Лицо с обложки - Белкина Юлия

И страшно… Неужели скова возвращается то же жуткое, мерзкое, как приступ малярии, состояние, когда она бесилась от отчаяния, теряя Митю?

Даша обрадовалась, увидев в окно подъехавший к дому автомобиль Веры. Бывшая пассия отца вошла, излучая бодрость и оптимизм. Посмотрела на Дашу и удивилась:

— Ты плохо выглядишь. Заболела? Ты что, плакала?

И как-то само собой получилось, что Даша все ей выложила. Вера по-матерински обняла ее и отнюдь не по-матерински, а по-женски, по-дружески посоветовала:

— Подожди, не торопи события. Ты только предполагаешь или есть очевидные признаки?

Даша хлюпнула носом.

— Ну да, о чем я спрашиваю! — спохватилась Вера. — После Мити ты просто эксперт по изменам. Но кто бы мог подумать, что Герман окажется таким….мерзавцем?

Даша тихо завыла, размазывая слезы по щекам.

— Вера, ты умная женщина, подскажи, что делать?

Бывшая пассия, задумчиво постукивая сигаретой по зажигалке, ответила тоном, каким вела деловые совещания: — У тебя два варианта. Первый: закрывать на все глаза, прощать и терпеть Германа таким, какой он есть. Минусы: не оценив твоего благородства, он все же уйдет. В тридцать лет мужчины склонны на резкие перемены в жизни. Плюсы: выиграешь время, подыщешь ему замену. У тебя никого сейчас на примете? Плохо, дорогая, плохо, под рукой всегда нужно иметь запасной вариант…

— Я так не могу, — Даша покачала головой.

— Что ж, тогда вариант второй: поставить вопрос ребром. Имен в виду, мужчины ненавидят, когда их загоняют в угол. Ты хочешь войны? Готовься к войне. А для войны нужно вооружиться. Кто предупрежден, тот вооружен. Тебе нужна точная информация: с кем он? Как долго это длится? Какие у них отношения? Только после этого ты все взвесишь и примешь правильное решение. Иначе… — Вера затянулась сигаретой, выпустила дым из уголков аккуратно подведенных губ. — Иначе ничего у вас, кроме пустого скандала, не выйдет. Ты превратишься в подозрительную истеричку-скандалистку, Герман с пеной у рта будет отстаивать свою невиновность. О, поверь мне, мужчины — это двуногие ничтожества, даже самые лучшие из них! Ни один мужик никогда не признает открыто, что вел себя как подлец! Будет клясться, что ни разу не покосился в сторону другой юбки. Что я результате? Он хлопнет дверью и уйдет от тебя с оскорбленной миной, с видом жертвы, которого стерва жена довела… А ты останешься в дурах! И потом тебя изъест совесть, что ты зря обидела хорошего человека.

Даша улыбнулась сквозь слезы:

— Вера, какая ты умная! Ты все так хорошо понимаешь! У Германа есть другая женщина, я это знаю, я чувствую, и это у него серьезно… Что же мне делать?

Вера провела рукой по лбу, словно колеблясь.

— Ну хорошо, — решилась она. — У меня есть знакомым, который иногда и очень неохотно берется за дела такого рода. Но тебе нужно поехать к нему самой. Учти, наш разговор должен остаться между нами. Знаешь ведь — муж да жена одна сатана. Не хочу встревать между тобой и Германом, чтобы не остаться врагом на всю жизнь.

Даша поклялась, что никогда никому не расскажет, а Герману тем более.

— И отцу не говори. Борис хорошо знает этого человека, к которому я тебя отправляю.

— Папин знакомый? Какой стыд, — прижав ладони к пылающим щекам, простонала Даша. — Ладно, согласна. Лучше горькая правда…

Она не заметила, как Вера чему-то улыбнулась, листая пухлую алфавитную книжку.

— Записывай номер…

Вера вообразить не могла, что сложная проблема так просто решится. А ведь всю дорогу ломала голову, как убедить дочь Бориса последить за своим благоверным. На то имелись у нее собственные интересы…

Когда, после возвращения Роберта из Лондона, Вера заметила в походке шефа легкую хромоту, на вопрос:

— Что с тобой? — Роберт, смеясь. отмахнулся:

— Не поверишь! Жена Бориса приложила бутылкой «Клико» по коленной чашечке.

Новостью лондонская «стыковка» Ханьяна с фифой не стала. После долгих проволочек и эту часть общей работы Вера взвалила на свою спину. Раз Борис за полгода не удосужился свести жену с Робертом, сделать это придется самой. Борис предупредил, что жена отправляется в Англию навестить племянников, а Роберт как раз искал новую школу для своего Рубена, которого называл племянником, хотя все знакомые полагали, что мальчик — его внебрачный сын. Так что встреча фифы с Робертом в Лондоне — не дело случая.

Вера прикинулась дурочкой и вытянула из Ханьяна подробности. Рассказ ее шокировал. Черт побери! Эта тварь оказалась «самых честных правил» и выкобенивалась перед Робертом, как Орлеанская девственница. Вера была озадачена, разъярена, взбешена! Потом поостыла, взяла себя в руки, сказала: фифа набивает себе цену. День-другой, и Роберт заполучит ее с потрохами, а мы с Борисом получим дойную корову. Потеряв бдительность, Ханьян подмахнет любую документацию, поданную нежными ручками новой неофициальной жены и подруги. Это было доказано историей… На этом строился их с Борисом расчет.

Но дни шли, Роберт ухаживал за женой друга с медвежьей грацией, фифа воротила от него нос, возмущалась и даже, кажется, убедила Бориса в своей неподкупности. Борис впал в смятение.

— Господи, Вера, но мы же не можем заставить ее насильно стать его любовницей?

— Еще как можем, — ответила она. — Роберт пригасит тебя на охоту-рыбалку, что там сейчас по сезону? Бери с собой жену. Привози к нему и оставляй в лесу, как в сказке про красавицу и медведи. Денек повизжит и станет как шелковая.

Борис пришел и ужас:

— Но ведь это же… Преступление?

— Милый мальчик! А то, чем они раньше занимаюсь, — не преступление?

— Но то — деньги, а это — живой человек, — объяснил Борис.

И тут у Веры лопнуло терпение. Она едва не разорвала Бориса в клочья. Она орала: я рискую своей головой! Это не вопрос денег уже, мой милый, а вопрос жизни, и я не собираюсь валяться с пулей в башке в своей машине оттого, что твоя жена не хочет спать с Робертом! Эго твои проблемы. Делай что хочешь. Умоляй ее, убеждай, упрашивай, уговаривай, обманывай — что хочешь! Дави на жалость, скажи, что Роберт угрожает тебя убить…

— Иначе, повторяю, я не стану выбирать, кто — она или я… — угрожающе прошипела Вера. — Я буду выбирать между твоей шкурой и моей. И моя мне дороже. Ты понял меня, дорогой?

Борис поклялся, что все уладит, но Вера ему не поверила. На всякий случай она подождала еще немного. Роберт приглашал Бориса с женой на уик-энд к себе, в охотничью усадьбу на Оке, поохотиться на кабана, но Ардатов полетел один. Фифа не соблаговолила. Вера даже не сильно гневалась на любовника, спросила скорее для порядка;

— Боря, в чем дело?

Сообщник отделался отговорками.

Глядя на него, Вера поняла: Борис обманул ее, и предал, как обманывал и предавал всех своих женщин, жен и любовниц. Осознавать это было горько. Особенно потому, что она этого от Бориса не ожидала.

— Послушай, милый, — сказала она, — неужели ты в самом деле веришь в моральную стойкость твоей шлюшки?

Борис благородно вступился за честь жены:

— Не говори о ней так!

Вера горько покачала головой:

— Боря, Боря, Боря, ты меня повеселил! Неужели в самом деле ты серьезно думаешь, что в лице этой особы столкнулся с высоком моралью и неколебимыми нравственными принципами? Ха-ха-ха! Прости, дорогой, что под удар попало твое драгоценное мужское самолюбие, но юные жены не путешествуют за границу в гордом одиночестве. Женщина может оказаться морально стойкой только в одном случае: если ее сердце уже занято другим. И вряд ли она до дрожи влюблена в тебя. Говоря откровенно, выбирая между тобой и Робертом, я бы предпочла Роберта. Он хотя бы мужчина и решает свои дела по-мужски, не взваливая на женские плечи. А ты — слизняк!

Эго был тот разговор, после которого друзья, расходятся заклятыми врагами.

Вернувшись домой и выкурив полпачки сигарет, Вера оценила свои плюсы и минусы. Сорвавшиеся с языка злые слова о любовнике Зои — выдумка, которой хотелось позлить Бориса и побольнее его ударить, — внезапно показались ей не такими уж далекими от истины.