Когда мир изменился - Ник Перумов

— А куда за ней посылают? — вкрадчиво осведомился некромант. — Как находят-то?

— Как сыскивают? — трактирщик почесал затылок. — Не ведаю, господине. Никак, в общем-то. Сама приходит, когда нужна. Рядом оказывается. Порвали кого мертвяки, глядь — а лекарку Ньес видели то в деревне соседней, то на тракте совсем близко. Вот и того, лекарит, значится.

—А потом куда девается?

Трактирщик развёл руками. Физиономия его выражала лишь искреннее огорчение да желание услужить — обычные для простого народа, когда говорит с вышестоящим.

— А того, господине, тож никто не ведает. Уходит куда-то, незаметно так.

— Незаметно… оно и видно, что незаметно, — проворчал Фесс. — Ладно, держи, любезный, за труды. А коль услышишь чего ещё про лекарку эту — мне сразу скажи, ладно?

Конрад встретил некроманта градом недоумённых вопросов — что с ним стряслось, почему он валяется полураздетый и откуда у него на локте пять таких странных круглых шрамов, словно из железа пятерню выковали, раскалили да к нему приложили?

— Лечили мы тебя, со знахаркой одной, — Фесс решил не вдаваться в подробности.

— Лечили меня? А что со мной было?

— Царапину твою как следует обработали, — как можно равнодушнее сообщил некромант. — С неупокоенными так, лишними предосторожности никогда не бывают. В общем, всё хорошо, справились.

Конрад потрогал себя за щёку, и брови его поползли вверх.

— Хорошая знахарка какая…

— Угу, — кивнул Фесс. — Так что, сэр рыцарь, советую тебя восстать с одра скорби да помахать мечом, кровь разогнать в жилах. Я не я буду, если лич наш не явится сегодня ночью.

Это подействовало.

Они уже были полностью готовы, рыцарь Конрад, вслух удивляясь «лёгкости в членах» сидел в седле, когда возле их трактирчика осадил коня всадник.

— Джиро, — некромант поднял руку, приветствуя сержанта. — С чем пожаловал?

— Его милость получил известия о ночном происшествии на кладбище Сен-Мар…

— Передай его милости мои глубокие сожаления и то, что я не премину явиться с докладом, как только инфестация будет окончательно задавлена. Как видишь, мы с благородным рыцарем Конрадом вер Семманусом направляемся именно туда.

— Его милость повелел также спросить, какие меры надлежит немедленно принять к вящей безопасности города и верноподданных его милости?

— Его милость высокородный господин виконт может строго допросить своих… гм, придворных учёных, не замечали ли они последнее время чего-то подозрительного среди своих коллег. Рискованных экспериментов. Заказа необычных ингредиентов. Странных алхимических смесей. Словом, всего, что выбивается из рамок обыденности.

Покрытая щетиной физиономия Джиро расплылась в понимающей усмешке.

— Его милость предвидел это. Я в точности передам твои слова, сударь некромаг. Мне велено прибыть к тебе снова на заре и, если позволит обстановка, препроводить к его милости.

— Остаюсь всегда верным слугой его милости, — поклонился некромант.

Сержант кивнул, развернул коня, тряхнул поводья.

— Хам, — скривился ему вслед Конрад. — Как он смел говорить с тобой, сударь некромаг, не спешившись? И в присутствии меня, благородного рыцаря?

— Простим слугам его милости виконта сей недостаток вежества, — пожал плечами Фесс. — Он нам ещё пригодится. Потому что лич личем, а нельзя забывать и об ордене Чёрной Розы. Именно их рыцарь Блейз где-то схватил деву Этию, именно он оставил её живой приманкой на погосте. И, не случись я рядом…

— Наверняка этот Блейз — никакой он не рыцарь, а гнусный обманщик! — был и есть в сговоре с личем, — предположил Конрад.

— Если был в сговоре — то зачем оставил деву на верную смерть? Уж коль она так нужна этому колдуну?

— Хммм, — задумался рыцарь. — Чую, есть здесь какой-то хитрый план, но какой?..

— Если мы сегодня встретимся с личем, то никакие хитрые планы ему уже не потребуются.

Кладбище Сен-Мар встретило их пустотой и тишиной. Ворота наглухо закрыты, поставлены рогатки, рядом дежурят алебардисты в цветах Армере — белом, красном и зелёном. А ещё рядом с ними…

— Моё почтение, сударь некромаг Фесс.

— Моё почтение, святой отец Виллем. Не ждал увидеть вас тут, но ничуть не удивлён.

Священник откинул капюшон, глаза цепко оглядели некроманта с ног до головы, равно как и Конрада.

— Совершенно верно, — кивнул двойник отца Этлау, и Фесс потряс головой, избавляясь от наваждения. — Конклав, взвесив всё, поручил мне заняться этим малефиком, сударь некромаг. К упокоению могильных полей с Костяными Головами приступили иные братья. Им велено «поспешать медленно» и спасать жизни простых поселян, а не пытаться одним махом покончить с разупокаиванием. Это дело особой экспедиции, к каковой, не перестаю надеяться, сударь некромаг всё ж не побрезгает присоединиться.

— Не побрезгаю, святой отец. Но пока что хочу покончить с этим колдуном.

— Понимаю, — согласился монах. — Святая Конгрегация окажет в этом всяческую поддержку. Дела всё хуже и хуже, сударь Фесс, скажу вам откровенно. Эпидемия неупокоенности растёт и ширится, и никто не может понять, в чём дело. За время, прошедшее с нашей беседы, вскрылось сразу пять старых чумных захоронений, каждое на много тысяч жертв. Все рыцарские ордена, вся святая Церковь Господа нашего, все на ногах. Конклав решил, что вам следует помочь, сударь. Безо всяких условий, уповая лишь на ваше милосердие. Здесь, со мной, — отец Виллем кивнул на кучку молодых монахов у ворот, — мои ученики, наиболее обещающие из них. Рассчитываю, сударь, что они всё-таки сумеют что-то перенять у вас, если вы ещё помните наш разговор.

— На ваш собственный страх и риск. Помните, что кидаться спасать их я не смогу, случись что не так.

— Это совершенно понятно. Но мы, смиренные слуги Господа и народа Его, готовы. Ибо если мы убоимся мертвяков, то кто ж тогда останется защищать простых обывателей?

— А как, собственно говоря, святой отец, вы поняли, что я в Армере? — как бы невзначай осведомился некромант.

— Ну, это было просто, — отец Виллем усмехнулся, если за усмешку могло сойти подёргивание уголков губ, так напомнившее привычку другого отца — инквизитора. — Во-первых, сударь некромаг почему-то упорно