу казалось, что это отдельные случаи. Было тревожно... В мае очередь дошла и до меня. Снова арест... Камера новосибирской пересылки оказалась огромной: в ней помещалось больше 200 человек... Уголовников не было, только 58-я статья. Но совсем иная, чем в прежние времена. Преобладали "бандеровцы", крестьяне из Западной Украины... Довольно большую группу в камере составляли "повторники" из разных районов Сибири, Урала, некоторых других областей... Не знали мы тогда, что по всей стране начата планомерная, тщательно продуманная, никого не миновавшая операция изъятия "врагов народа". Она проводилась постепенно, без спешки, без чрезмерного переуплотнения тюрем и была рассчитана примерно на 2-3 года... Лишь значительно позднее, познав все на себе, нам прояснилась суть новой расправы... Большинство жертв 30-х годов погибло в лагерях. Но какая-то часть заключенных выжила. Она составила лишь процент из миллионов, перемолотых лагерями, однако само количество уцелевших оказалось не столь уж малым. Но долгожданно выстраданную свободу для них сразу ограничили запретом проживания в столицах, 100-км зоне вокруг них, в десятках других городов. С огромным трудом, преодолевая всяческие препоны, люди обустраивались, оживали. Складывались новые семьи. Кошмары пережитого, казалось, уходили в прошлое. Тогда и грянул гром. В 1948 году состоялось решение. По нему ранее репрессированные по политическим обвинениям подлежали пожизненному сосредоточению в специально отводимых самых глухих и малонаселенных районах Сибири и Казахстана. Без прямого и решающего участия Сталина такая крупная операция не могла состояться. Всей своей сущностью она отразила сталинские методы и еще более нагнетала обстановку в стране... Сталинским ссыльным никакого пособия не полагалось. Иной работы, кроме тяжелой физической, в местах поселения почти не было. Не разрешалось работать в школах, клубах, на почте, в большинстве местных учреждений не только ссыльным, но и членам их семей...

Амнистия 1953, объявленная вскоре после смерти Сталина, пожизненных ссыльных не коснулась, по крайней мере сразу. Тогда освободили только уголовников. Некоторое облегчение для ссыльных наступило в 1954 году, а затем и вовсе многих освободили. Но Указ об амнистии 1953 года, видимо, применялся и для освобождения ссыльных с 1954 года. Об этом написано в воспоминаниях профессора, доктора географических наук Ю. И. Чиркова. (1919-1988). ("А БЫЛО ВСЕ ТАК", М.; "Политиздат", 1991).

Он был арестован в 1935 году. В тюрьмах, лагерях и в условном освобождении провел до конца 1945 года. В мае 1951 был снова арестован. Следователь объяснил причину нового ареста так: "Есть постановление - всех отбывавших сроки по 58-ой статье снова привлечь, провести следствие и, если нет нарушений паспортного режима, дающих право на новый срок, отправить в ссылку". Чиркова направили в Красноярский край на вечное поселение. В ссылке он узнал, что постановление вышло в 1948 году. Причем, по нему не только повторно арестовывались ранее выпущенные на свободу, но и сразу же автоматически отправлялись в пожизненную ссылку те, у кого к моменту выхода постановления заканчивались лагерные или тюремные сроки. Чирков подчеркивает то, что вечнопоселенцы фактически находились на положении рабов у местных предприятий, т.к. они должны были жить и работать там, где укажет местное начальство. Причем, кормить и одевать себя была забота самих ссыльных. Освободили Ю. И. Чиркова 28 мая 1954 г. со снятием судимости в соответствии с Указом Президиума ВС СССР от 27 марта 1953. Но это было как бы прощение (амнистия). Полная реабилитация была выполнена в декабре 1955 года пересмотром дела трибуналом Московского военного округа 8.12.1955 "за отсутствием состава преступления".

Таким образом, и к послевоенному времени вполне подходит мысль, услышанная Ю. Чирковым еще в 1938 году в Котласском пересыльном пункте: "Говорили, будто Ежов сказал, что все население СССР делится на три категории: заключенных, подследственных и подозреваемых".

Тем более, что о положении тех, кто оставался на свободе, советское правительство во главе со Сталиным, как председателем Совета Министров СССР, не проявляло большой заботы. Особенно, о положении в деревне. Н. Хрущев в своем докладе о культе личности на 20-м съезде КПСС привел свидетельство о том, что Сталин собирался еще увеличить налоги на крестьян, несмотря на то, что бывшие в то время уже были жестокими.

Конечно, нельзя сказать, что Сталина не интересовало сельское хозяйство. Однако те меры, которые он принимал, направлялись на превращение крестьян в беспрекословных рабов, на то, чтобы уничтожить сам дух "вольных хлебопашцев". Но в полной мере это никак не удавалось сделать. Причиной была сама ПРИРОДА, неподвластная законам и указам. Видимо поэтому, для создания видимости заботы руководства страны о селе в октябре 1946 года и был создан Совет по делам колхозов при Совете Министров СССР (упразднен в марте 1953). Его председателем стал А. А. Андреев.

Хотя, конечно, одно из важных мест в деле подчинения крестьян играли разные меры насилия. И не только зловещая 58-ая статья уголовного кодекса или довоенные указы. После войны в дополнение к ним выходили новые. Вот, например, какое сообщение приводится в докладе министра внутренних дел СССР С. Круглова Сталину и другим от 13.09.1948 о результатах выполнения этим министерством Указов Президиума ВС СССР от 21.02.1948 и 2.06.1948: