Уроки, Которые не Выучивают Никогда - Роберт Дж. Хейс

напоминанием о том, насколько смертоносным был этот шторм для любого, кто в него попадал. Дымящиеся останки моих рук были еще одним напоминанием, и даже более насущным. Коби отказалась держать корону и отказалась идти впереди. В то время я не придала этому значения — мне было не до того, — но, думаю, она боялась любых ловушек, которые могли быть оставлены позади. Она подтолкнула Тамуру идти впереди всех, и сумасшедший старик радостно повел нас за собой. Я снова и снова поглядывала на корону в руках Имико. В ней было что-то, что-то особенное. Она взывала ко мне, как Источник; умоляла, требовала, чтобы ее использовали. Обещая несказанную силу. Слишком мало и слишком поздно, подумала я. Имико часто поглядывала на меня, но всегда отворачивалась, как только наши взгляды встречались. Я хотела спросить ее, что она видела в моих глазах, но не могла найти в себе силы.

Я всегда удивлялась, почему мое прошлое имеет такую непоколебимую привычку настигать меня в самых неподходящих местах и в самое неподходящее время. В этом смысле оно неумолимо. Внизу, в разрушенном городе Джиннов, Джозеф догнал меня, когда мы уже собирались бежать. Это стоило жизни и ему, и Изену. И здесь, в разрушенном городе Пикарр, Прена Нералис снова встретилась со мной. Мы проходили мимо руин Башни хвастунов, огибая край пузыря застывшего времени, и тут появилась она. Высокая и совершенная, униформа без единой складки, несмотря на наше окружение. У ее ног лежал убитый гуль, его кишки вывались в мертвый город, ее меч был покрыт черной слизью. Позади нее стояли двое ее миньонов: старик со щитом и великан, который, казалось, наслаждался болью. А позади всех них стоял Джозеф. Я знала, что это Сссеракис в облике брата, которого я убила, но никогда раньше ужас не представал в этом облике, и я почувствовала, как при виде Джозефа мое сердце екнуло. На мгновение, всего на одно мгновение, я позволила себе поверить, что он все еще жив. На мгновение я почувствовала облегчение. Но это была ложь. Я обманывала себя и знала это. Реальность нахлынула так же быстро, как схлынуло мое ложное облегчение, и я поняла, что это был Сссеракис, наблюдавший за мной глазами Изена и всех остальных, кого я убила.

Он здесь, чтобы снова предать тебя.

— О, замечательно. — Голос Коби сочился сарказмом. — Еще земляне.

— Если мы тебе не нравимся, зачем заставлять себя выглядеть как мы? — спросил Хардт, встав передо мной. Всегда пытается защитить меня, даже когда на самом деле в защите нуждается он сам.

— Эта кожа удобна. На данный момент. — Коби сделала шаг вперед и повысила голос. — Чего ты хочешь, землянин?

Прена отшвырнула тело гуля в сторону. Несмотря на то, что она только что убила одного из монстров, на ее униформе не было ни пятнышка. Ее броня отливала золотом, сияя даже в тусклом дневном свете.

— Мы здесь из-за Эскары Хелсене, — сказала Прена со своим резким акцентом. — Если только ты не утверждаешь, что она снова б…

Коби вскинула руки и отступила в сторону.

— Она вся твоя. Сюда, воровка, и принеси корону. — Она отошла от меня на несколько шагов, но никто из остальных не последовал за ней. Коби недоверчиво обернулась. — Последний шанс, воровка. Иди за мной и принеси корону, или я подниму тебя в воздух и понесу.

Имико выглядела расстроенной. Она никогда не была бойцом, совсем нет. Она ненавидела конфликты так же сильно, как я наслаждалась ими. Коби предлагала ей выход, и я согласилась, что она должна им воспользоваться. Не только она, но и все остальные.

— Уходите. — Мой голос был прерывистым влажным хрипом, едва слышным даже моим собственным обожженным ушам. — Все вы.

Хардт повернулся ко мне со своим обычным суровым взглядом, который говорил, что он считает меня дурой и собирается спорить. Как я уже отмечала, он любит оправдывать мои решения после того, как они были приняты, но это не значит, что он с ними согласен.

— Посмотри на меня, Хардт. Я уже, блядь, мертва. — Я подняла руки. Они были изуродованы. Потрескавшаяся и мокнущая кожа, обуглившаяся почти до состояния пепла. И боль… Признаюсь, я хотела, чтобы это закончилось. Я хотела, чтобы боль ушла, и я видела только один способ покончить с этим. Конечно, это не означало, что я собиралась сдаться без боя. Я не могла обратиться к Источникам, находящимся в моем желудке, я была слишком утомлена для этого, но корона обещала силу. И я всегда была неутомима в своем стремлении к силе.

— Ранд… — Голос Хардта дрогнул, когда он посмотрел на меня. Он знал правду, но просто не хотел этого признавать.

— Отдай мне корону, — прохрипела я Имико, и в моем голосе слышались боль и кровожадность.

— Нет! — Голос Коби превратился в яростное шипение. — Корона принадлежит моей матери.

Я одарила Аспект свирепой ухмылкой и почувствовала, как на подбородке открывается новая рана, когда кожа там треснула.

— Можешь снять ее с моего гребаного трупа.

Имико мельком взглянула на нас, затем метнулась вперед и бросила корону в мои протянутые руки, прежде чем отступить. Я ожидала почувствовать тепло, исходящее от нее, даже сквозь остатки моих ладоней, но ничего не почувствовала. Она весила мало, но не так мало, как можно было бы ожидать, учитывая ее содержимое. Хардт и Тамура задержались. Мы так далеко зашли вместе, и теперь они не хотели расставаться со мной. В глазах Хардта стояли слезы. За свою жизнь я стала причиной многих слез, и, обычно, их проливают те, кого я люблю больше всего.

Хардт подошел ближе, его большая рука легко легла мне на плечо. Я постаралась не поморщиться от дополнительной боли, которую причинило его прикосновение. «Я найду Кенто». Он кивнул мне, затем отвернулся, его плечи поникли, когда он уходил.

Остался только Тамура. Сумасшедший старик прикусил губу, глядя на меня, и на его лице промелькнула улыбка. «В пепле мы находим тлеющие угли. Ждем, когда разгорятся еще больше. Ты не можешь победить его, но ты можешь победить». И тогда он тоже отвернулся от меня. Они не оглянулись, чтобы посмотреть на мой последний бой. Думаю, это было слишком больно для них. Только Коби осталась позади, не сводя глаз с короны в моих руках. Я думаю, она бы бросилась ко мне и забрала бы ее, если бы осмелилась. Но она слишком боялась короны, и это только еще больше заставило меня поверить в силу короны Вейнфолда.

Я шагнула вперед, минуя пузырь застывшего времени,