Дипломник из будущего 2 - Валерий Кобозев

массы, которую пока девать было некуда. Поэтому корпорация открыла конкурсы на выделение денег на инвестиционные проекты по производству стройматериалов, строительной техники, по строительству жилых домов и объектов соцкультбыта.

Пошли заявки на инвестиции, начали активно строиться предприятия строительной отрасли. Это кирпичные и цементные заводы, глиняные, песчаные и каменные карьеры, лесозаготовительные и деревообрабатывающие производства, все они были от частников – малых предприятий или кооперативов.

В администрации США радовались сотрудничеству с СССР в автомобильной отрасли. Американские электромобили начали активно экспортировать в Европу, где они с успехом конкурировали с местными автомобилями, оснащенными двигателями внутреннего сгорания на бензине.

Первой европейской компанией, которая запросила электрооборудование стала Рено. Она предложила модели R14 и R18 по сто тысяч каждой модификации для поставки в СССР в обмен на комплекты электрооборудования, ценовая политика корпорации была им известна. Но известность этой модели как «гнилой груши» не нашла понимания у Андроповой. - У нас своих плохих автомобилей хватает – был ее вердикт, и французы ушли ни с чем.

Следующими были тоже французы с предложением Пежо 305 в разных кузовах примерно двести тысяч в год. Будущее у этой модели было безоблачным, поэтому Андропова заключила контракт на поставку ста пятидесяти тысяч автомобилей в разных кузовах. Стоимость машины была порядка шести тысяч долларов, что приближала ее по цене к Жигулям. Благодаря кредитам машины хорошо раскупались, что позволяло планировать закупки и продажи на полгода вперед. Но наметилась тенденции к снижению спроса и Андропова тут же снизила поставки комплектов электрооборудования на экспорт. Стояла очередь из европейских автопроизводителей, готовых закупать комплекты электрооборудования для электромобилей, вопрос был в том, куда корпорации девать валюту.

Пришлось запросить встречу Косыгина и Байбакова, потому что рублевая масса на счетах корпорации превысила десять миллиардов рублей.

- Ну что ухари вы наши! – засмеялся Косыгин, поздоровавшись с ними и представив Байбакова. – Наши Жигули и Волги свободно в магазинах стоят, склады на заводах затоварены!

- Чего тут смешного – возмутился Байбаков. – Надо производство автомобилей останавливать!

- Мы притормозили экспорт комплектов электрооборудования, и соответственно импорт электромобилей – ответила Андропова. – У нас тоже снизился спрос, рынок насытился. Теперь он должен выйти на плоскую прямую – замена старых автомобилей и появление новых покупателей.

- А что прикажете делать нашим автопроизводителям? – спросил Байбаков.

- Модернизировать свои машины, снижать цены – ответила Андропова.

- Как будто это так просто – буркнул Байбаков.

- Алексей Николаевич, у нас огромный спрос на электрооборудование для электромобилей, и мы можем его закрыть. Но нам непонятно куда девать валюту – сообщил Николай. – На счетах Внешэкономбанка скопилось полмиллиарда долларов. В Госбанке у нас десять миллиардов рублей – тоже вопрос, что с ними делать. Мы потратили на инвестиционные программы только миллиард рублей, народ слишком медленно переключается на свободный рынок, боятся брать на себя ответственность. У нас сформировалось предложение, организовать валютную биржу, на которой экспортеры будут продавать валюту, а импортеры покупать ее для закупки импортных товаров. И иностранцы будут покупать на ней рубли, чтобы покупать товары для экспорта.

- Да вы просто какой-то радикал! – возмутился Байбаков.

- Николай Константинович, не спеши с выводами, у ребят есть опыт будущих поколений, вот они исходя из этого дают свои рекомендации – придержал Байбакова Косыгин. – Ты лучше посмотри по товарам народного потребления какие позиции мы можем закрыть за счет импорта. Валюта у товарищей имеется, но как я понимаю, они хотят через валютную биржу заставить иностранные компании самим торговать своими товарами в СССР! А покупателей моторов для электромобилей заставить покупать их за рубли, купленные на этой бирже за валюту.

- Вы так сможете любые товары из СССР продавать на запад за рубли, и рубль станет конвертируемой валютой – напомнил Николай. – Вам Николай Константинович надо определить квоты по группам товаров, которые СССР необходимо ввезти в страну для закрытия дефицита. А как квоту выбрали – таможня закрыла границу. Пример электромобилей – давайте квоту на импорт, выше которой мы не будем их ввозить. Будем продавать комплекты электрооборудования за рубли, а фирмачи пускай договариваются с поставщиками нужных вам, чтобы квоты выбирали. Наша корпорация, конечно, нацелена на прибыль, но нам нужны условия, в которых мы можем ее эффективно тратить. Как видите, мы не можем сейчас тратить не рубли, ни валюту.

- Идея насчет квот интересная, проработаем этот вопрос. Я знаю, что благодаря вам бюджет получил полмиллиарда долларов, побольше бы таких корпораций. Мы на эти внеплановые деньги закупили в Бразилии, обошлась закупка по шестьдесят пять центов за килограмм, купили двести тысяч тонн замороженной говядины, четыре парохода разгружаются в Ленинграде. Будем снабжать периферию РСФСР, торговлю и мясокомбинаты. На очереди еще триста тысяч тонн, это свинина, мясо птицы, баранина, пойдут туда же. Так что нам ваши доллары очень нужны, не сомневайтесь. Но вот чем вам ваши рубли отоварить я не представляю, все что можно мы и так экспортируем – ответил Байбаков.

- Ну тогда нам уже не интересно получать рубли за свою продукцию, так нам половина валютой достается – с грустью отметил Николай.

- Может подумаем о продаже некоторых предприятий корпорации? – предложил Косыгин. – Например Ивановской мануфактуры, это миллиардов на пять потянет.

- Ну как-то эти товары вне сферы моей компетенции, Татьяна Филипповна несомненно подберет для управления ей грамотных специалистов. Но у вас это мануфактура связана с поставками хлопка из Узбекистана, а от его качества зависит качество ткани. Я первым делом перейду на импортный хлопок из Индии и других стран, чтобы получить качественное сырье – найдете куда девать хлопок из Узбекистана? – спросил Николай.

- Хм, неожиданный поворот – удивился Косыгин.

- Бизнес – ничего личного – усмехнулся Николай. – И честно говоря, не лежит у меня душа к легкой промышленности. Мне по душе компьютеры, самолеты, а больше всего по душе космические корабли и новые планеты. Человек существо нерациональное.

- Ну почему же, если у вас в этих областях лучше получается, почему бы не сосредоточиться на них – согласился Косыгин.

- Но вы акционируйте Ивановскую мануфактуру, корпорация выкупит контрольный пакет и будет управлять ей, подберем нормальных профессионалов – пообещал Николай. – Мне необязательно этим заниматься самому, а для Андроповой это просто очередная задача.

Телевизоры