Колдун. Генезис - Кирилл Клеванский

Заклинания смешались, порождая шар неведомого цвета, до боли похожего на тот, что я призвал в первый день занятий. Прогремел взрыв, еле заглушаемый дрогнувшим защитным куполом, а когда в глазах перестало рябить, зрителя стали свидетелями следующей картины. На арене, в огромной воронке, стояли двое. Маг в балахоне, оказался стариком с седыми прядями, а его одеяния теперь больше напоминали парус каравеллы, только-только вышедший из бури. С его лица, рук и даже ног струились резвые кровавые ручейки. Напротив него стоял Омаика. И вид его был немногим лучше. Изодранные в клочья штаны оголяли ноги местами столь израненными что даже отсюда я видел белую кость. На груди же великана красовались несколько крестообразных ран — места куда все же добралось вражеское заклинание. И все же они стояли друг напротив друга подобно двум колоссам, которых не согнет такая мелочь как взрыв достойный звездного неба.

На краях воронки или кратера, уже появились балахоны, готовые в любой момент спасти раненного. Шут, так же выбравшись из своей норы, смотрел вниз, ожидая исхода схватки. Наконец, старик что-то прошептал, еле видно зашевелив губами, и вокруг него вспыхнула красная защита. Мгновением позже он упал, и к нему тут же бросились балахоны. А еще мгновением позже красным вспыхнул и щит Шамана, который так же упал в объятия следящих.

Толпа, пробыв в тишине еще несколько ударов сердца, затопила все вокруг своими аплодисментами, которое бы заглушили и недавний взрыв.

— Все мы стали свидетелями уникальной схватки! — подвел черту шут. Эти пять балахонов увели к лекарям пострадавших, а на арене появилась другая пятерка, которая стала приводить площадку в порядок. — Я думаю всем ясно? что победителем стал благородный Саам Дуасаам! Поприветствуем же его!

Толпа, собственно и не прекращала аплодировать, что несказанно радовало ведущего, он буквально купался в ревущих эмоциях.

— Что ж, попрошу вашего терпения. Через пару минут арену приведут в порядок и мы проведем последний бой первого дня Круга магов!

Наверно стоило бы подробно описать с каким трудом маги приводили арену в порядок, но в этот момент у меня было туго с расстановкой приоритетов. И меня поймет любой разумный, у которого в животе сейчас что-то недовольно урчит. Бои измотали меня не только морально, но еще и физически и сейчас я ощущал приступы лютого голода. Но глуп тот наемник что не готов к любым жизненным опасностям. Не даром, ох не даром Тим Ройс сегодня вытащил из шкафа изрядно запылившуюся шляпу…

Игнорируя своих «соложников», да простит меня Имперский язык за такое существительное, я снял шляпу и вытащил оттуда сверток. Развернув специальную ткань, я разложил на коленках настоящую поляну. Здесь были и бутерброды с мясом, два с копченой колбасой и один с пряной бужениной. Смакуя первый, я повернул голову и наткнулся на разумных, пытающихся меня изничтожить взглядами. Пожав плечами, я продолжил вгрызаться в невероятно вкусное мясо — плюсы хороших отношений с поварами в Академской столовой. А вообще любой простой человек, всегда найдет общий язык с другим простым человеком, да и гномом и эльфом и быть может орком тоже. Поменьше спеси в тоне, побольше уважения в глазах и шире улыбку на уста. Вот тот коктейль что приведет вас к всеобщему расположению. И, быть может, я бы додумался до такой стратегии и сам, но подобным трюкам меня обучал Добряк, а он был сущим гением по части «втереться в доверие».

Нормам, будучи девушкой уж очень чванливой, попыталась меня упрекнуть. Но вскоре ложу огласил еще один громкий «урррк», и пришлось поделится с девушкой бутербродом. Та, нещадно краснела, но все же, с присущей лишь леди элегантностью, довольно таки быстро сточила угощение. Когда с легким перекусом было покончено, я снова свернул ткань, и убрал её в карман. Но когда же я вновь нахлобучил шляпу, спасаясь от солнца, бьющего прямо в глаза, остальные посетители ложи скривили губы в укоре. Мол «варвар, все равно что жирные руки об волосы вытирает». А между прочим, во время затяжных походов, когда рядом не было речки а спать приходилось прислонившись к лошади, что бы хоть как-то согреться не выдавая расположения огнем. Нормальный солдат и наемник только так и сохранялся от вшей и всякой ненужной живности — вытер руки об волосы и все в порядке. И вшей не будет, и шлем проще снимать и одевать. Так что — что варварство для «белоручки», то естественно для «простого» человека, на том и сходимся.

Наконец балахонщики закончили со своими приготовлениями и шут вновь приложил к горлу амулет, усиливающий громкость.

— Надеюсь эта заминка пошла на пользу и все успели отдохнуть и подготовиться к последнему матчу! Что ж, не буду вас томить и сразу перейду к представлению наших последних чемпионов! Из далекой провинции Сересет, что находится на краю с Дикими Землями. Лучший охотник, удостоившийся нескольких наград и одной лично из рук Его Императорского Величества. Прошу встречайте — Неееееееееейх Харахееееееееееейн!

О, а вот и первый соотечественник. Их в принципе целых пять в Круге магов, и имена некоторых столь громки, что и оглохнуть можно.

На арену вышел ничем не примечательный человек. Средний рост, средняя внешность, добротная одежда — широкополая черная шляпа, плащ того же цвета, куртка, кожаный штаны, ботфорты и белая рубашка. С виду, обычный горожанин среднего достатка. И лишь две вещи разбивали картину — зеленая травинка во рту, отличительный знак пастухов, и меч. Правда мечом это можно назвать лишь с большой натяжкой. Лично я сперва принял эту оглоблю за брусок металла, но потом понял что это непомерно объемный эспадон, который Нейх держал на плече. Не знаю можно ли так сказать про клинок — но у него была высота. Тоесть к ширине, что была примерно в две ладони, и длине — почти метр и семь, прибавилась высота где-то сантиметров в шесть — восемь. Короче говоря, не знаю что это за штуковина, как ей сражаться, да и вообще, как у него позвоночник то не ломается под такой тяжестью? Да тут веса не меньше полутора сотен!

Толпа все хлопала, хлопала, ожидая кратенького трюка, но Харахейн продолжал стоять и пожевывать свою травнику. В итоге, шут убедившись что от известного артефактора ожидать большего не придется, и поэтому перешел к представлению второго участника.

— Наш последний участник еще не успел прославить своё имя. Поэтому скажу так. Горд представить вам — лейтенант Шестого Легиона и мой хороший друг — Сэлииииииииим Нэйтоооооооооок!

А вот и еще один земляк. В этот раз на желтый песок вступил настоящий офицер, каких изображают на призывных плакатах. Высокий, статный, с твердыми чертами лица и пугающе ясными глазами. В руках он держал посох, что свидетельствовало о классической Академской школе Боевых магов. Конечно он произвел на женщин меньшее впечатление чем недавний Темный, н и этого хватило что бы мужчины выразили свое неудовольствие. И я их могу понять, по правилам лишь в двух кругах могли участвовать представительницы прекрасного пола. И стоимость билетов на эти круги была столь высока, что среднему ремесленнику откладывать на них надо было пару лет.

И вновь толпа разочарованно выдохнула когда Нэйток не продемонстрировал своего умения. А ведь парень не промах. Пусть и простой лейтенант, хоть и легионер, но понял что если хоть что-то продемонстрирует то утратит инициативу в этой схватке. И, все демоны мне в печенку, но Нейх улыбнулся, слегка изогнув уголки рта.

Шут поводил головой из стороны в сторону, а потом все же решился.

— Начинайте! — вскрикнул он и припустил до схрона.

И хоть шут и отдал команду, но маги не торопились. Мастер артефактор, вернее будет сказать очередной (как-то их много уже скопилось на этом веку) гений своего дела, скинул меч и вытянул его вперед на прямой руке! Как это было возможно, я не знал. Все законы физики кричали что это просто сумасшествие, но их переглушила логика — если артефактор, значит и сражается артефактом. А что там эти ребятки могут накрутить в своих железках не знает никто, порой даже они. Лейтенант так же не рвался в бой. Он аккуратно перехватил посох, и заведя его за спину принял нейтральную позицию. Из такой моно и оборонятся и атаковать, и все будет «с руки».

Тк они и стояли. Но если в прошлый раз, когда маги не торопились радовать всех красочными вспышками, толпа выражала свое неудовольствие, то сейчас вокруг стояла тишина. Напряжение, царящие на арене, поднимаясь захватывало всех и каждого. И те десять минут, пока две фигуры олицетворяли собой Харпудовы гребни, пролетели подобно одному удару сердца. Наконец Нейх пожал плечами, и заведя свое оружие за спину, рванул вперед. Хотя, рванул будет оскорблением для столь стремительного броска. Харахейн арбалетный болтом, падающим соколом, косою седого жнеца, небесной молнией, размазываясь в пространстве переместился к лейтенанту. Его эспадон, оставляя в воздухе стальной росчерк, ударил по врагу. Тут же две фигуры окутала густая песчаная пыль. Когда же она опала, то по трибунам прошелестели удивленные шепотки.