Сотканные из времени (СИ) - Монро Нонна

Эрес Шейни гордо восседал в столовой. Он вальяжно раскинулся на стуле и медленно пил кофе, улыбаясь своим мыслям. Когда наши взгляды столкнулись, его лицо озарилось. Эрес знал, что я первая приду к нему. И хоть дорога от комнаты до столовой ощущалась, как зыбучие пески, я была здесь. Стояла в дверях, сложив руки на груди, и хмуро смотрела на него.

— Я тебя ждал, — ухмыльнулся он, не меняя позы. — Решила извиниться за зимний бал?

Я едва не рассмеялась. Пришлось приложить титанические усилия, чтобы мимика не выдала истинных чувств. Эрес, если и заметил сложности, виду не поддал. Или же был просто тупым и ничего не видел дальше своего носа.

— Отец коротко обмолвился о сотрудничестве с вашей фирмой. Но я бы хотела уточнить, в чем именно оно заключается?

— Это коммерческая тайна, Кэтрин. И отец ни черта тебе об этом не говорил. Существуют договоренности, которым он обязан следовать.

— Тем не менее, я его дочь и единственный наследник. — Какими же кислыми слова были на вкус.

— И об этом не стоит забывать. — Мне следовало выдать грамоту за то, что я не выплеснула кофе ему в лицо. — Только твое поведение и отношение ко мне и к нашей семье лишь ухудшает то хрупкое, к чему мы пришли.

— Ваши договоренности существовали задолго до меня. Не пытайся выдать действительное за желаемое.

— Виктор Фокс хочет сделать прорыв и стать первым. Мы — возможность. Но даже нам нужны дополнительная мотивация.

— Чего ты хочешь, Шейни.

Он выдержал театральную паузу и чуть склонил голову. Взгляд потемнел, похоть сверкнула в глубине глаз. По коже пронеслись мурашки. Мне стало некомфортно. Неприятно. Липко.

— Я озвучил свое желание еще в первый день. Тебя, Кэтрин. Я хочу тебя.

Настал мое черед смеяться. Искренний звук вырвался из горла и наполнил пространство. На нас обернулись несколько студентов, что лениво сновали по залу.

— А ты забавный, Шейни. Мы не в каменном веке. Ты не можешь взять то, что тебе никогда не принадлежало.

— Я не договорил, — стальные нотки проскользнули в его голосе. Он склонился, сложив руки на столе и переплетая пальцы. Любая игривость исчезла из взгляда. — Я хочу тебя сломать. Сделать послушной и покорной. Управлять твоим мнение. Владеть тобой каждую секунду. Брать тогда, когда вздумается. Делать все, чтобы не взбрело в голову. И это наши условия, Кэтрин. Твой отец хочет стать частью нашего бизнеса, а мы хотим иметь возможность контролировать то, что принадлежит вам. Что в свою очередь означает: наши семьи должны объединиться.

Слова ударили хлесткой пощечиной. Я едва не задохнулась от возмущения. Но не сдержала порыв поближе познакомить свою ладошкой с его щекой. Эрес перехватил мою руку и крепко сжал.

— Пройди все стадии принятия как можно раньше, Фокс. Иначе каждое неверное решение больно аукнется в будущем. Я ничего не забываю. Мы хотели по-хорошему. Но ты сама подписала себе приговор. Я предупреждал. — Он обошел стол и навис надо мной. — Наш союз мог бы быть формальным, — прошептал мне на ухо, — но теперь мне дико интересно узнать, какая ты в постеле. Даже не вздумай, Грейс. — Эрес резко выпрямился и со злостью взглянул на Энтони. — Вы слишком большего о себе мнения. Я собью эту спесь с каждого из вас. Сделаешь еще один шаг, и мамочке придется отвалить огромные деньги адвокатам, чтобы снизить тебе срок. Поверь, я выбью самый большой.

Я не могла дышать. Все произнесенные слова витали вокруг, больно царапая правдой. Из-за внезапного оцепенения ноги и руки перестали слушаться. Эмоции рвались наружу, но я так сильно закусила губы, что во рту разлился металлический привкус крови. Мне нужна была точка опоры. Что-то постоянное, что не дало бы развалиться на глазах у всех. Слова Энтони потонули из-за грохота пульса в ушах. Самый главный страх — страх лишиться свободы — вошел в зал с ледяным ветром, остужая кровь в жилах.

Бежать.

Когда оцепенения прошло, я на ватных ногах покинула зал. Дверь в кабинет Нейта казалась единственным спасением. Мне нужно было услышать его голос. Почувствовать сердцебиение. Прикосновение. Что-нибудь, что я могла выбрать сама.

Я не успела. Двери распахнулись, и крепкое тело Пола оказалось в фойе. Ему потребовалось пять секунд — я зачем-то считала, — чтобы отыскать меня взглядом. Выражение лица Пола мне не понравилось. Воздух окончательно покинул легкие со свистом. Сердце замедлилось в груди.

— Кэтрин, Виктор ждет тебя на парковке. Пожалуйста, не создавай мне проблем.

И я не стала создавать. Чтобы лично услышать, слова Виктора Фокса, который решил продать меня чужим людям. Потому что империя превыше всего.

Глава 37. Кэтрин

Он даже не соизволил выйти из машины. Пока я выбивала шагами похоронный марш, он сидел на заднем сиденье своего Ролс Ройса и не терпеливо посматривал в окно. Виктор и так потратил кучу времени, чтобы притащить свой зад сюда. А стоять на улице и морозить руки очевидно было выше его сил. Я не хотела садиться и оставаться с ним наедине. Внутренний голос не просто велел бежать, он орал, надрывая несуществующие голосовые связки. Сотни вопрос заполонили голову, но главный из них бельмо стоял перед глазами: что, если Виктор сейчас меня увезет? Я даже не буду иметь возможности совершить попытку побега.

— Садись, — он приоткрыл окно и рявкнул. Я подавила порыв слепить шар из снега и со всей силы бросить в его лицо. На место страха приходила ярость. Это единственная эмоция, благодаря которой я все еще могла чувствовать себя живой.

Не успела я сесть, как в меня полетели фотографии. Сквозь пелену я поначалу не смогла рассмотреть, кто именно на них изображен. Сморгнув несколько раз, картинка стала четче. Я и Нейт в его кабинете. Мы целовались.

— Избавь меня от оправданий и глупостей. Перейдем сразу к делу. Ты выйдешь замуж за Эреса Шейни. Молча. Засунешь свой характер куда подальше и сделаешь все так, как я скажу. Что будет в ином случае прямо в твоих руках. И при любом раскладе, ты выйдешь замуж за Эреса. Даже не пытайся сопротивляться, Кэтрин.

Бесполезные слезы собрались в уголках глаз. Я смотрела на нас с Нейтом и понимала, что никогда не смогу допустить разрушение его жизни.

— Так мы отыскали твое слабое место? Отлично. Я обвиню Эндрюса в педофилии, с учетом того, сколько лет вы были знакомы. Шарлота все таки оказалась права. Нейт до конца своих дней не выйдет из тюрьмы. И я выкручу все так, что твои показания будут пестрить обвинениями. Свадьба послезавтра. Расскажешь Эндрюсу, и я сдвину ее на завтра и обеспечу будущее мальчишке Гилла. Можешь не сомневаться.

Я шумно сглотнула, не в силах выпустить фото, хоть руки и тряслись.

— За что вы меня так ненавидите? — Единственный вопрос, который остался в голове.

— Ты в очередной раз несешь чушь. Брак с Эресом — это лучший подарок, который мы могли бы для тебя сделать. С учетом того, как отчаянно ты пыталась испортить свою репутацию. Будь благодарной. Хоть раз в жизни. Свободна.

На негнущихся ногах я вывались их машины, крепко сжимая фотографии. По ощущениям они весили целую тонну и грозились раздавить. Во взгляде Пола плескалась жалость — самое ненавистно чувство на свете. И мне бы хотелось гордо поднять голову, оттолкнуть его и пройти мимо. Но вместо этого я нырнула в нее. Припомнила себе всю ту грязь, от которой практически отмылась.

Тайлер спешил ко мне. И если бы его не объятия, то я бы рухнула в снег и не поднялась, пока тело окончательно не остыло. Одним своим приездом Виктор разрушил все то хрупкое, что я склеила за два года.

Я не слышала слов, льющихся из уст Тайлера. Не чувствовала холода. Голода. Себя. Виктор Фокс хотел меня сломать. И у него это получилось. Безысходность окружила со всех сторон. Душила своими толстыми стеблями. Изрешетила душу острыми шипами. Я не понимала, что мне делать. Как выпутаться из клубка, в который меня швырнул меня Виктор, не жертвуя никем.

Как в тумане я добралась до комнаты. Телефон вибрировал от сообщений Нейта. Мне нужно было переключиться. Зацепиться за что-нибудь другое, чтобы не умереть от отчаяния и собственного бездействия. Если брак с Эресом — война, то встречусь со смертью лицом к лицу.