Где собака зарыта - Спенсер Куинн

поверить, что это взаправду происходит. Как будто у нас крали будущее. И был один клуб, мой любимый, «Электрическая тыква», там всегда играла настоящая музыка, – голос Диско окреп, и он поднял голову. – А потом однажды вечером «Тыква» перешла на диско, вот так вот, без предварительного обсуждения, без предупреждения, просто раз и все. Так что я пошел туда…

– Ворвался туда, – сказал шериф. – В нерабочее время, – он рассмеялся. – Я имею в виду, средь бела дня.

– Ворвался туда, – сказал Диско, – сорвал этот гребаный диско-шар и разбил его вдребезги.

Его руки – не большие и не сильные, сухие руки старика – сжались в кулаки, а рукава оранжевого комбинезона слегка задрались. На нем были надеты наручники.

В комнате воцарилась тишина. Не могу говорить за остальных, но лично я даже не пытался понять, о чем была маленькая история Диско. Вместо этого я думал об охотничьих шоу, которые крутили по телевизору, и о том, как сильно я хотел пойти на охоту, и Берни ведь был таким отличным стрелком, а мы ни разу не охотились. Почему так?

Тем временем, шериф сказал:

– И с тех пор все всегда звали его Диско. Так сказать, прилипло имечко.

Диско пожал плечами.

– Я привык.

Лес вернулся с банкой пепси, открыл ее и поставил на стол. Диско взял банку обеими руками и отпил.

– Переходим к похищению, – сказал шериф.

– Опять? – спросил Диско. – Мы это уже проходили.

– Новые клиенты, – сказал шериф. Взгляд Диско метнулся к Берни, затем перескочил на лейтенанта, и вновь вернулся к столешнице.

– С чего начать? – спросил он.

– С идеи, – подсказал шериф. Диско снова облизнул губы. Потрескавшиеся губы и сухой, белый язык. Сложно было оторвать взгляд от этого зрелища.

– У Турмана была идея, – сказал он.

– Говорите громче, – сказал шериф.

– У Турмана была идея, – Диско замолчал.

– Какая же? – спросил Берни.

– Эй, – вмешался Лес. – Мы тут задаем вопросы.

– Ну же, Лес, – сказал шериф. – Нужно уметь проявлять гибкость. И как я уже упоминал, у Берни есть репутация.

И у меня, у меня тоже была репутация. Мой хвост двинулся взад-вперед, подметая пол.

Берни, казалось, и вовсе не обращал внимания на перепалку между Лесом и шерифом – он смотрел только на Диско.

– Какая? – повторил он.

– Выкуп, – сказал Диско. – Похитить и потребовать выкуп.

– Сколько? – спросил Берни.

– Миллиона два-три.

Берни откинулся назад, скрестив руки на груди. Иногда он так делал, и это не заканчивалось для преступников ничем хорошим. А лейтенант Стайн наклонился вперед, что тоже было интересно, поскольку Берни откинулся назад.

– Но требования о выкупе не было, – сказал лейтенант. Диско взглянул на шерифа.

– Да, – сказал он. – Все пошло наперекосяк.

– Как? – сказал лейтенант Стайн.

– В общем, э-э… – Диско сделал глубокий вдох. Лейтенант Стайн повернулся к шерифу.

– Как ты представляешь себе этого кретина перед судом присяжных?

– Да не придется ему столько говорить, – сказал шериф. – Он просто нервничает, вот и все. Не надо нервничать, Диско.

– Мы все здесь приятели, – сказал Лес.

– Что значит «не придется столько говорить»? – спросил Диско.

– Как я уже и объяснял, – сказал шериф. – Все будут по очереди выступать в суде. Но главному подозреваемому времени отводится немного, а иногда и не отводится вообще, в зависимости от того, как проходит суд.

Голос Диско стал немного увереннее.

– Все шло хорошо, это наше похищение и все такое, но…

– Кто был целью? – спросил лейтенант. – Женщина или собака?

– Обе. Турман сказал, что собака ценная, поэтому ее мы тоже забрали.

– Кто был за рулем? – спросил лейтенант.

– Турман. Мы направились прямо в Клаусон-Уэллс – там есть хижина, о которой знал Турман. Мы трое по очереди ее охраняли, и в смену Турмана – мы с Крэшем тогда лежали в отключке в фургоне – она взяла пистолет, и…

– Какой пистолет? – спросил шериф. Диско кивнул.

– Да, извините. 44-й калибр. Женщина взяла пистолет 44-го калибра, ударила Турмана и убежала с ключами от пикапа. Турман очухался – у него, у Турмана, вспыльчивый нрав – и завалил ее из винтовки, – Диско пожал плечами. – Как-то так.

– Еще раз вот так пожмешь плечами, – сказал Берни, все еще сидя со скрещенными руками, – и я тебе голову проломлю.

Глаза Диско широко раскрылись. Все остальные быстро повернулись к Берни.

– Не знаю, как у вас там, в Долине, – сказал шериф, – но здесь мы с заключенными так не обращаемся.

– Я уверен, что Берни говорил метафорически, – сказал лейтенант.

– А? – произнес Лес.

– И, возможно, был немного взбешен окончанием истории, – продолжил лейтенант. – Не говоря уже о полном отсутствии угрызения совести или подробностей того, что произошло дальше. Например…

– Сьюзи Санчез, – сказал Берни. Голос у него стал низким и резким, по-настоящему опасным – голос, который мне очень редко доводилось слышать. – Ее вы тоже завалили, сукин ты сын?

Диско сжался на стуле.

– О ней я ничего не знаю, как я и сказал шерифу.

– Объяснитесь-ка насчет машины, Диско, – сказал шериф.

– Машина?

– Жук, – сказал шериф. – Желтый фольксваген-жук.

Диско кивнул.

– Я ничего об этом не знал и не спрашивал. Турман приехал на нем и посадил ее, ну, внутрь. Потом мы поехали в Ред-Батт, и мы с Крэшем вырыли яму, а Турман затолкал туда машину, и мы все засыпали.

Диско вновь начал было пожимать плечами, но тут же бросил на Берни испуганный взгляд и остановился.

– Почему Ред-Батт? – спросил лейтенант.

– Это идея Турмана – далеко от Клаусон-Уэллса, и никто бы не стал там искать.

– У вас ни одной своей собственной идеи не было? – поинтересовался лейтенант.

– Все это было ради денег, чувак, – сказал Диско. – Никто не должен был пострадать. Мы бы никогда на это не пошли, если бы знали, что Турман может такое учудить.

– Вот чего я не понимаю, – сказал лейтенант Стайн. – Вы оставили ее собачку, Принцессу. Зачем? Это же все равно что повесить себе на шею плакат с надписью «Виновен».

Диско взглянул на шерифа.

– Ну да, мы знаем. Собачонка вроде как шла за нами с Крэшем. Мы сказали Турману, что избавимся от нее, но так и не смогли этого сделать.

– Не смогли убить собаку – это ты пытаешься сказать? – сказал лейтенант. – А человека, значит, вы смогли убить?

– Не я. Только не человека.

Лейтенант наставил палец на Диско.

– Ты, – сказал он. – В глазах закона ты виновен точно так же, как и тот, кто спустил курок.

– Диско понимает это, – сказал шериф. – Поэтому он и сотрудничает. Верно ведь?

– Ага, – сказал Диско. – Сотрудничаю на полную.

Молчание. Я услышал, как в стенах скребется какое-то маленькое существо.

– Вот и все, – сказал шериф. – Вопросы, джентльмены?

– Какой в этом смысл? – спросил Берни.

– Простите? – он пристально посмотрел на Берни,