Ночь шрамов - Алан Кэмпбелл

Сегодня набралась полная корзина, почти сотня улиток, и Дилл отправился в пыльные заброшенные коридоры недалеко от боковых лестниц. Он как раз искал подходящее место, чтобы выпустить слизняков, когда сгорбленный монах с серым лицом, несший в руках кипу свитков, бесцеремонно оттолкнул его крылья в сторону.

— И что ты вечно у всех на дороге стоишь?

— Извините. — Дилл прижался к стене.

— Сложи эти свои штуки, — буркнул монах и быстро скрылся в глубине коридора. Только ряса прошуршала по каменному полу. Серая голова удивительным образом походила на выпавший из стены кирпич.

На прощание монах бросил через плечо еще одно унизительное замечание:

— Собирай своих улиток, только смотри, Фонделгру и близко к ним не подпускай.

Кухня? Дилл совсем забыл о ней. Там, должно быть, тепло. Если улиткам понравится жара, они никуда не уползут. Ангел расправил крылья, щелкнув суставами, и понесся по коридору, вытирая перьями пыль со стен.

Займу столько места, сколько захочу!

Он так и побежал по храму, складывая крылья только при виде факелов на стенах. По его следам тянулся след улиток.

Когда Дилл добрался до заросшей плющом башни, корзина была пуста. Настроение сразу поднялось. Больше он не уступал дороги ни одному священнику, хотя ни одного и не встретил, но дело было не в этом. Ангел схватил со стены факел и ринулся вверх по лестнице.

На сотой ступеньке начались узкие бойницы, Дилл вставил факел в крепеж и вприпрыжку пролетел оставшиеся ступени. Если кто-то там спускается, пусть лучше уберется с дороги!

Люк открылся прямо в бесконечно голубое небо. Горбатые горгульи притаились под развалинами арок и безразлично наблюдали за городом.

Рэйчел не было. Дилл вылез на крышу.

Ни у кого больше не осталось на него времени. Куда все так спешат? Если город действительно готовится к атаке, неужели бы его не предупредили? Разве защита храма не его прямая обязанность?

Дилл топнул и раздраженно махнул крыльями. Окна во всех башнях были наглухо закрыты, а священники бегали сломя голову по коридорам, слишком занятые своими страшными секретами, чтобы хоть что-нибудь заметить. Дилл сильнее махнул крыльями, оторвался на дюйм от земли, но запаниковал и потерял равновесие.

Дверь приоткрыта — но не закрыта полностью. И тогда ангел решил сделать то, что запрещено: научиться летать.

На первые попытки было страшно смотреть. Боясь, что кто-нибудь поднимется на крышу, Дилл подпер люк деревянной бал-, кой. И даже после этого долго и беспокойно ходил кругами, опасаясь, что кто-нибудь решит забраться на башню. С каждым взмахом крыльев Дилл поднимался чуть выше, но останавливался, прислушиваясь, не крадется ли кто-нибудь по лестнице. Наконец он набрался смелости и поднялся в воздух на целый фут. Затем на три. На шесть. И всегда стремительно возвращался на крышу и прислушивался, не происходит ли чего на лестнице.

Разворачиваться оказалось куда сложнее, чем взлетать. Дилл довольно комфортно висел в воздухе, но стоило повернуть направо или налево, назад или вперед, как он терял равновесие, паниковал и шлепался на каменную крышу раньше, чем успевал сообразить, в чем же дело. Ангел мог парить в воздухе, подниматься и опускаться, но что с того толку? Только свечи в люстрах менять. И как это Гейну удавалось? Дилл никогда не видел, чтобы отец поднимался в воздух, но знал, что в молодости тот летал в бой вместе с военными кораблями. Был бы тут отец, он бы его научил.

Время шло, и Дилл ежедневно тренировался на башне. С каждым разом ангел держался в воздухе все дольше, паря над круглой крышей. Каменные горгульи избегали смотреть ему в глаза, но, отвернувшись, втихаря посмеивались. Дилл боялся сделать разворот, боялся неизбежного падения на каменную площадку. Коленки и локти вечно были в ссадинах, а одежда порвана и в пыли. Но никто, судя по всему, этого не замечал. В храме все были заняты какими-то секретами. Рэйчел так и не появилась, и Дилл был предоставлен самому себе и мог продолжать тренировки.

И вот в одно прекрасное утро все получилось.

Он висел футах в шести над площадкой, слушая веселый щебет пташек под арками, и вдруг заметил крошечный цветок, проросший на каменном затылке горгульи. Дилл просто решил сорвать его. Он даже не успел сообразить, что произошло, как взял цветок в руку. Потом ангел отлетел назад и приблизился к одному из каменных монстров. Никаких усилий: стоило только подумать о каком-либо направлении, как все получалось само собой. Сердце бешено стучало.

Ангел едва ощущал движение крыльев, будто их совсем и не было. Он попытался осознанно повернуться вправо и чуть не упал, вовремя успев восстановить равновесие. Нет: слишком много думаешь. Нужно расслабиться и позволить крыльям нести тебя. Фокус в том, чтобы не пытаться, а просто позволить этому произойти. Медленно ангел полетел вправо и вверх, снова вернувшись в центр площадки. На сей раз выше: игнорируя физическое движение крыльев, Дилл облетел по кругу крышу башни и поднялся на высоту, падение с которой могло обернуться серьезной травмой. Уверенность росла с каждым удачным маневром.

Получилось. Он летел.

Дилл смеялся в воздухе. Хмурые горгульи и развалины арок остались далеко позади. Он летел над шиферными крышами и покосившимися печными трубами, дальше, за Грачиный шпиль. Под ногами расстилался сонный Дипгейт, укрытый одеялом утреннего тумана. Ангел набрал полную грудь свежего сладкого воздуха, обогнул шпиль и триумфально повернул назад к заросшей плющом башне. Горгульи казались теперь крошечными прикованными к земле уродцами. Они сидели, уставив каменные глаза на город, и даже не осознавали, каково это — взлететь.

Внезапно Дилл услышал, как трясется люк на крыше: кто-то пытался взобраться на башню.

Запаниковав, ангел чуть было не сорвался с высоты, но, вовремя взяв себя в руки, плавно, если не сказать элегантно, опустился на площадку. Отпихнул доску и поднял крышку люка.

Рэйчел вылезла из темноты и подозрительно взглянула на Дилла.

— Ты что задумал? — Девушка внимательно посмотрела на пыльную, потрепанную одежду.

— Ничего.

— Почему люк не открывался?

— Я… Я тренировался. — Дилл весь покраснел: и щеки, и глаза.

Рэйчел посмотрела на дырки на коленках Дилла.

— Тренировался? — Она чуть заметно улыбнулась. — Мой брат такое тоже частенько говорил.

Глаза ангела горели ярким красным цветом. Он повернулся и отряхнул одежду.

— Где ты была? За все это время я ни разу не встретил тебя в храме.

— Была занята. Девон утроил настоящую неразбериху в армии. Попробуй пойми теперь, где какому кораблю заправляться, какой груз в каком трюме везти. Солдаты из гарнизонов и военные корабли призваны в Дипгейт. Поговаривают даже о восстановлении резервистов на регулярной службе.